Резкий треск веток совсем рядом заставил вздрогнуть. Приглушенный крик, шелест лесной подстилки, удар о землю и громкий крик младенца слились почти в один звук и прежде, чем я опомнилась, небольшой кулон выкатился из свертка, обороненного при падении, — женщина упала, сомнений не было, — и подкатился к моим ногам.
Витая подвеска, с ажурным плетением в виде буквы «В» и защелкой. Внутри фотография. Или оберег, догадалась я. Тем временем, спутник тоже остановился и, протянув руку поднял женщину. Она схватила младенца и принялась его укачивать.
Мне даже показалось, что я услышала, как спутник тронув ее за плечо, произнес:
— Времени мало, нам нужно скорее идти дальше.
И женщина, подняв заплаканное лицо, прижала к груди младенца. А потом согнулась, протянула руку и, нащупав обороненный кулон, поднесла его к глазам, а после надела на шею ребенку и они дальше помчались мимо меня.
Ошеломленно стояла я на месте ни в силах, ни проснуться, ни сдвинуться даже на шаг в сторону. Словно приросла к этому мшистому уютному стволу.
Прошло еще немного времени, совсем немного и лес опять осветился ярким, бьющим по глазам светом. Понимая, что это всего лишь сон, все равно повинуясь порыву дрожащего от страха сердца, я вжалась в ствол дерева, едва увидела продирающуюся по следам бегущей пары группу мужчин, вооруженных странными продолговатыми орудиями.
От преследователей исходила волна ярости, адреналина.
Еще мгновение… другое…
Такие орудия я уже видела и не раз. В онлайн-играх и в исторических фильмах. Мечи и копья. Плохо дело. Конечно, это же погоня! И сердце защемило в груди.
Ближе. Еще ближе. Погоня, грохоча и звякая оружием приближалась. И вот я смотрю в глаза одному из них, самому первому.
Это ведь главный? И ничего в них не вижу. Ни радужки, ни белка. Одна черная ночь плещется в глазницах.
Он резко машет мечом и встающие на пути ветки, мешающие двигаться вперед, со стоном падают вниз. И тогда богатырь громким ревущим тоном подзадоривает остальную группу. И снова машет мечом.
От ужаса я кричу, но крик безмолвно проносится над лесом и растворяется в пространстве. Погоня скрывается за деревьями, а я прошу всех святых, чтобы они помогли беглецам скрыться.
Не проходит и часа, картинка снова меняется, как в калейдоскопе. И вот с обратной стороны слышится веселый гомон и звон металла. Больше никто не рубит ветви, никто не подзадоривает остальных участников погони.
Как приклеенная к месту я смотрю на банду, иначе их никак не назвать, и не могу поверить. Нет, не так. Не хочу верить.
Первым, тяжело ступая, идет тот самый, огромный грузный воин, с мечом на поясе и копьем за спиной. В глазах его все еще плещется тьма, которая гипнотизирует, привлекает и затягивает в себя.
У меня едва хватает сил оторвать взгляд и опустить глаза на правую руку воина, в которой словно мяч болтается круглый предмет.
Я вглядываюсь и из горла вырывается крик. Нет! Нет! В руке за длинные волосы мужчина держит женскую голову. Кровь редкими каплями орошает тропинку. А победное шествие весело гогоча все приближается и приближается.
Окаменев от ужаса, я перевожу взгляд на ближайшего спутника душегуба. В руке у того тоже нечто круглое. И тоже кровь капает на землю.
Очередной скачок калейдоскопа и вот они совсем рядом. Душегуб спотыкается о тот же корень, о который споткнулась беглянка и голова выпадает из его рук. Катится, катится и катится. Пока повернувшись вокруг своей оси не останавливается у моих ног.
Опускаю взгляд и несмело смотрю в лицо несчастной жертве. Знакомое лицо, очень знакомое. Тонкие черты лица, большой лоб, волосы светлые…
Не может быть! Это же, это же я… Я продолжаю вглядываться в знакомые до боли черты, пока волна содрогания не накрывает мое тело.
— Детка, детка, что с тобой? — тряска прекращается только когда я вскакиваю с постели. — Ты так кричала во сне, так кричала! — Тетя всплескивает руками и начинает суетиться. — Не помогла подушка. Не помогла, — бормочет она про себя, а я слабо мотая головой, пытаюсь произнести, что все со мной в порядке.
— Какое в порядке? Вась, ты чего? Твой крик и в Москве услышали! Сейчас я принесу тебе чая, а ты посиди, посиди, — и тетя скрылась за дверью. А я упала на постель и закуталась в одеяло. Все мое тело, до последней клетки, сотрясала дрожь.
После чая и в самом деле стало легче. Кошмар постепенно отступал и к середине дня, стал казаться совсем незначительным. Мало ли какие страшилки могут присниться. Особенно теперь, когда я узнала о мире столько нового.