Проснулась Евгения вечером, когда багряные лучи заходящего солнца окрашивали гостиную в самые фантастические оттенки. Телевизор был выключен, сама Женя укрыта легким покрывалом, а ее голова покоилась на мягкой диванной подушечке. Девушка наконец-то почувствовала себя отдохнувшей, организм вновь потребовал еду, а затекшее тело — движений. Хозяйку Женя нашла на кухне. Она неспешно пила чай с утренними оладьями и слушала концерт по старенькому радио.
— Ой, выспалась, Еленочка, — ласково проворковала хозяйка. — Захожу в залу и вижу, что ты спишь…
— Спасибо, — пролепетала Женя и подсела к столу.
— За что? — изумилась хозяйка и по-молодому подхватилась со своего места.
— Как за что, бабушка Маша?! — с жаром ответила девушка и с благодарностью затарахтела. — Вы же пустили к себе в дом абсолютно незнакомых людей, кормите меня, лечите моего мужа, и после этого спрашиваете — за что вам говорить спасибо? Я даже не знаю, как вас отблагодарить!
— Эх… милая… Высшие силы мне отблагодарят за мои добрые дела, — ласково ответила ей хозяйка и поставила перед девушкой большую тарелку, доверху наполненную ароматным кушаньем.
Женя громко сглотнула слюну, чем вызвала еще одну улыбку старушки, она ласково погладила по ее руке и сказала:
— Кушай, уж, поди, опять изголодалась. Как ты себя чувствуешь, Еленочка?
— Уже хорошо, фпасиба — промычала "Еленочка" и принялась с неподражаемым усердием уничтожать свой ужин.
Лежа в теплой постели, Женя долгое время не могла уснуть, сначала из-за того, что слишком переела за ужином, а потом из-за грустных мыслей, которые постоянно лезли ей в голову. Она смотрела в потолок, белеющий даже во тьме, слушала мерное дыхание все еще спящего Влада. Ей хотелось, что бы он наконец-то очнулся — надо было поговорить, посоветоваться. Женя чувствовала, что без его уверенного голоса все было как-то не так и не то. Только его самоуверенность внушала уверенность в ней самой и в свои собственные поступки. Скорее всего, как только Черноволосый очнется и немного придет в норму, нужно будет срочно уходить подальше от этих мест. Состояние постоянного побега жутко изматывало Евгению, рождало в ней множество противоречивых чувств, даже неконтролируемую ярость на Влада, но прежнего негатива она к нему не испытывала. Это открытие ее еще раз удивило, заставило проанализировать ситуацию, и только ответ был найден, Женя тут же успокоилась на этот счет. Ведь все было просто — слишком много они вместе вынесли, и это наложило определенный отпечаток на все ее чувства и мысли. Вот только как он к ней относиться? Все также презирает и считает, что все в жизни можно купить или может быть после этой передряги, он наконец-то поймет, что мир не без добрых людей.
Увлекательные размышления девушки прервал глухой стон, вырывающийся из запекшегося горла больного мужчины. Женя моментально вскочила и на цыпочках подошла к кровати больного. Включив тусклый ночник, девушка пытливо посмотрела на бледное лицо Влада. Черноволосый вновь горел в лихорадке, а из полуоткрытых потрескавшихся губ мужчины вырывались громкие стоны. Влад разметал все одеяла и вновь предстал перед глазами Жени во всей мужской красе. Девушка дрожащими руками прикрыла все интимные места своего мнимого мужа и отправилась искать хозяйку. Старушка тут же нашлась на кухне, она была уже в ночной рубашке и цветастом халате. Шлепая тапками, надетыми на босу ногу, бабушка Маша заваривала в чугунке какой-то отвар, и густой пар бродил белыми клочьями по всей кухне.
— Ему хуже стало, — испуганно прошептала непослушными губами Женя.
— Знаю, слышала. Кризис настал, и он непременно должен перебороть сам жар, — спокойно ответила старушка.
Женя испуганно посмотрела на домохозяйку и прошептала:
— Бабушка Маша, а если нет, он не справиться?
Баба Маша досадливо сплюнула и ворчливо ответила:
— Думай что городишь, Елена! Сильный твой мужик! Справится! Хочешь, сама с ним посижу?
— Нет! Что вы! Отдыхайте! — запротестовала Женя. — Я днем выспалась и сейчас сна ни в одном глазу.
— И то верно, — без видимых колебаний согласилась травница. — Супружник твой и сидеть тебе с ним сподручнее, чем мне.
Женя быстро кивнула, соглашаясь.
— Вот, возьми этот отвар, остуди его и пои мужа своего время от времени, пока жар не спадет, — давала наставления пожилая травница и ловко перелила в глиняный большой кувшин. — А пока давай ему обычный чаек, до того как остынет этот отвар. Главное — побольше питья. Все понятно, Еленка?