Что сделает с ним ритана, когда все это... закончится?
Как минимум, ее хорошее отношение он потеряет. Синьор Пенья это отлично осознавал. Но есть опасность - и опасность. То, что здесь и сейчас, и то, что где-то там, в перспективе. Ритана Лассара относилась ко второй категории, герцог - к первой.
Оба были опасны. Еще днем раньше синьор Пенья поставил бы на герцога, на то, что он переломит ритану под себя, и проблем у старого афериста не предвидится. А вот сейчас...
Надо подумать, что можно предложить ритане, когда она вновь появится в своем магазине.
Вновь?
Он уже допускает проигрыш герцога?
Синьор Пенья завел мобиль и тронулся с места. Допускает.
Еще как допускает, одобряет, и... радуется? Да, радуется. С ританой Лассара договориться можно. А вот с герцогом де Медина...
Чутье старого преступника подсказывало, что с ним лучше не договариваться. Лучше сразу стрелять. Из укрытия - и в голову. Но герцог же!
И почему в высшем свете этого никто не видит? Не понимает?
Этого синьор Пенья тоже не понимал. Слепые они там все, что ли? Или просто - ничего не видят за титулом? А много ли увидел он сам?
Надо ли ему это увидеть?
Не надо. Жить хочется больше, чем знать. Вот это - точно!
Глава 9
Герцог смотрел на Антонию.
Антония смотрела на герцога.
Молчали оба. Прекрасно понимали, что начавший партию проигрывает, вот и молчали.
Тишину нарушил вошедший дворецкий. Он-то ни о чем подобном не знал и не думал, ему сказали - кофе,, он и принес.
- Кофе, ваша светлость.
- Благодарю, Роберто. - Герцог, получивший, благодаря слуге, определенную фору, присел за стол, напротив Тони. И улыбнулся еще острее. - Ритана, может, все же чашечку кофе?
Тони качнула головой.
- Давайте перейдем к делу, герцог. У меня не так много времени.
- Как скажете, ритана, - герцог не огорчился. Вместо этого он кивком указал на лежащие перед Тони предметы. - Прошу вас посмотреть на эти вещи и рассказать мне о них.
- С вашего разрешения.
Тони не боялась показывать свою силу. Все, поздно бояться, игры кончились. Надо драться. Девушка медленно протянула руку, взяла со стола часы и сжала их в ладонях.
***
Кабинет.
Человек за столом.
Человек напротив - тот же, что сейчас сидит напротив Тони. Или другой? Его предок? Очень похож, на лицо - практически копия. И смотрит он так же.
Холодно, рассудочно, безжалостно... да и какой можно от него дождаться жалости? Проще акулу умолить о милости и доброте. Она, говорят, рыбка умная...
Впрочем, хозяину часов не до того. Он нервничает, потеет, перебирает цепочку в ладони, тискает квадратный корпус, как свою последнюю надежду. Но это не приносит желаемого облегчения.
Часы нагрелись и неприятно впиваются в ладонь углами.
- Тан, умоляю вас...
- Синьор, вы меня подвели.
Слова падают, словно камни.
- Там невозможно строить! Поймите, зыбучие пески...
Человек (человек ли?) за столом поднимает руку, и синьор умолкает. Словно его выключили одним движением.
- Вы были осведомлены о зыбучих песках ДО начала строительства. Вы уверяли, что справитесь.
- Нам... мне просто нужно еще время.
- И средства?
Улыбка акулы не сулит ничего хорошего.
- Эммм...
- Контора 'Краух и сын', контора 'Радеван'... остальные перечислять? Или вы думали, я не узнаю про ваше воровство? Полагаю, следующий подрядчик окажется умнее...
Человек бледнеет, часы впиваются в ладонь так, что сейчас, кажется, из-под ногтей брызнет кровь.
- Я отдам... исправлю...
- Будем считать это пенсией, - благодушно обрывает его 'акула'. - Вашей вдове и сироткам. Богатым сироткам.
И в кабинет входят двое.
Один - головоногий. Представьте себе, что на человека надели маску кальмара, и та распустилась щупальцами, вдобавок к рукам. Два длинных щупальца с когтями, остальные покороче и без когтей.
Второй похож на какую-то рыбу. Тунец? Да, возможно. Чешуя по всему телу, нечто неуловимое на морде... нет, не на лице. Именно на морде.
Гадость?
Тони смотрит спокойно. Это первый раз было противно. А сейчас... привыкла. Попросту привыкла.
Несчастного подрядчика подхватывают под руки, вытаскивают из кресла, щупальца обвивают его... душат, душат...
Не пачкать же полы и ковер кровью? Удушение - достаточно чистый способ смерти, хотя и неприятный, но позволяющий сохранить обстановку в целости.
Второй, тот, который рыбоголовый, придерживает жертву, чтобы та не сопротивлялась слишком сильно.
Из разжавшихся пальцев на пол медленно падают квадратные часы...
***
На герцога Тони посмотрела откровенно изучающим взглядом. Нет, все же не тот. Тот был старше и как-то суровее, этот тоже противный, но чуточку помоложе и посвежее.