Почти сразу же море начало подавать некоторые признаки беспокойства, будто старый голодный медведь, проснувшийся в своей берлоге среди зимы. Волны, словно обретя разум, начали с удвоенной силой биться о борта кораблей. Одна волна, отделившись от остальных, стала расти, неторопливо и грозно поднимаясь вверх, напоминая диковинное, тянущееся к солнцу растение. Очень скоро она достигла фор-брам-рей "Дельфы" и при этом, не переставая ежеминутно стремиться ввысь и расширяться. Кое-кто из команды "Грифона" смачно выругался, кое-кто набожно перекрестился. Что ж, просите о милости своих богов, речные миноги. Ни один из ваших богов не поможет вам уйти от гнева морского!
Тем временем моя команда изрядно заскучала. Им было не привыкать к своеобразным выкрутасам водной стихии, ибо такие трюки с водой они видели уже в тысячный раз. Они, вероятно, с нетерпением дожидались того, когда я отправлю весь экипаж "Грифона" на дно.
С виду не испытывая ни малейших усилий, я незаметно махнула рукой, и искусственная волна с грохотом обрушилась на отказавшийся повиноваться корабль. Большая часть матросов, находящихся на нем, в мгновение ока очутилась за бортом. Вода хлынула на шкафут с такой силой, что поднявшиеся ввысь тучи брызг залили всю палубу "Дельфы" от носа до юта. Изначально я думала, что слегка переборщила с магией, и торговый корабль непременно перевернется, канув на дно вместе с экипажем и драгоценным грузом. Но в итоге все обошлось, и корабль, неистово закачавшись, все же смог выровняться и устоять на воде. Выведя из строя орудие противника, я отправила точно такую же волну вдогонку "Ании" и дала команду захватить "Грифон".
Оказавшись вблизи временно оглушенной жертвы, чей экипаж еще не успел прийти в себя, промокшие до нитки, но не менее воинственно настроенные пираты закинули приготовленные заранее абордажные кошки и без труда переместились на палубу противника.
Немногие матросы, которых чудом не смыло за борт и не убило обрушившимися кусками мачты и пущенными снарядами, попытались оказать сопротивление. Один из них, светловолосый, в полосатой тельняшке, выскочив из-за колонны грот-мачты, (Грот-мачта - судовая мачта, обычно вторая мачта, считая от носа судна.) кинулся на меня с тесаком. Я успела вовремя парировать его удар, иначе мне пришлось бы остаток жизни, подобно Гоцу, щеголять с крюком заместо руки. Пришедший в неистовство матрос яростно наседал на меня. С каждым разом его удары становились сильнее. Мне не помешал бы такой бесстрашный и довольно симпатичный моряк, умеющий так превосходно обращаться с оружием. В другое время с радостью приняла бы его в команду. Жаль расставаться с таким кадром, но, видно, не судьба... С этими мыслями сделала обманный прием, а когда матрос стал парировать ложный выпад, без каких либо признаков эмоций на лице, нанесла рубящий удар по шее. Мне удалось снести бедолаге голову, и она с глухим стуком покатилась по доскам. Упав на колени, мертвец качнулся и завалился на бок. Переступив через безжизненное тело с таким видом, будто только что закончила нарезать салат, оглядела недавнее место сражения и выкрикнула пару отрывистых команд:
- Прочесать весь фрегат от киля до клотика! (От киля до клотика - "снизу доверху", от низшей точки судна до высшей.) Пленных не брать, всех отправлять к медузам!
Удостоверившись, что была услышана всеми, я отправилась на поиски дерзкого капитана. С торгашом у меня еще остались счеты. К тому же, я прекрасно видела, как этот пес трусливо нырнул в камбуз.
II. Добро пожаловать в Сеян!
Как и следовало ожидать, морских существ мы обнаружили в ахтерлюке. (Ахтерлюк - отверстие в палубе для погрузки грузов в кормовой трюм корабля.) При мысли о том, что пришлось пережить несчастным созданиям, у меня от боли сжалось сердце. Гарланеки, едва шевеля золотистыми плавниками, медленно плавали в небольшом железном тазу, до половины наполненном мутной, зеленоватой водой. Одна из рыб уже успела перевернуться, выставив черное, чешуйчатое брюхо. Наорми и Сен Тэми делили одну железную ванну, и за время путешествия успели изрядно потрепать друг друга в борьбе за жалкую территорию. Но, к счастью, обошлось без потерь. А несчастных морских бесов экипаж "Грифона" умудрился запихнуть в тесную бочку. Оттуда беспрестанно доносилось глухое, возмущенное порыкивание. Вероятно, эти олухи совершенно не имели представления, как обращаться с морскими тварями. Обведя взглядом печальную обстановку, в которой содержался контрабандный груз, я приказала перенести морских обитателей на верхнюю палубу.
Следить за действиями подчиненных мне помогал Ерс - боцман. Временами покрикивая на команду и призывая действовать аккуратнее, он за считанные минуты исполнил приказание. В общей сложности, все обошлось гладко, если не считать того, что один из Ардагов чуть не выцарапал глаз недалекому пирату, по глупости заглянувшему в бочку.
После того, как существа были перенесены на палубу "Грифона", мы со спокойной душой отпустили их с миром. Огромная змея с вытянутой мордой, чья голова была сплошь усеяна небольшими рожками, сверкнула блестящей чешуей и незамедлительно исчезла в морской пучине. Следом за ней корабль покинули наорми и шумные морские бесы. Рыбы с золотистыми плавниками умчались следом за остальными. Одна из гарланеков, изначально показавшаяся мне дохлой, полежав на брюхе, в итоге все же пришла в себя. Слабо махнув золотистым хвостом, она осторожно перевернулась. Свежая, ледяная вода отрезвила ее. И вскоре рыба отправилась вдогонку за своими сородичами.
После удачного спасения морских существ, пираты занялись так называемым "потрошением" захваченного корабля. Перетащив всю провизию из трюмов "Грифона" на "Дельфу" и найденные ценности, которые можно было бы с успехом толкнуть на черном рынке, мы оставили захваченный корабль, предоставив его самому себе. Вполне возможно он так и останется вечно бороздить водные просторы, может в итоге разобьется о скалы, или его отнесет на берег. А дерзкий капитан, обнаруженный в камбузе, остался одиноко болтаться на рее под палящим солнцем. В то время, когда пираты атаковали "Грифон", "Ания" успела благополучно скрыться с места сражения. Надеюсь, посланная мной волна в итоге догонит подлых торгашей и пустит на дно контрабандистов с их кораблем.
Развернувшись, "Возмездие Дельфы" взяло курс на Сеян. Он был расположен в относительной близи от того места, где сейчас находились пираты и, при попутном ветре, к вечеру мы вполне могли достичь берега.
Эта новость заметно одушевила всю команду. Урон, стоя у руля, уже не стесняясь, вслух мечтал о выпивке, а вечно скалящийся Гоц насвистывал себе под нос какую-то песенку. Несомненно, речь в ней шла о золоте. Ерс отдавал команде отрывистые приказы, и поэтому все были заняты делом.
Подозвав к себе Тасану, которая соизволила спуститься только после череды настойчивых уговоров, я отправилась к себе в каюту. Может, мне даже удастся немного вздремнуть, прежде чем мы войдем в порт Сеяна. Кошка, со всеми удобствами устроившись на спинке широкого кресла, мирно дремала, прикрыв глаза. Смахнув со стола ворох ненужных бумаг, я, подперев кулаком подбородок, скучающе уставилась в иллюминатор каюты. Наблюдая за успокаивающим пейзажем пенистых волн, утомленная монотонной качкой, задумалась о чем-то своем.
Незаметно подкрался вечер, и мне изрядно наскучило отсиживаться в каюте, спасаясь от невыносимого солнца.
Я планировала выйти на палубу и поискать Хани - немолодого, отталкивающего на вид, но охотного до разговоров канонира. (Канониры - высокоценные специалисты, которые отвечают за исправность пушек, их готовность к стрельбе, а также собственноручно командуют их наведением во время боя.) Этот старый, бывалый моряк, облаченный в помятую клетчатую рубаху, носящий штаны, заместо пояса подвязанные шнурком, чья голова всегда покрыта такой же древней, как и он сам, шапочкой, отдавал немалое предпочтение выпивке и пустопорожнему трепу. Я держала его в команде только по одной причине - в своем деле ему не было равных. К тому же, он знал сотню баек, тысячу анекдотов, половина из которых не очень приличного содержания и столько же поговорок, причем для любой ситуации.