– Ты… знаешь о Рамоне?
– Знаю. Я тебе больше скажу, мы и про ваш план знаем. Со взрывами.
Юноша побледнел.
– Я вам ничего не скажу!
– А чего тут не говорить? Вот, смотрим. У нас же все в бумагах есть, все записано. Вот семья Валенсуэла, вот семья Кальдерон, с которыми вы роднились в последнем поколении… тоже ведь мединцы. Видишь? Вас несложно выцепить. А теперь смотрим список имущества. И узнаем, что у вас есть несколько симпатичных маленьких домиков. И в городе, и на побережье. У вас – это у обеих семей в собственности. И у Валенсуэла, и у Кальдеронов. Зачем они вам нужны? И что я могу там найти, если наведаюсь? Понятно, не людей… то есть не мединцев, вы уже успеете удрать. Но взрывчатку – безусловно.
Адриан побледнел так, что глаза показались двумя ранами на его лице. Осунулся, словно даже постарел как-то.
– Я… что… хотя что я спрашиваю? Все равно вы всех убьете.
– Сестра у тебя пока еще осталась, – пожал плечами Хавьер. – Пока.
– А…
– Извини, твоих родителей взять живыми не удалось. Мать сопротивлялась до последнего, отец отравился.
Адриан съежился на стуле.
– Вот. И меня вы убьете.
– Дебил, – с удовольствием припечатал его Амадо. – Похоже, что у вас большой процент потери мозговой ткани.
– Чего?
– Мозги у вас, что ли, при посвящении высасывают? Вот чего… сам подумай! Ну, сколько вас, тех мединцев? Пара-тройка тысяч, верно?
– Ну… даже меньше, – честно сознался Валенсуэла.
– И через какое время вы полностью растворитесь в человечестве? Через пару поколений, чтоб ты понимал. Ты учился хоть где-то?
– В Королевском Университете, между прочим!
– Там, где ты учился, я преподавал, – не удержался Амадо. – Так вот. У меня есть знакомая. Она квартерон. От человека она вообще ничем не отличается. Понимаешь? Ни-чем.
– Квартерон?
– Болван, – оскорбил благородного тана второй благородный тан, который некромант. – Четвертушка в ней вашей крови. Всего четвертая часть. Бабка жила с человеком, мать с человеком, она сама уже вообще человек… может, чуть дольше под водой продержится, но и только. В следующем поколении там и того не останется… потому Рамон и хочет вернуть вашу Синэри. Кстати – зря.
– Зря?
– Конечно. Он может открыть проход и устроить тут гекатомбы, но демонессу вашу не вернешь.
– Почему?
– Потому что она погибла. Я точно знаю, у меня отец – некромант. А Ла Муэрте… тебе это о чем-то говорит?
– Говорит, – кивнул Валенсуэла. – Богиня, я знаю…
– Не просто богиня, а активная и деятельная. Вот она сказала, что Синэри погибла. Был большой выброс силы, вскоре после того, как ее выперли из мира. Это было сделано с божественной силой, отпечаток ее остался на вашей демонессе… я сам половину, честно говоря, не понял, из того, что мне отец объяснял.
– Риалон! Демоны, Риалон же! – мог бы Адриан, так себя бы по лбу хлопнул. – Точно же! Риалон!
– А Антония Лассара – моя мачеха.
Парень окончательно осунулся и погрустнел. Амадо фыркнул.
– Не переживай, у всех свои семейные проблемы. Я продолжу, с твоего позволения. Ла Муэрте твердо уверена, что вашу демонессу сожрали более голодные и хищные.
– Такого не может быть!
– Еще как может. Те, кто сильнее, жрут тех, кто слабее. У демонов это всегда так, пора бы знать. Синэри Яра-дан расслабилась в нашем мире. Хорошо так, пару столетий расслаблялась. А за его пределами… мигом сожрут. Вот она и не смогла сразу отреагировать. Ее сожрали, был выброс силы, ну и часть ее перетекла к Ла Муэрте. Вот и все…
Амадо не врал.
И Адриан Хорхе Валенсуэла это почувствовал, выдохнул рвано, на глазах даже слезы показались.
– Владычица… разве так может быть?! Нет, не верю…
– Веришь, – отмахнулся Амадо. – Сам понимаешь, что я не вру.
– Нет, нет…
Амадо осталось только зубами скрипнуть.
Перестарался. Теперь с мальчишкой только часа через два-три можно будет поговорить. Но и так неплохо. Пусть пострадает сейчас, потом сговорчивее будет. А Амадо пока послушает, что скажет полиция. В указанные дома уже отправились наряды. Вот и узнаем, что они там найдут.
Амадо действительно не рассчитывал на мединцев. Только на взрывчатку.
Но ведь и то неплохо?
Для них двадцать килограммов взрывчатки – не так много. А для мединцев? Это ж надо и достать, и привезти, и разместить… для них каждый грамм, небось, в цене золота.
Надо, надо их лишить этого преимущества. А там, кто знает? Может, и что-то еще попадется?
Глава 5
Деда Адриан Хорхе Валенсуэла не помнил.
Да, он был. И что? Он уж когда умер… может, лет пятнадцать тому назад! Фео тогда был совсем мальчишкой! Ему еще и пары лет не было!