— Далила права, Мари, — вмешался Ной. — Красть тебя нет никакого смысла. Ты отказалась быть жрицей, а необходимо добровольное согласие. Красть кого-то другого тоже не шибко мудрый вариант. Иначе получится, как с Лираной. Новый кандидат попросту сбежит, когда представится возможность. Жрице нужно договариваться с будущим преемником. Обещаеть ему или близким некие блага за работу и пожизненную изоляцию.
— Это меня и пугает, — призналась Мари. — Вдруг Флора не объявлятся, потому что пообещала безопасность для близких новому преемнику? Вдруг это мой отец?
Друзья переглянулись, потом обе девушки потупили взгляды, а Ной кашлянул.
— Такой вариант возможен, — согласился он нехотя. — Но терять надежду нельзя. Для нас с Далилой тоже, казалось, всё кончено. Но вот мы здесь. Целы и невредимы.
— Что же касается остальных происшествий, то их тут десятки на дню, — перевела тему Тисса. — Кстати, ты не забыла, что у тебя сегодня практическое занятие?
— Нет.
— Тогда почему ты не в зале? — белокурая подруга указала на настенные часы. — Опаздываешь уже на десять минут.
Мари всплеснула руками. И правда! Время обучать жителей срединной территории Зимним узорам, а не говорить с друзьями о личном. Да, конечно, Принцесса не опоздывает, а задерживается. И всё же некрасиво заставлять себя ждать.
В зале для тренировок собралось десять стихийников Зимы и один Осенний мальчишка. Приятель Яна Тем, с котором Мари жила в Восточном в прошлом году.
— Я поглядеть хочу, — ответил он на вопросительный взгляд Принцессы. — Говорят, ты самая сильная стихийница на свете.
По правилам, на тренировке полагалось находиться только детям одного Времени Года, но Мари решила сделать исключение. Не из-за похвалы. Понравилась, как мальчик разговаривает. На равных. Для него она осталась всё той же девчонкой, которую они с друзьями обливали чернилами и выслеживали в лесу. И это радовало.
Мари поработала с учениками, среди которых были трое подростков и семеро взрослых. Проверила узоры, те, что велела тренировать на прошлом занятии. Ей досталась самая маленькая группа. Стихийников Зимы на срединной территории всегда жило меньше остальных. Но даже хорошо, что в Академию их прибыло немного. Мари могла уделить максимум внимания каждому. Вот и сегодня она подходила, поправляла, объясняла. Удивительно, но ей нравилось обучать других. Может, назначить саму себя педагогом по практике и высшую школу Дворца? А что? Неплохая идея.
Затем Мари устроил мини-состязание. Просила учеников нападать, используя любое плетение, которое они сочтут нужным, а сама оборонялась. Она сделала это не ради проверки умений стихийников Зимы, а из-за Тема, наблюдавшего за «представлением» с открытым ртом. Мальчишка приходил в восторг каждый раз, когда Мари легко отбивала очередную атаку: заставляла снега и ветра прекращться или ставила ледяную защиту. Напратиковавшись вволю, Мари дала ученикам новое задание и устроилась на скамье у стены рядом с Темом.
— Как у тебя дела?
— Хорошо, — ответил мальчишка, правда, без особого вдохновения и добавил шепотом: — Я рад, что Марла вернулась. Рад, что она выбралась и вообще… С ней хоть поговорить можно. Лен не понимает. Для него всё это большое приключение. Ну, большой мир. Мол, подумаешь, что там опасно. Зато никто другой и не бывал за гранью. Но это мерзкое место. Еще и Ян теперь знает, как там на самом деле. Но Ян в Зимнем Дворце, а Марла рядом. А еще она пироги вкусные печет. Пальчики оближешь.
— Рада, что вы с Марлой есть друг у друга, — улыбнулась Мари и подумала о Яне.
Двоюродный брат не горел желанием обсуждать большой мир, в отличие от Тема. Может, дело в чувстве вины? Или прошло слишком мало времени с возвращения? Осенний мальчишка дома столько же, сколько она сама.
Мари перевела взгляд на учеников. Двое не расчитали, и их ветра схлестнулись, да так, что создатели разлетелись в стороны.
— Осторожнее! — велела Мари. — Травмы нам без надобности.
И в этот самый миг воздух у дальней стены заколыхался. Мари вздрогнула, хотела, было, вскочить, однако тело одервенело. Так и осталась сидеть на скамье и взирать туда, где только что произошло нечто старанное.
— Что с тобой? — спросил Тем. — Та-ак побледнела?
— Ничего, — отозвалась Мари хрипло. — Кое-что померещилось. Наверное, надо больше спать. А то усталость копится.
В зале ничего так и не случилось. Стена, как стена. Никакого больше колыхания воздуха рядом. Может, правда, померещилось? Когда ждешь катастрофы, воображение играет…