О чем он умолчал, так это о троих арестованных полицейских. И сюда эта зараза проникла!
Не сильно, правда.
Полиция – это ж не просто так себе, тут и маги, тут и некромант, тут и всякое-разное. Чтобы работать в полиции, мединец должен быть неотличим от человека.
Их и не отличили.
И если бы Серхио не ограничил круг расследования одним Амадо…
И Джинни бы убили, и самого Амадо, и Серхио… не то чтобы тан Вальдес специально все это проделывал. Просто решил, что лучше помолчать. Дело-то деликатное.
Повезло, одним словом.
Просто – повезло.
Теперь бы еще с арестами так повезло, и желательно, чтобы и с допросами. А то Феола одна, а человек в списке уже около шестидесяти. И это только мединцы. А ведь у них семьи есть, слуги есть, наверняка кого-то еще не учли…
Работы предстояла прорва.
Но все же лучше, чем взрыв во время королевских похорон – и потом разгребание проблем, государственный переворот, куча жертв и море крови, не правда ли?
Тан Кампос вздохнул.
– Его величество уже рядом со столицей. То есть высочество… неважно!
Все и так поняли.
Какая разница? Днем раньше, днем позже, официально Хоселиуса Аурелио нельзя звать монархом, но де-факто он им является.
– Мне надо ехать к нему. Я приказал, ночлег уже организован, все в порядке, мой заместитель умница, тану Ломбарди можно многое доверить. И смену я себе подобрал хорошую, тана Молина.
Мужчины переглянулись.
– Кстати – Эва Мария не пыталась туда влезть? – поинтересовался Амадо.
– Пыталась. Но у нее не сложились отношения с таном Мануэлем Хуаном Молина. Нет-нет, я не от них знаю. Серхио донес. Эва Мария пыталась его соблазнить, но получила жесткий отказ и затаила зло.
– Соблазнить? С ее особенностями? – теперь настало время удивляться Амадо.
Соблазнить Эва Мария могла только морского слизняка. И то не факт. Они разборчивые… наверное.
Мужчины призадумались.
– Тан Кампос, расспросите своего секретаря, – попросил Амадо. – Это может быть важно. Вроде бы ваш Молина не значится в списках, но вдруг?
– Я сейчас его вызову, расспросим вместе, – принял решение тан Кампос. – Надеюсь, это не займет много времени.
Впрочем, время это действительно не заняло. Сезар Вальверде и на месте был, и разъяснения дал – сразу же. Все объяснялось очень просто. Эва Мария предлагала тану Молина не постель, а пока – совместное времяпрепровождение. Сходить в кафе, в театр, а уж там…
Да что угодно!
К примеру, поиграть в карты и наделать долгов.
Подложить под него кого-нибудь… вариантов – уйма. Просто тан Молина сразу отрезал – обойдешься. Ни дружить, ни что-то большее не буду. Без меня. К другим и в море.
Эва Мария обиделась и начала ему пакостить.
А насчет соблазнения… ну так логично ж казалось! Сначала они вместе время проводят, потом до постели доходят – не одна баба так жизнь устроила! Чем эта-то хуже?
Вот и устроилась бы! Сезар просто домыслил то, что казалось наиболее вероятным.
Тан Кампос послушал, кивнул и поднялся из-за стола.
– Хорошо. Я поехал, я потом телефонирую в управление. Будете держать меня в курсе. Кое-что я расскажу его величеству, выбора нет.
Кивнули все.
И Серхио, и отец Анхель.
Понятно же! Важно не что случилось, а как это доложат.
Было, предотвратили, разыскали, добили, ваше величество, что приказать изволите? Тогда и ругать не сильно будут. Действительно, кто ж мог предполагать такие повороты? Все свято были уверены, что мединцев больше нет, а они есть. Гады.
А вот если кто-то доложит, что ай-яй-яй, вот такое от его величества скрывали… тут и Кампосу головы не сносить, и остальные полетят. Разве что епископа не заденет, но и веры ему уже не будет. Никогда.
Так что доклад и отчетность.
И – работа, работа, работа… мединцев еще предстоит выловить! И это на всю ночь.
Рассказ Консепсьон-Монетки действительно получился долгим, потому что начинался он с самого детства.
Безусловно, Вирджиния общалась с дочерью Веласкесов. И мать ее стерегла. И старалась не допускать неподобающих знакомств… помогало ли?
Да никогда!
Капля щелочку найдет! А не найдет – так проточит. Тем более жила Конни неподалеку, и две девочки, Конни и Джинни, виделись достаточно часто. Наталия Арандо старалась не отпускать от себя дочь, но всего не предусмотришь. Что, за хлебом тоже вместе с ней ходить? За молоком? К зеленщику?
Да и подрабатывала Наталия, было дело. Не сразу после родов, а вот потом… столько денег ей не давали, чтобы жить безбедно, а когда де Медина не стало, когда ушла демонесса… Наталия испугалась. И принялась искать работу.