— Потом уже… После суда и… — Ника вдруг запнулась, точно поперхнувшись хлебной крошкой, — и другое… меня некоторое время не было дома. Но когда вернулась, я все ждала, что он позвонит, придет, поддержит. Сутками сидела у телефона, как сегодня.
— А он не позвонил.
— Не позвонил. — Ника потерла кончик носа, словно таким образом пыталась отогнать слезы. — Я вот думаю, что, наверное, он ее не любил. Она любила, а он нет. Так часто бывает.
Бывает, и не часто, а почти всегда. Вот Тимур, он ведь тоже любил Лару, обожал до потери памяти, до предательской дрожи в коленях, до готовности прощать все и даже больше, а она? Считала, что так и должно быть. Лара не отвергала его любовь, она ее попросту игнорировала.
— Что ты еще знаешь о нем?
— Ничего. Я даже не совсем уверена, что это "он", а не "она". Я ведь имени не слышала, и вообще слышала очень мало, Лара, догадавшись, что она не одна в квартире, разговор свернула.
— И не выясняла потом?
— Нет. Мне… Мне стыдно было. Ларины друзья они… они особенные, а я кто?
Ларины друзья — подонки и паразиты, которые гуляли на Тимуровы деньги и при этом фыркали ему же в лицо. Дескать, бизнесмен, толстосум, куда ему понять высокие материи искусства и сложные терзания тонкой души творца. При этом творцы жрали водку, ничтоже не сумняшеся, запивали ее пивом или шампанским — выбор напитков определялся "творческим" настроением — потом блевали и, мучаясь похмельем, изрыгали друг на друга тонны яда. Если бы не Лара, которая нежно называла тварей сиих "богемой", Тимур живо разогнал бы эту шайку по домам.
Если бы не Лара… Они на героин ее подсадили. И убили потом. И этого "принца" следует искать в той же тусовке.
— Зачем. — Вяло осведомилась Сущность, которая уже отчаялась достучаться до Тимурова разума.
— Затем.
Мой дневничок.
Алик слово держит, досняли картину — отдыхаю месяц или даже больше. И бабки платит, неплохие, между прочим. Откладываю, зачем — сама не пойму. Хотя, на что мне их тратить, когда нас Тимур содержит, да и отцовские запасы еще есть, знаю только, что деньги лишними не бывают. Плохо, что таблетки перестают действовать, а тогда такая тоска наваливается, что хоть вешайся. Кругом одни уроды. Мужики совсем офигели, думают, что раз я в кино снимаюсь, то каждому давать должна? Ладно, Алик меня на крючке держит, Федор Федрыч, режиссер наш, с ним нельзя ссорится, но какого ко мне все эти операторы, осветители и прочая шушера лезет? Пожаловалась Алику, тот только посмеялся.
Зарастаю грязью, я физически чувствую, как она остается на мне, врастает в кожу, в душу, в сердце. Тимур и тот противен, хотя он-то ни в чем не виноват.
Мужиков вообще ненавижу. Тупые, похотливые животные. Не могу писать, стоит взять кисть, и руки словно каменеют, хочется сидеть и плакать.
В пакете, который я наконец-то решилась вскрыть, оказался фотоальбом, наш с Ларой старый фотоальбом, с ободранными краями, трогательно-слюнявыми щенками на обложке и дарственной надписью «Ларочке на день рожденья от Машули!». Помню, Ларе подарок дико не понравился и, обидевшись на Машку за небрежение — подарки для Лары следовало выбирать необычные, оригинальные или, по меньшей мере, дорогие — не разговаривала с ней недели две. А альбом мне отдала, сказав, что для меня он в самый раз.
Я не протестовала, мне альбом понравился, особенно фото на обложке — два крошечных щенка, похожих друг на друга, пытаются выбраться из плетеной корзинки. Я даже какое-то время фотографии собирала, трепетно раскладывала и оставляла внизу глупые надписи, вроде «Мы с Ларой, Москва, 1999 год». Занятие в скором времени надоело, и фотки пошли уже без подписей, а потом альбом и вовсе куда-то запропастился.
Лара забрала с собой? Мысль шальная и нелогичная. Тимур же на пальцах доказал, что Лара умерла, это просто кто-то, прикрываясь ее именем, сводит меня с ума. Но альбом, откуда у этого гипотетического «кого-то» наш фотоальбом?
Открывать страшно, что внутри? Фотографии, как раньше или еще один неоспоримый факт Лариного возвращения? Альбом я разглядывала минут пятнадцать, да, я — трусиха, и мне требуется время, чтобы собраться с силами и заглянуть внутрь. Итак, считаю до трех. Один, два… два с половиной… два с четвертью…
Да ладно, в конце-то концов, сколько можно в детство играть! Разозлившись на себя, я мужественно открыла альбом. Ничего. Пусто. Ни одной фотографии, только подписи и остались. «Лара и Алик». «Лара и белое счастье». «Лара на съемках «Спящей красавицы»»… Бред, ерунда какая-то, Лара никогда в жизни не снималась в кино, уж я-то знаю, она бы непременно похвасталась. «Спящая красавица», это такой детский фильм, да? А что такое «белое счастье»? И про Алика слышать не доводилось. Артем среди знакомых был, Артур тоже, может, имеется в виду Лешка? Алексей — Алекс — Алик? Была бы фотография, я б точно сказала, а так…