- Взгляни сюда! – приказал Верховный, подзывая девушку взмахом.
На столе напротив окна лежала раскрытая книга с обветшалыми от времени страницами; судя по переплету и размеру, она была назарской. Правую ее часть словно невзначай прикрывала широкая тканевая закладка – так, чтобы скрыть написанное. Слева располагался чернильный рисунок. Черты смазались от времени, и все же Сая узнала узнала его сразу. Это было изображение хрустальной подвески, доставшейся Сантару от матери… Как точно была передана каждая грань камня, прежде казавшегося ей бесформенным!
Верховный смотрел внимательно, и Сайарадил стоило больших усилий сохранить спокойное выражение лица.
- Что это? – спросила она ровным тоном.
- Древняя реликвия. Долгие годы ее надежно скрывали хранилища Первохрама… До прошлой ночи.
- Где же она теперь?
- Украдена, – сказал Верховный, и ноздри его хищно вздулись. – Тем самым человеком, которого ты вывела из города перед рассветом.
Сая сделала вид, что не слышала последней фразы.
- Это артефакт? – спросила она, протягивая руку к рисунку.
Верховный предупредительно вскинул руку и отодвинул ветхую книгу к дальнему краю стола.
- Реликвия не обладает магическими свойствами… По крайней мере, нам об этом неизвестно, – быстро сказал он.
Сайарадил осторожно склонилась над пожелтевшей страницей.
- Что это за книга? – спросила она.
- Летопись одной из назарских школ эпохи Объединения, – помедлив, ответил Верховный. – Стой на месте!..
Но Сайарадил уже сдвинула закладку, открыв спрятанный текст. Полустертые иероглифы промелькнули перед глазами. Прежде, чем девушка успела вчитаться, Верховный порывисто шагнул вперед и с силой захлопнул книгу; старый фолиант обиженно скрипнул от столь небрежного обращения. Сайарадил увидела обложку – без орнаментов и рисунков, а лишь строгое название в рамке, завизированное красной печатью. Девушка ахнула, не совладав с собой: внутри круглой печати стоял потерный, но вполне читаемый иероглиф «небо».
- Летопись школы Небесной печати! – выдохнула Сая. – Откуда она у вас?
Верховный жрец сдвинул книгу в сторону и внимательно посмотрел на бывшую ученицу.
- Что тебя так удивляет? – спокойно спросил он. – Разве в наших хранилищах мало назарских текстов?.. Назары оставили эту школу после восстания Назарда, уходили в спешке, побросав множество вещей. Так эта реликвия попала к нам.
- В чем ее ценность?
- Лишь в древности.
- И вы поэтому так сильно желаете ее вернуть?
Обогнув стол, глава жречества навис над Сайарадил черной горой.
- Это я с тобой обсуждать не намерен, – глухо проговорил он.
Сая отодвинулась на полшага назад.
- Чего же вы хотите от меня?
- Верни ее.
Девушка расхохоталась.
- Зачем вам я? У вас столько стражников! Отправьте их в погоню за тем вором!
Верховный вздохнул.
- Однажды я уже посылал своих слуг на север, и тебе лучше знать, что с ними там стало. Нет, Сайарадил, для моих стражников переступить границу лесов – это верная смерть. Даже я сам, признаюсь, не рискнул бы переплыть русло Тиуры… А вот ты вхожа в дикие земли – уж не знаю, за какие заслуги! Поэтому лишь ты можешь вернуть то, что принадлежит мне.
- А если я откажусь? – тихо спросила Сая и заметила, как меж пальцев Верховного пробежала горячая искра.
- Конечно, откажешься, – кивнул тот. – А как иначе? Ты имеешь на это право… Но почему-то мне кажется, что тогда с твоей семьей может произойти нечто ужасное.
У Сайарадил перехватило дыхание. Разом перед ее глазами встали видения: мрачная зала, крики и окровавленное тело на полу… Усилием воли девушка взяла себя в руки.
- Вы угрожаете семье сенатора? – с напускным спокойствием спросила она.
- Не угрожаю, – заметил Верховный. – Лишь предупреждаю, чего тебе будет стоить отказ.
- Даже глава Первохрама не может быть настолько самонадеян! – фыркнула девушка. – Думаете, вам сойдет с рук такое? Да ни храмовые стены, ни все ваше мастерство не спасет вас от наказания!
- Ты что же, думаешь, я их сам голыми руками передушу? – поморщился глава Первохрама. – Все будет намного изящней. Глянь-ка…
Выхватив из-под плаща карманную книжицу, Верховный перелистнул страницы и ткнул в лицо Сайарадил – так близко, что той пришлось взять книжку в руки. На плотных листах бумаги был изображен круг из переплетенных узоров. Это были руны, обозначающие части тела…
Сая почувствовала, что у нее перехватывает дыхание. Глаза заслезились так, что пришлось перелистнуть страницу. Сморгнув выступившие слезы, девушка перевернула второй лист, затем еще и еще. Она разглядывала новые круги и рунные цепочки, узнавая дотошность своего наставника: страницы сопровождались надписями, каждая новая цепочка была расписана по принципу действия и технике начертания. На последних листах оказался своеобразный словарь. Сая пробежалась глазами по столбикам рун и их значениям. Возле некоторых символов стояли знаки вопроса и несколько вариантов перевода; многие из рун и вовсе были расшифрованы неверно.