- Райзаб сказал бы иначе, – вздохнул он. – Но я думаю, тайна Убежища не стоит того, чтобы ради нее жертвовать кем-то.
Сайарадил выдохнула.
- В подземной зале расположено перепутье, через которое Отшельник призывал духов в этот мир… Я закрою его навсегда, – твердо сказала она.
- Не смей! – заревел Отшельник.
Он ринулся на Сайарадил, но вдруг упал как подрубленный. Его ноги покрылись коркой льда, которая нарастала с каждым мгновением.
- Следите за ним, – сказала Сая и шагнула к темному входу в здание.
- Ты справишься одна? – крикнул ей вслед Сантар.
- Я не одна.
Отшельник забулькал от смеха; он смотрел аккурат на крохотное существо, сидевшее у нее на плече.
Проводив Сайарадил взглядом, Сантар убрал меч в ножны и огляделся в поисках сухого места, готовясь к ожиданию.
- Ты ей нужен, – раздался вдруг голос.
Сантар глянул на Дайну, но та смотрела в сторону, растирая мокрые волосы рукавом плаща.
- Ты что-то сказала? – спросил он.
Телепатка подняла на него скучающие глаза.
- Показалось, – пробормотал Сантар.
- Чтобы она там ни говорила, но одной ей не справится, – вновь прозвучали отчетливые слова.
Только теперь он понял, что голос Дайны звучит у него голове.
Помявшись с полминуты, Сантар подумал: «Поручаю Отшельника тебе», и ощущая себя необыкновенно глупо, шагнул к древнему святилищу.
***
Сая спешила. Жилую комнату с горящим очагом она проскочила бегом, не захватив факела – понадеялась на всевидящие глаза. Напрасно – едва ступив в узкий проход, ведущий к подземной зале, Сайарадил окунулась во мрак. Темень, непролазная, абсолютная, была подобно воде в глубинах океана – лезла в глаза и уши, не давала дышать. Сая выставила руки вперед, сделала еще пару шагов и поняла, что надо возвращаться, но, обернувшись, увидела лишь черноту – ни блика света от растопленного очага, ни другой подсказки. Руки вдруг наткнулись на стену. Сая повернулась влево, но ее ладони опять уперлись в шероховатую каменную поверхность. Стена была впереди и позади – везде…
В тишине вдруг раздались шаги. Откуда-то сбоку выплыл огонек… Как она могла забыть, что проходила поворот? Из-за угла показался Сантар, предусмотрительно взявший один из факелов, освещавших жилую комнату.
- Зачем ты пошел за мной? – спросила Сайарадил с досадой, пытаясь за резкостью спрятать свой страх.
- Да так… Подумал, вдруг буду нужен, – хмуро ответил Сантар.
До залы они добрались в тишине.
Зеленоватый огонь все еще горел в чашах. Пройдя к центру, Сая внимательно осмотрела руны, в три ряда окружавшие жертвенники. Внутренняя цепь открывала проход в некое место, обозначенное тремя знаками; Сая прочла это как «мир иной жизни». Второй круг, центральный, приказывал тем, кто пришел на зов, вселиться в жертвенную плоть – должно быть, ту, что лежала на алтарях во время обрядов. Последний из кругов – внешний – обязывал пришедших подчиняться тому, чьей кровью они были призваны; этот человек обозначался руной хозяина.
Вытащив из кармана записи, Сая сосредоточенно перелистала страницы.
- Ты знаешь, что делать? – осторожно спросил Сантар, видя ее озадаченный вид.
- Да… в теории, – ответила девушка. – Нужно начертить непрерывную цепь из рун. Их много, и каждая должна быть безупречна. Крови, наверное, уйма уйдет.
- А дальше? – давил Сантар.
Во взгляде Сайарадил промелькнула растерянность.
- Перепутье должно закрыться. Но как это происходит на деле – понятия не имею… Сантар, тебе лучше уйти. Я не знаю, что произойдет здесь, и не хочу… – Сайарадил запнулась.
- Договаривай.
- Не хочу выбирать – спасать тебя или закрывать перепутье!
Взгляд Сантара потеплел.
- Разрешаю меня не спасать, – хмыкнул он. – Сам разберусь как-нибудь… Давай уже черти свои закорючки!
Обычные цепочки состояли из семи рун. Сложные обряды насчитывали сорок девять знаков; подобными цепочками даровалась физическая сила или запечатывался магический дар. Но был в Саиной книжке один обряд, для проведения которого требовалось начертить триста сорок три руны – семью семь, помноженное на семерку. Именно эту цепочку Сайарадил предстояло нарисовать сейчас. Она занимала пять страниц в книге – но площадь, которую полагалось взять в кольцо, тоже была огромной. Руны приходилось рисовать крупно, соединяя их между собой узенькими дорожками крови. Сайарадил исколола все пальцы, затем сняла кольцо и принялась тыкать острым шипом в ладонь. Через половину круга у нее начало звенеть в ушах, а перед глазами поползли мушки. В какой-то момент кровь просто перестала идти, сколько бы Сая ни сжимала кулак. Тогда Сантар достал нож и порезал себе руку. Макая палец в красную лужицу на его ладони, Сайарадил нарисовала еще четверть круга.