- Потому что нас много! – простонал дух и рассыпался брызгами в стороны.
- Са-я, – отрывисто позвал Сантар, бочком пятясь от растекающейся лужи.
- Не спрашивай, я сама плохо понимаю, – вздохнула девушка. – Он называет себя духом воды или самой водой… Я стала видеть его, когда силы пропали.
- Ты же говорила, что духов не существует, – осторожно напомнил Сантар.
Лужа обиженно булькнула и прыснула в сторону Сантара грязной струйкой.
- Я раньше много чего говорила, во многое верила. Большинство из этого оказалось пустышкой. Теперь я никому слепо верить не собираюсь… Даже духу воды. Буду оценивать только поступки, – вздохнула Сайарадил и присела перед лужицей. – Кстати о поступках. Ты ведь хотел что-то предложить?
Над водной поверхностью проступило лицо.
- Ты еще слаба, манум, – зазвенела вода. – Не ходи в лес, побереги свои силы. Мы сами доставим тебя куда угодно.
- А как?
- Ох, манум, тебе еще столь многому придется научиться…
Лужа пошла рябью и начала расширяться, закручиваясь воронкой. Сайарадил подалась назад. Из колодца за домом плеснула вода и поползла к воронке, подпитывая ее. Вода прибывала, поднималась, перетекала и смерзалась, обретая форму. На солнце блеснули ледяные грани – перед Сайарадил появилось нечто, напоминающее привычную колесницу, но без колес. В воздухе разлился смех, от которого по стенкам странной повозки пополз извилистый затейливый узор.
- Ну как? – раздалось возле уха.
Водный дух замер над Саиным плечом; ледяное лицо выглядело довольным.
- Красиво, – не стала разочаровывать его девушка.
Повозка и в самом деле была симпатичной, но казалась ужасно тяжелой.
- Как эту штуку сдвинуть? – подал голос Сантар.
Уголки изящных губ ледяного лица поползли вниз – видимо, так дух выражал свое мнение о Сантаре.
- Не уверена, что смогу сейчас поднять такой вес, – робко сказала Сая.
- Тебе и не нужно, – заверил ее дух. – Мы сделаем все сами, только попроси нас!
- Я могу просить – и вы исполните? – не поверила девушка.
Водный столб колыхнулся – это был кивок.
- А что еще вы можете? – осторожно спросила Сая.
- Мы можем все, на что способны воды это мира, – ответил дух; голос его стал звонче, словно наливаясь силой текучих струй. – Можем вскипятить море. Можем сковать льдом город. Можем проливаться ливнем месяц, а можем и год. Можем иссушить живое или напоить высохшее. Мы можем уничтожать, лишь возродить уничтоженное не в силах.
- И вы сделаете все это, стоит мне только попросить? – голос Сайарадил дрогнул от изумления.
Ледяное лицо начало таять крупными каплями – духу надоело держать форму, и он перетек в тонкую струйку воды, закружился спиралью.
- Нет, манум, конечно, не все. По твоему зову мы сделаем лишь то, на что ты сама способна, если истратишь себя до конца. Тебе не хватит сил вскипятить море… пока.
- Я этого и не хочу, – пробормотала девушка.
- Твой предок тоже так говорил в двадцать лет, – сказал голос. – А в тридцать по его слову ледяной град уничтожил город.
- Вы сделали это для него?
- Да.
- Зачем?
- Он просил. У него хватало сил.
- Но это же… ужасно.
- Почему?
Струя расширилась, превратившись в тонкую водную стену; из стены проступило лицо и внимательно посмотрела на Сайарадил.
- Ты говоришь о добре и зле, манум? – спросил дух. – Но это – категории людского разума. Природа не живет по законам человека. Река может выступить из берегов, затопить город и убить множество людей. По-твоему, это плохо. Что ж, если вода исчезнет из мира, то больше никто не утонет – но все живое погибнет и без того. Вода не может быть плохой или хорошей.
- Плоха была не вода, плоха была просьба человека, пожелавшего уничтожить город, – со злостью сказала Сая.
- А ты никого не уничтожала водой, манум? – невинным тоном спросил дух.
Сайарадил запнулась; она не знала, что ответить.
- Я только защищалась, – сказала она наконец.
- А почему ты считаешь, что с твоим предком было иначе?
- Но… Ксайгал первым напал на ни в чем не повинных моах!