Дарея захлопала в ладоши.
– Рамон, ты гениален! Ты просто потрясающий! Ты такой умница!
Рамон чуточку расслабился.
Понятно, он такой. Но и приятно, когда признают твои заслуги. Но кто еще придумал бы вызвать цунами рядом с берегом? И смыть этот мерзкий Римат в море?
Правильно!
За Владычицу!
– Только вот… – Дарея вспомнила о чем-то таком. – А как же мои сестра и мама?
– Твоя сестра? Она же мединка, так что ей цунами не страшно. Мы все можем дышать под водой, мы потом просто сходим и освободим своих братьев и сестер.
Дарея кивнула. И тут же задала второй вопрос.
– А мама?
Рамон досадливо сморщился.
Мама-мама… ну что – мама?!
Надо уметь чем-то жертвовать во имя великой цели!
– Вполне возможно, ей повезет… или ей поможет твоя сестра. Да, поможет, обязательно.
– Рамон… я могу сходить и помочь ей! Я проверю дом, а если ее там нет… я вытащу ее из тюрьмы! Завтра королевские похороны, их не будут серьезно охранять! Я уверена! Если ты дашь мне кого-то в помощь…
– Очешуела?!
Дарея захлопала глазами.
– Рамон?!
Любимый явно гневался. Но почему?! Это же ее мама!
И сестричку можно захватить. Да, у Эллоры есть жабры, наводнение ее не убьет, но ведь… это – цунами! Под водой она дышать может! А если ее завалит камнями? Или ранит? Покалечит?
Дарея себе этого никогда не простит!
– Дарея, о моем плане практически никто не знает. И пока он не осуществится, ты сидишь здесь. Один план у нас провалился, я не позволю сорвать второй.
– Но я тебя не выдам!
– А если тебя раскаленным железом пытать будут? К примеру?
– Сутки я продержусь. А потом вы меня вытащите.
– А маги? Нет, Дари, ты сидишь и ждешь.
– Тогда пошли кого-нибудь за моими родными! Рамон! Умоляю!!!
– Дари, мы не можем сейчас рисковать. Мы уходим отсюда в другое место.
– Рамон! Это мои близкие! Мама, сестра…
– Ты не поняла, что ли?! Речь идет о возвращении Владычицы! Какие могут быть родные?!
Их глаза оказались совсем рядом, и Дарея впервые заметила, какой в них горит огонь.
Неудержимый, яростный… почти безумный.
Или – не почти?
– Ты на все готов ради нее?
– Да.
– А ради меня?
Впрочем, этот вопрос Дарея могла бы и не задавать. Печально обвисли щупальца, помутнели синие глаза…
– Отпусти меня одну. Я справлюсь, Рамон. Пожалуйста, отпусти, если любишь…
Кулак, который оглушил ее, она заметила, но уклониться не успела. И слова еще услышала, проваливаясь в беспамятство.
– Любишь… дура, б…
Позвать подручных и приказать погрузить бесчувственную Дарею со всем скарбом было делом минуты.
Не то чтобы Рамон плохо к ней относился. Даже наоборот, вполне прилично. Хорошая девушка, его любит… просто ему нужно вернуть Владычицу. Остальное сейчас значения не имеет. Может, и потом это будет неважно.
Если сейчас взорвать то, что осталось в Римате, жертв будет недостаточно. Слишком мало. Значит, и делать это незачем. Ему-то не бессмысленные убийства нужны, ему нужны жертвоприношения, гекатомба и Владычица! Рамон попросту практичен.
И вообще, сейчас Дарея ему нужна. Для жертвоприношения.
Нет-нет, не убивать ее.
Просто даже сотня человек… их надо кому-то резать, их должен кто-то держать, подводить людей, которые ничем не одурманены (тут важны именно что чистые эмоции, гнев, ярость, отчаяние, боль), потом оттаскивать трупы, чтобы не нарушать рисунок ритуала…
Дарея пригодится.
Она сейчас придет в себя и все поймет.
Потом, может, он даже время выберет с ней поговорить! Но не сейчас же!
Сейчас им надо спешно перебираться на вторую, запасную, базу, о которой никто не знает. А она тут ломается, как сдобный пряник!
Родные, близкие, мама, сестра…
Да кому там важны эти глупости, когда здесь судьба мира решается?! Не до тебя, дуры! И вообще… мать там попросту человек, так что ее ценность сомнительна. Рожать она не сможет, Владычицу она… ладно, не предала, но ведь и не помогла же!
И сестра там такая же!
Так что… пусть пропадают! Не жалко! Дарея потом утешится.
Когда вернется Владычица Синэри, все будут счастливы. И он, и остальные мединцы, и слияние они пройдут, и все будет хорошо.
Правда-правда, будет.
А кто не верит, тот против нас. Моря – на всех хватит!
Глава 10
Адэхи ждал.
Увидеть его было нереально, сейчас шаман был частью Эфира.
Он был рядом с Риматом, он видел город у моря, он ощущал его, как свое продолжение. Но при этом сам он был совершенно неощутим.
Душа шамана вышла из тела, явилась на место действия и теперь ждала. Неощутимая и незримая, пожалуй, только Феола могла бы его даже не увидеть – осознать присутствие. Но Феоле не до того. И это хорошо, у него хорошая ученица.