— Нет, Джефф, — на сей раз я расхохоталась, — только в твоем.
— Здорово знать об этом, — усмехнулся он, наклонился, поцеловал меня и мое тело начало расслабляться.
Наш поцелуй тянулся долго и закончился неохотно. Я положила голову на его плечо.
— Я все еще голодна.
— Знаю. Готова вернуться к остальным?
— Наверное. А где аллигаторы?
— Не уверен, что они до сих пор в здании.
— Я могу и здесь остаться.
Он засмеялся и поставил меня на ноги. Я не хотела и попыталась снова на него залезть. Джефф удерживал меня, а я рвалась забраться на него. Он крепко обнял меня, но и это не прервало моих попыток. Поцеловал. Уверена, это была попытка отвлечь и прекратить мои пыпытки залезть на него обратно. Аллифлэш хочет меня скушать.
Он перестал меня удерживать, вместо этого одной рукой поддержал меня снизу, а второй ладонью зарылся в мои волосы. Я тоже одной ладонью зарылась в его прическу, а второй ухватилась за его спину. Он снял с меня сумочку, бросил ее на пол, и мы переместились к стене, телами прижимаясь друг к другу. Слезы исчезли. Их вытерли его губы.
Смерть оказалась главным побудительным мотивом. Я целовала человека, спасшего меня от аллигатора. Губы Джеффа переместились на мою шею, я застонала, обернула вокруг него ноги.
Он дернулся, слегка, и в этом движении не было ничего сексуального.
Несмотря на то, что мы находились в коридоре, мы оба готовы были пойти на это. Но на свободе гуляюти аллигаторы, не говоря уже о множестве людей. И Мартини до сих пор больно. Я знала это, хотя он и не собирался в этом признаваться.
— Джефф, не стоит, — я разомкнула ноги и опустила их на пол. — В любой момент здесь может кто-нибудь появиться.
— Наверное, ты права, — вздохнул он и отпустил меня. На этот раз, оказавшись на полу, я не протестовала, потому что стало легче и я слишком беспокоилась о нем.
— Ты как себя чувствуешь? Лоррейн что-нибудь тебе дала?
— Я в порядке. Лоррейн сделала мне еще один укол. В руку, если что, никакого адреналина, — быстро добавил он из-за, как я предположила, появившегося на моем лице ужаса. — Она сказала, что можно выпить таблетку аспирина, если будет нужно.
— В моей сумочкели, есть аспирин.
— У тебя там все есть, — он улыбнулся. — У тебя не сумочка, а целый волшебный чемодан.
— Не такая уж она и большая, — я погладила его по волосам. — Не такая большая, как это.
Он слегка зарычал и поцеловал меня. Страстно.
— Я уже говорил, что мне нравится, какая ты плохая девочка?
Он присел, взял мою сумочку и начал в ней рыться.
— Один или два раза. А я говорила, что мне нравится, как ты меня наказываешь за это?
— Один или два раза, — он вздохнул. — Я никогда здесь никогда ничего не найду. Ну, я не так плохо себя чувствую, малышка. Наверное, могу потерпеть.
— Ты выглядишь ужасно, — заявила я. — Но, если решил потерпеть, терпи, а аспирин тогда возьмем у Лоррейн.
— Какие хорошие вещи ты говоришь, — Джефф смотрел на меня тем выражением, как тогда, в подсобном помещении в аэропорту. Он смотрел так, словно хотел сказать или спросить о чем-то важном. Во рту пересохло, в груди вдруг стало тесно.
— Китти… я…
— И что вас двоих тут так надолго задержало? — с противоположного конца коридора раздался голос Альфреда.
Так же, как тогда, в подсобке, глаза Джеффа закрылись, и на лице проступило разочарованное выражение. Потом он посмотрел внутрь моей сумочки. Нужный момент в который раз умудрился вырваться из рук. Мне удалось сдержать вздох облегчения. Я чувствовала, что он хочет мне сказать не совсем то, к чему я готовилась. Возможно, он хотел сказать мне, чтобы я поменяла дезодорант или что-то в этом роде.
— Я пытаюсь успокоить Китти, папа, — сказал Джефф, продолжая рыться в моей сумочке. — Думаю, когда с основной опасностью мы справились, дальнейшую ситуацию может разрулить кто угодно.
Альфред подошел ближе. Я увидела, как его взгляд быстро перескочил от Джеффа ко мне, обратно и снова ко мне.
— Как дела? — улыбнулся он. — Слышал, один из аллигаторов пытался тебя съесть.
— Нормально. Джефф лучший, он не дал мне превратиться в закуску для Аллифлэша.
— Аллифлэш?
— Поверь, папа, — Джефф через плечо посмотрел на него. — Она дала им имена. Как ты назвала второго? — вопрос предназначался мне.
Я почувствовала, как краснеют щеки.
— Гигантатор.
— Я люблю тебя, — улыбнувшись, тихо сказал он и я не возражала. Не хочу еще больше портить и так испорченный момент.