– Что?! – воскликнула Ульяна.
Оксана прижала к ее губам ладонь в шерстяной рукавице и быстро сказала:
– Там тебя будут ждать. Мой брат, Лешка. Ты прости, что я сразу тебе не сказала. Боялась, что... ну, короче, выбора-то у тебя нет, так? То есть он есть, конечно... Ладно, не морщись. На транспорте не уедешь, заметят. А так...
– Ты понимаешь, что предлагаешь? А если...
– Лед толстый, не переживай. Я уже месяц за рыбаками наблюдаю. Повезло, что морозы в этом году крепкие. А вы с Радкой тощие.
– А вдруг нас увидят? – едва слышно спросила Ульяна.
– Не увидят. Уйдете вон там, – она махнула куда-то в сторону неосвещенного причала. Лешка должен подъехать с минуты на минуту. Он тебе знак даст, не потеряешься.
– Ты мне не ответила. Варяжский поймет, куда мы делись...
– Может, и поймет, – кивнула Оксана, – но не сразу. Там, где можно пройти, камер нет. И место там узкое, не то что здесь. Правда дотуда еще километр топать. Но у вас санки есть.
– Бред...
– Нет, не бред! Помнишь, на Крещение полынью делали? Она еще даже льдом не заросла. И что, никто не чухнулся!
Да, по этому поводу потом в городе криков было много. Есть еще придурки, которые по пьяной лавочке решаются соблюсти традиции. Хорошо, что не утоп никто.
– Ой, Оксана... что-то мне нехорошо от твоей идеи...
– Вот, – подруга достала из кармана какой-то сверток. – Это деньги. На первое время хватит.
– Ты же на ремонт копила!
– Нормально все, не переживай. И не думай, я тебе правду говорю. Я в том месте уже два раза ходила, проверяла. Все нормально. Слава богу, весь декабрь морозы стояли.
– Когда ты успела?
– Успела, как видишь. Других дел, кроме работы, у меня нет. Ну, и тебя, конечно.
Ульяна ощутила сильное головокружение. Страх за дочь выворачивал ее наизнанку.
– Оксана, я не смогу... Вдруг...
– Так ты не одна пойдешь. Давид тебя проводит.
– Давид?
– Да. У них твой Варяжский место решил отжать. В общем, последний сезон они здесь, в центр уедут. Ну, думай скорее! Мне Лехе сказать надо, ждать тебя или нет.
Ульяна посмотрела на деньги.
– Ксю, я у тебя спросить хотела...
– Спрашивай! Только по-быстрому!
– Про кольцо...
Дверь шашлычной распахнулась, вышел Давид. Глянул на них из-под меховой шапки и кивнул.
– Все, Уль, пора! – Оксана запихнула сверток ей в карман и перекрестила. Потом присела перед Радой и обняла ее. – Мамку слушайся, поняла?
– Ага!
– Потом созвонимся! – Оксана натянула на голову Ульяны капюшон. – Ой, прости, ты что-то про кольцо говорила? Какое кольцо?
Ульяна покачала головой и обняла подругу.
– Ерунда... Потом поговорим.
– Ну, с Богом, девочки! Люблю вас! – подтолкнула ее Оксана.
Глава 8
Под ногами и полозьями скрипел снег. Шли молча, Давид впереди, а Ульяна тащила санки и таращила глаза, чтобы не потерять его из виду. Лунный свет отражался в специальных нашивках на куртке Давида, и это единственное, что помогало ориентироваться в темноте. Рада помалкивала и жевала шоколадку. Но когда они дошли до причала, спросила:
– Мама, мы будем сегодня смотреть мультики? Полежишь со мной?
Давид включил тусклый фонарь над лодочным сараем и загремел замками.
– Я не знаю, – честно ответила Ульяна. – Наверное, мультики мы посмотрим завтра, хорошо?
– А когда мы домой пойдем?
Ульяна склонилась и потрогала ее нос и щеки. Пальцы стали липкими от шоколада.
– Мы сейчас в одно место поедем, там интересно...
– В цирк? – заерзала на сидении Рада.
– И в цирк, и в зоопарк сходим. Понимаешь, туда же надо ехать, так? Вот мы с тобой и поедем!
– А я куклу забыла! Поехали домой, возьмем мою Машу!
– Маша пусть дома останется, ладно? На хозяйстве!
Рада громко рассмеялась:
– Мама, ты смешная! Маша это кукла! Она не хозяйка!
– И то верно, какая из Маши хозяйка? – в тон ей ответила Ульяна. – Хозяйка из Маши никакая! Зато у нее кудряшки как у тебя, да?
– Да!
Вышел Давид. Фонарь погас.
– Простите, а... – начала Ульяна.
– За мной идите, – буркнул он.
И они снова пошли. Городские огни остались позади.
Наконец Давид остановился, подошел к ним и сунул в руки Ульяны какую-то одежду. В потемках она никак не могла сообразить, что это.
– На себя надень и на девочку, – сказал он. – Что смотришь? Спасательные жилеты.
И тут Ульяну охватил ужас.
– Мы можем утонуть? – всхлипнула она.
Мужчина молчал и ждал, когда она негнущимися руками сделает то, что он просит.
– Это здесь оставьте. Я потом заберу.
Она поняла, что речь идет о санках. Надев на Раду жилет поверх комбинезона, она подняла ее на руки, но Давид цыкнул на нее:
– Что ты делаешь, женщина? Пусть рядом идет.