— Да, — ответила Мари без промедлений.
Она, правда, верила, а не выдавала желаемое за действительное. Чувствовала, что трое маленьких стихийников где-то есть. Вернутся они домой или нет — отдельный вопрос. Но они точно не мертвы. Так подсказывало чутье. А ему Мари привыкла доверять.
— Спасибо за идею, Принцесса Розмари, — проговорила Ловерта, намереваясь прощаться. — Многим затея не понравится. Но она стоящая. Кстати, предлагаю выдать ее за мою. Так окружающие поднимут меньше шума и… Ох…
Ловерта чуть чай на себя не пролила от неожиданности, хотя она точно была не из пугливых. Но двери отворились столь резко, что любой бы подпрыгнул.
— Идём, у нас очередная катастрофа, — объявил влетевший в гостиную Грэм.
Выглядел он неважно. Волосы растрепались, плащ перекосился. Но глаза горели яростным огнем. Попадется на пути недруг, мокрого места не останется.
— Дети? — Мари вскочила и пошатнулась. — Опять?
— Нет, — Грэм тряхнул головой. — Но не намного лучше. У нас попытка убийства. Пока это считается попыткой. Какая-то… хм… скотина безрогая подмешала жертве в качестве яда погодное зелье.
— Ох… — выдохнула Ловерта и закрыла глаза, боясь представить последствия.
А у Мари ум зашел за разум. Как это погодное зелье? Она не представляла, что его вообще можно использовать «таким образом»…
— Идём, Мари, — повторил Грэм. — Ты должна присутствовать. Тем более, жертва… Она…
По спине Принцессы пронесся холодок. Кто-то из ближнего круга! Однозначно!
— Кто жертва, Грэм?
Он тяжко вздохнул и ответил, глядя на подопечную сочувственно:
— Милла Греди.
— Что-о-о?!
Колени таки подкосились. Мари рухнула обратно на стул, не чувствуя в себе сил куда-то идти, что-то делать и вообще говорить. Они ее оставили. И кажется, надолго…
— Каковы шансы на благополучный исход?
Как же ужасно спрашивать такое у лекаря, приходящегося пациентке отцом. Тем более, если пациентка едва не умерла. Но Мари понимала, что Хорт сейчас там, где должен быть, и лучше него с лечением Миллы не справится никто. Даже Веста.
— Шанс небольшой, — признался Хорт, пряча горечь за монотонностью. — Чудо, что она вообще жива. Глотнула «отравленного» чая совсем чуть-чуть. Пациентка отвлекла. Зашла без приглашения. Она-то и шум подняла, когда Милле стало плохо. Иначе… иначе было бы поздно. Сейчас нужно постоянно поддерживать температуру тела и найти мерзавца. Пока не узнаем, что за погодное зелье использовано, процесс вспять не повернуть.
Мари посмотрела на Миллу с отчаяньем. Сейчас она выглядела спящей. Мирно спящей. Даже щеки порозовели. Не осталось и следа от ледяной корки, их покрывавшей. Но умиротворение было видимостью. Всё могло измениться в любую минуту, смерть отступила, но лишь на время. А проснуться Милла не могла. Уж точно не сама. Поддерживать «сон», чтобы не случилось худшего, могла настойка Весты. Оказалось, Королевский лекарь и потомственная целительница уже сталкивались с такой проблемой, как отравление погодным зельем. Трижды. Путем проб и ошибок Веста создала зелье. У Хорта хранился пузырёк на всякий случай. Кто бы знал, что этот «случай» коснется его собственной дочери…
— Держите меня в курсе, — попросила Мари Хорта и вышла в коридор.
Но далеко не ушла. Прислонилась к стене, чтобы не упасть. Она сумела найти в себе резервы сил, чтобы собраться и навестить Миллу. Но теперь слабость возвращалась.
Не верилось, что такое случилось. Да еще с такой замечательной и девушкой!
— Вы знаете, кто это сделал, верно?
Рядом остановился Витт. Белый, как снег.
— Что за бред? — возмутился Грэм на секретаря.
Но тот горько усмехнулся.
— Ее Высочеству точно известно больше нашего, зу Иллара, — отчеканил он. — Буквально пару часов назад она просила передать Милле сообщение. О том, что ждёт новостей. Вопрос на засыпку: не связаны ли эти новости с нынешним состоянием Миллы?
Мари ощутила непреодолимое желание сбежать. Или провалиться сквозь пол. Лишь бы перестали буравить вопросительными взглядами две пары глаз. Ведь Витт прав, и Милла могла пострадать из-за расследования, которое вела.
— Ваше Высочество! — секретарь впервые на ее памяти повысил голос.
— Не кричи, — попросила Мари, обхватив руками виски. — Голова сейчас треснет.
— Ничего не сделается вашей голове, — объявил Витт. — Это Милла умирает.
Грэм шикнул на парня, мол, ты переходишь границы дозволенного, и обратился к подопечной. Мягко, но требовательно.
— Мари, что происходит? Не время играть в молчанку.