- Что делать мне? – спросила она.
- Рядом стой, – кратко ответила Сая, сосредоточенно выводя пальцем по земле. – Укажу тебя свидетелем…
С каждой новой руной, которую она чертила, Отшельник выл громче. Когда круг был почти замкнут, Сайарадил остановилась.
- Выйди, – попросила она Сантара.
- А этот? – удивился он, кивая на Отшельника.
- Он уже никуда не денется.
Едва Сантар вышел за границу рунной цепочки, Отшельник попытался бочком выкатиться следом за ним, но Сая заступила ему дорогу.
- Не сопротивляйся, – сказала она, – я не хочу причинять тебе боль… в память о былой дружбе.
- Думаешь, я боюсь боли, ведающая? – расхохотался маг и, привстав, надвинулся на нее. – Ты не знаешь, что такое настоящая боль!
- Поверь мне, знаю, – тихо сказала Сая и дорисовала закрывающую, сорок девятую руну.
- Что ты делаешь? – голос Отшельника дрогнул.
- Ты разве не видишь? – девушка обвела рукой цепь рун. – Запечатываю твои силы.
- Но я не давал согласия! – быстро сказал маг. – И ты не знаешь моего настоящего имени…
- Какого еще имени? – насмешливо спросила Сая. – Данное при рождении имя исчезло вместе с твоим телом. Кто ты теперь? Отшельник, и другого имени у тебя нет. Ну а согласие… Ты на крови клялся, что я могу распоряжаться твоей жизнью. Какое согласие еще нужно?
- Обряд не сработает, – глухо процедил Отшельник.
- Разве? Смотри! – Сайарадил указала на землю.
Медленно, один за другим начертанные знаки вспыхивали тем же красноватым светом, который недавно горел на Саиной коже. Свечение устремилось к Отшельнику, спиралями обвило его ноги и руки, потянулось к шее…
- Накладываю печать силою из круга сорока девяти рун, – сказала девушка, словно ставя точку.
Красноватое сияние объяло Отшельника полностью и исчезло, оставив того посреди погасшего круга с отрешенным видом. Сая подошла к нему и принялась распутывать стянутый позади ремень.
- Что, он больше не маг? – подойдя к ним, Сантар сам взялся за тугой узел.
- Почему же? Маг, но с ограниченной силой, – пояснила Сайарадил. – Многоликих ему больше не призвать.
- А эти как же?
Сая оглянулась на заросли, откуда посверкивали желтые глаза.
- Ты прав, с ними придется что-то сделать, – хмуро ответила Сая.
Вернувшись к опушке, она подобрала свой плащ, надела – пусть грязный, зато тепло! – и задумалась, покачиваясь на босых ногах.
- Иного выхода нет, – бормотала она себе под нос.
- Сай, – Сантар осторожно тронул ее за плечо.
Девушка посмотрела на него растерянно.
- Я знаю, как навсегда избавить лес от многоликих, – сказала она. – Никто больше не лишится жизни или ног из-за них… Но Убежище перестанет быть безопасным местом. Рано или поздно в леса придут чужаки. Так как мне поступить?
Сантар задумался. Вспомнил тайное поселение в неприметной долине, которое считал домом, а после – Лима и его мертвые ноги.
- Делай то, что считаешь нужным, – ответил он.
Сайарадил протяжно выдохнула – так, словно с нее сняли тяжелый груз выбора.
- Перепутье – проход в иной мир, тот, что в подземной зале, – твердо сказала она. – Я закрою его навсегда.
- Не смей! – заревел Отшельник.
Он ринулся на Сайарадил, но вдруг упал как подрубленный. Его ноги покрылись коркой льда, которая нарастала с каждым мгновением.
- Ждите, пока я не вернусь, – сказала Сая и зашагала обратно к жилищу Отшельника.
- Ты справишься одна? – крикнула ей вслед Дайна.
- Я не одна, – отозвалась Сайарадил.
Отшельник забулькал от смеха, провожая ее взглядом; кажется, он видел крохотное существо, сидевшее у нее на плече.
***
Наступила ночь, когда Сайарадил вернулась на поляну. Сантар успел развести костер, и вся троица сидели у огня. Дайна задумчиво накручивала на палец прядь за прядью. Отшельник жевал кусок сушеной оленины. Вид у него был на удивление бодрый; казалось, он даже помолодел немного – во всяком случае, рыжины в волосах прибавилось… Впрочем, возможно, это были всего лишь отблески огня.