Нет, нереально.
А вот что ее использовали для сбора информации, Марина поняла достаточно быстро – не дура же! Тетушка исправно рассказывала кому-то о том, что происходит при дворе.
Еще и Марину припахивала.
Там поговорить, здесь записочку отнести, сходить, телефонировать не из дворца…
Кто, КТО из репортеров упустил бы такой случай? Марина себя дурой не считала, так что с некоторых пор вела понятные лишь ей записи. Рисовала схемы, стрелки, обозначала людей пиктограммами, наблюдала, делала выводы…
Рассказывать, правда, боялась.
Кому? Королю?
Ага-ага, так подходишь на приеме к его величеству, по плечу хлопаешь: «Ваш-вество, на тебя тут покушаться будут! Меры прими!»
К службе охраны Короны.
В полицию…
Что, нереально? Вот и Марина не чувствовала уверенности.
Жить хотелось. Она преотлично понимала, что для заговорщиков она вроде блохи. Ногтем придавят и забудут. Никто и не вспомнит, и не помянет. А жить хотелось, очень даже… мечталось о своем домике, о журналистике, о редакции с ее своеобразным потрясающим запахом, о псевдониме «Сирена». Она же морская, и шепчет, и манит, и зовет…
С тетушкой впереди могла ждать только плаха. Ну, или опала и возвращение в провинцию. Этого Марине не хотелось.
Заговор удастся?
Ну… тогда плаха. То есть кинжал под ребро, по-быстрому. Никому-то Алехандра не нужна. Кроме Хоселиуса Аурелио, который ее любит. Как умеет, а все-таки.
Заговор провалится?
Алехандра окажется в немилости. Может, Хоселиус Аурелио ее и прикроет. А может, и нет. Кто его знает?
Мужчины прощают разное. Кто-то простит супруге измену, но не простит растрату.
Кто-то плюнет на любые расходы, но удавит за невнимание к детям.
Кто-то убьет своей рукой за предательство.
Хоселиус? Насколько Марина его изучила, он будет долго страдать. Растравлять в себе эту рану, каяться, казниться, потом опять страдать… тетушке при дворе будет тесно и грустно. И нечего делать.
Выгонят ее с позором, и Марину вместе с ней. Выго-нят. Еще и сапогом вслед кинут.
Так что надо искать пути на будущее.
Надо потихоньку готовиться.
Марина уже и начала.
Уже и заметочки ее появляться начали в газетах, такие, коротенькие и язвительные, в стиле «из жизни двора», уже она и квартирку себе присмотрела, и денег немного отложила, и платья частично туда перетащила – мало ли что? Вдруг придется убегать только с тем, что на себе?
Нет-нет, она не воровала. Но при дворе у умного человека всегда есть возможность заработать.
Слово там, намек тут, вот и приходит в руку реал. И нечего его тратить на глупости.
А потом события понеслись, словно с горы.
Смерть старого короля (Марина даже подозревала, КТО его убил). Она твердо была уверена, что смерть эта не естественная.
Переезд двора в столицу!
Активизация заговора.
Покушение на короля, еще одно… то есть на будущего короля, на Хоселиуса Аурелио – и оно увенчалось успехом. Марина и не удивилась.
Но молчала.
А кому она и что расскажет? Кто ее выслушает?
Догадки у нее были, но догадки к делу не приложишь. И доверять она никому особенно не могла.
Хоселиус умер, Алехандра порыдала немного, а потом получила телефонный звонок. И – одурела. Другого слова девушка и не подобрала бы!
– Марина, собирайся! Пойдешь со мной!
– Куда, тетушка?
– В часовню. Молиться за Хосе… чтоб он еще раз сдох!
– Тетушка?!
– Ты идешь! Со мной! В часовню придет маг, он приворожит к тебе Бернардо!
Марина открыла рот. Подумала, закрыла его, на всякий случай даже язык прикусила.
Приворожат, ага! Прибьют там Бернардо, вот это вернее всего! И их заодно, чтобы под ногами не путались!
Но… как сказать об этом тетушке, не получив еще оплеух? Она же не поверит, она просто НЕ ПОВЕРИТ! Ей хочется власти, ей хочется править…
И тут Марина коварно лишает ее мечты?!
Тетушка просто не услышит. Не захочет слушать.
А делать-то что?
У Марины был только один выход. Попробовать поговорить хоть с кем. Хоть с его высочеством, хоть с некроманткой… не ожидала она, что тетушка сразу начнет действовать. А когда поняла, что их усыпляют, было уже попросту поздно. Непоправимо поздно.