– Выходишь замуж за Карлоса Живете год, потом разводитесь. Семьдесят процентов денег ему, тридцать тебе. Ну и мой бывший муж в придачу.
На лице Амадо выразилось такое отвращение, что Феола едва не рассмеялась.
Сработало!
И улыбнулась.
– А брак ведь должен быть консумирован, – Карлос гордо выпятил цыплячью грудь. – А я к этому уродцу и щипцами притронуться не смогу.
Грудь сдулась обратно. Карлос пытался переварить полученную информацию.
Это его?.. К нему?!. Но… к-как?!
– Я – не продаюсь, – отчеканила Феола, выдернула из-под рук нотариуса заполненную форму и быстро расписалась. А потом вручила лист Эктору, который прижал его к груди нежно, но крепко – не вырвешь.
Уж помолчим, что через год Амадо ей просто побрезгует. Подстилкой из-под его пасынка. И останется Феола с разбитым сердцем, Амадо с разводом, и Альба с сыночком – в деньгах и довольные. Вот еще не хватало!
Никакие деньги такого не стоят! Возьмешь раз, а жизнь себе навек испортишь.
Уж молчим, что дело не на высокой горе происходит. Тут тебе и следователи, и нотариус, и все Ксаресы, через три дня такие слухи по Астилии пойдут, что не отмоешься. Проще будет обратно уехать, так и туда доплывет.
Нашли идиотку – жизнь свою на пару монет разменять! Тьфу!
– Ты хорош-шо подумала, что делаешшшшь?! – окончательно перешла на родной гадючий Альба. – Я ему никогда не дам развода! Я вам всю жизнь испорчу… одумайссся!
Амадо коснулся локтя Феолы.
– Не переживай, рыжик. Для развода нужно или согласие, или обстоятельства. К примеру, супружеская измена, подтвержденная не менее чем тремя свидетелями. А они, я так полагаю, в этом доме найдутся. Разведут нас быстро и со свистом. Что бы Альба ни говорила.
– Найдутся, конечно, – согласился Эмилио. – Это в протокол нужно или как-то еще? Орала ваша бывшая, уж простите, на весь дом. Когда отец ее того… радовал во всех позах.
Альба выплюнула грязное ругательство.
Карлос съежился в кресле.
Здесь и сейчас под каблучки туфель Феолы летели шикарные костюмы и мобили, дома и виллы на побережье… и душу полнило непонимание.
Как она может отказываться от ТАКИХ денег?!
А ведь отказывается!
Легко и непринужденно, и не жалеет, это он видит. Хотя чего удивляться? Если кто-то легко отдает деньги, значит… значит, у него просто еще есть! И побольше!
Только вот… опять непонятно, зачем этой девушке Амадо Риалон! У него же нет денег!
Карлос точно знает! И мама знает… так зачем?!
За серьезными размышлениями он пропустил момент, когда Альба начала орать и биться в истерике.
– Убью, всех убью… и тебя, и его, и ее!!!
Мужчины переглянулись.
– Тан Риалон, мне придется все же арестовать вашу супругу, – развел руками следователь. – Она вполне могла убить тана Ксареса, просто не всё рассчитала…
С точки зрения Имануила Рокелио, всё было логично.
Старичок переспал с молоденькой, составил завещание, сообщил ей об этом в постели… ритана, зная о его привычках менять последнюю волю, позаботилась, чтобы у него не было такой возможности. Не рассчитала только выходки Феолы.
Да, не все продаются. И от этого как-то приятно на сердце.
Казалось бы – громадные деньги! Бешеные! Тут и счета, и несколько поместий, и дом в столице, вот этот, огромный, набитый антиквариатом. А Феола смотрит равнодушно. На дом.
Вот на Амадо Риалона она смотрит с любовью. Альба, кстати, наоборот, не может поверить, что так бывает! Что кто-то отказывается от громадных денег… да, эту девочку она явно не просчитала. Но так бывает, нет идеального убийства.
Все сделала, чтобы отвести от себя подозрения – и прокололась на честности ританы Ксарес.
Определенно – арест. А там посмотрим!
Амадо кивнул.
– Да, пожалуй.
– Ты!!!
Альба окончательно потеряла человеческий облик и завизжала вовсе уж невообразимое. Да так, что вчетвером выволакивали из кабинета.
Нотариус смотрел на это с глубоким пониманием человеческой натуры.
В убийстве дамочку обвиняли – это ерунда, это ничего, но стоило ее лишить денег – и трагедия жизни разыгралась во всей красе.
– Ритана… эм-мм… Феола, – кашлянул Эмилио. – Мы вам признательны за этот поступок. И… я понимаю, что раньше нам было бы сложно общаться, но может, еще не поздно как-то наладить отношения?
Феола пожала плечами.
– Посмотрим. На похороны деда я приду. И мои брат с сестрой тоже, а дальше будет видно.
– И тан Риалон, полагаю, тоже?
– Как мой будущий супруг, – кивнула Феола, крепко беря Амадо под руку. Да тот и не протестовал – не дурак!
– Мы будем рады вас видеть. Хотя повод и печален…
Феола еще раз кивнула. И промолчала.