- Так вот же, – мотнула подбородком Дайна, указывая на резьбу над камином. – Гроздья рябины для отпугивания духов, веточки можжевельника для привлечения удачи – это понятно, на севере их везде изображают. А вот в центре – погляди! – отчетливо виден глаз, заключенные в круг… Это символ Могота.
Теперь и Сая увидела. То, что она ошибочно приняла за полустрертое лицо, в самом деле была неплохо сохранившимся символом древнего божества загробного мира.
- Почему он здесь? – пробормотала Сая с недоумением.
- Должно быть, хозяин этого дома родном из северян, – отозвалась Дайна.
- Северян давно уже в Могота не верят!
- Традицию так просто не забудешь… Но даже когда уходит память, остается привычка. Мой отец и отец моего отца вырезали эти символы над очагом в своих домах – значит, и я буду. Зачем? Не знаю… Да какая разница? Так надо!
Сайарадил продолжала сверлить взглядом вырезанный на полке глаза; теперь ей казалось, что тот смотрит прямо на нее.
- Конечно, куда мрачному древнему Моготу до милосердной Вайдер! – протянула Дайна, ехидно поглядывая на Саю.
- Скоро рассвет… Давайте уже спать, – недовольно протянул Кайрус и лег там же, где сидел, – на небольшой топчан у стены.
Через пару минут из его угла послышалась сопение. Его таланту мгновенно засыпать можно было лишь позавидовать.
Дайна наконец-то отложила гребень и огляделась. Кроме топчана, где уже расположился Кайрус, спальных мест в крохотной комнатке не оказалось. Не утруждаясь церемониями, Дайна подошла к Кайрусу и ущипнула его за щеку – тот заворчал недовольно, но откатился к стене. Улегшись к нему под бок, Дайна укрылась с головой пледом. Сая вздохнула; спать на стуле, конечно, было неудобно, но под бочок к Кайрусу не хотелось куда больше. К тому же сна не было ни в одном глазу…
Жаркий очаг натопил комнату, горячая уха согревала изнутри. Веки налились тяжестью; Сая сама не заметила, как уснула, придвинувшись к столу и уронив голову на сложенные руки.
Этой ночью ей вновь приснилась мертвая Айстриль, а затем и Эйлинур, который почему-то было на вид лет пять, не больше. Словно издеваясь, видения сменяли друг друга, заставляя Сайарадил дрожать во сне. Разум противился этому кошмару, пытаясь вытолкнуть ужасные картины, и у него наконец-то получилось. Теперь Сайарадил снился огромный глаз, густо обведенный черной каймой – точно так же любили подводить сурьмой свои глаза южные вельможи. Глаз был то зеленый, то синий, то вдруг почему-то желтый, кошачий; до рассвета он пристально следил за Саей, и спрятаться от него было невозможно.
***
День не задался сразу.
Сая проснулась с отвратительным ощущением, что произойдет нечто ужасное. Судя по яркому свету, льющемуся из окна, время было далеко за полдень. Дайна спала; из-под пледа торчали ее разметавшиеся во все стороны волосы. Кайруса в комнате не оказалось… Сайарадил попыталась понять, что не так, как вдруг из-за соседней стены донесся странный звук – то ли стон, то ли плач. Вскочив, девушка метнулась в соседнюю комнату.
Фридо Лорк не спал – как оказалось, с рассвета.
- Почему сразу не позвал? – рявкнула на него Сая.
- Еще не хватало вас будить, – нахохлился слуга. – Потерплю как-нибудь!
Размотав повязку на ноге, Сайарадил с ужасом обнаружила распухшую лодыжку.
- Потерпел? – язвительно спросила она.
Фридо виновато понурился. Щеки у него были подозрительно-пунцовыми. Сайарадил потрогала его лоб – какой горячий! – и еще раз осмотрела ногу. Выглядела та скверно – куда хуже, чем накануне. Должно быть, сказалась вчерашняя тряска в седле.
- Все-таки перелом? – раздалось за спиной.
В дверях стояла Дайна с разводами от складок пледа на щеке.
- Откуда мне знать? Я же не целитель, – огрызнулась Сая. – Какое-то нарушение есть, но перелом или растяжение – этого я не вижу… Сама что думаешь?
Дайна прошла вперед и через Саино плечо глянула на распухшую лодыжку; брови ее поползли вверх.
- Да здесь лекарь нужен, – заметила она.
- А то без тебя не догадалась бы, – пробормотала Сая; она была не в том расположении духа, чтобы подбирать слова. – Где Кайрус?
- Тренируется, наверное, – ответила Дайна, потрогала лоб Фридо тыльной стороной ладони и покачала головой. – Пойду-ка разузнаю, есть ли здесь лекари.
- Простите меня, госпожа, – виновато протянул Фридо.
Сая отмахнулась и, присев на край кровати, положила ему на лоб свою ладонь – холодную, как и всегда.
Вернулась Дайна вместе с хозяином их жилища.
- Нет у нас лекарей, – сообщил тот, опасливо косясь на Фридо. – Был старый знахарь, но помер три года назад… А его сын подался в Эндрос, как только война началась.