Я порылась в сумочке, выудила оттуда сотовый и позвонила.
— Алло? — ответила после второго гудка Лоррейн.
— У нас Красный Код. Нет ни времени, ни аргументов и никаких задержек. Бросай все, что бы ни делала. Ты мне нужна вместе с Клаудией в Космическом центре Кеннеди еще десять минут назад. Если есть какой-нибудь способ переместиться в наш самолет, сделай это. — Кто знает, вдруг там установлены какие-нибудь миниврата? — Нужна медицинская помощь. Подозреваю, Пол умирает, и, боюсь, с Кристофером и Джеффом как бы хуже не было.
— Уже мчимся, — Лоррейн повесила трубку, а мне оставалось только ждать и молиться.
Лоррейн и Клаудия центаврийские женщины. Как и мужчины, центаврийские женщины выходили далеко за рамки «Великолепна». Про себя я их называла ослепительными амазонками. Потому что и молодые, и старые, даже в худшие дни выглядят лучше, чем я могла из себя соорудить в лучший день. Лоррейн пышная блондинка чуть моложе меня. Клаудия, моего возраста, обаятельная брюнетка. Я пыталась возненавидеть их, но не смогла, потому что они чертовски приятны. Они стали моими самыми близкими подругами во время большой операции по уничтожению уродов-сверхсуществ и числятся в моей команде. На полевых заданиях они почти не бывают, но они единственные женщины-центаврийки, кто может выходить в поле. Опять-таки, из-за меня.
Они встречаются с двумя парнями из моего летного отряда, лейтенантом Джо Биллингсом и капитаном Рэнди Муиром. Уничтожение гигантских монстров послужило началом их крепких романтических отношений.
Я отсчитывала время. Прошла минута, как я позвонила и Гауэр начал дышать еще реже. Я хотела найти Мартини и Кристофера, но не могла оставить Гауэра просто валяться на полу.
Через две минуты я услышала топот бегущих людей в коридоре. Прибыли мои девочки, а с ними все мои пять пилотов. У всех есть необходимое медицинское образование. Если землянин будет держаться за центаврийца, то тоже может передвигаться на гиперскорости. А недавно мы узнали, что один центавриец таким образом может перемещать нескольких землян одновременно. Клаудия и Лоррейн таким образом привели сюда всех моих пилотов.
Джо с Лоррейн занялись Гауэром, а я с остальными ринулась на поиски остальных. Хьюз и Уокер заметили других людей, лежащих без сознания, но среди них нет ни Кристофера, ни Мартини, так что лично мне без разницы, но эти двое отстали от остальных, чтобы помочь им.
Кристофера мы нашли чуть дальше. Он валялся ничком. Я быстро повернула его на спину и увидела, что дышит он так же слабо, как Гауэр, к тому же не реагирует на раздражители. Им занялись Клаудия с Рэнди, начав с искусственного дыхания.
— Я хочу найти Джеффа.
— Китти, — кивнула Клаудия, — ему более чем кому бы то ни было понадобится адреналин.
— Поняла, — кивнула я и вместе с Джерри отправилась дальше.
Я увидела еще людей, кто-то из них пытался приводить в чувство тех, кто еще валялся без сознания. Но Мартини я не находила и от этого паника становилась просто запредельной.
— Там! — Джерри схватил меня за руку и показал на несколько тел, лежащих слишком близко к пламени.
Мы побежали. Я не бегала так даже на чемпионате. Мартини лежал ничком, и ему было больно, это я точно могу сказать. Он лежал на еще одном человеке, уткнувшимся лицом в пол и ему тоже было больно. Еще бы, столько обломков, валялось на них, и Мартини принял основную часть удара на себя, чтобы защитить другого человека.
Я осторожно перевалила Мартини на спину. Он был жив, еле-еле. Джерри перевернул на спину другого человека.
— Отец Джеффа работает здесь?
— Да, а что? — я посмотрела на второго. Даже учитывая перекошенное болью лицо, сходство между этими двумя ясно просматривается. — О, боже.
Конечно, Мартини способен свернуть в строну, чтобы попытаться защитить своего отца. Понятия не имею, кто из них настоящая мишень, ведь может оказаться, что оба сразу.
— Его отец эмпат? — деловым тоном осведомился Джерри.
— Нет, обычный центавриец.
— В таком случае делаем искусственное дыхание, — сказал Джерри, и тут же этим занялся. А я занялась Мартини.
Джефф — самый мощный в мире эмпат, а это значит, что он берет на себя больше и выдерживает дольше, чем другие эмпаты. Это так же означает, что когда его эмпатические синапсы перегорают и эмоциональные блоки разрушаются, он истощается сильнее и быстрее, чем другие эмпаты. И когда это происходит, если поблизости нет места для изоляции или любого другого средства для восстановления, ему может помочь адреналин. Укол прямо в сердце. Или он умрет.
Мои руки задрожали, но я заставила их успокоиться. Когда собираешься кого-то спасти, паниковать не надо. Пусть страх нахлынет позже, когда все успокоится. Я раскрыла сумочку, достала шприц. Разорвала рубашку, обнажая грудь. Сейчас я слишком напугана, чтобы рассматривать, как он классно выглядит даже без сознания и, возможно, умирает. Значит, я еще и напугана до ужаса.