Визг оборвался на особенно пронзительной ноте.
Клубок распался. С пола медленно поднимались две мокрые мегеры. Поцарапанные, растрепанные… Ленора Маргарита выругалась неподобающим образом, оглядела свое платье и прищелкнула пальцами.
Да, магия огня и на такое способна.
От платья повалил пар, и через несколько секунд оно было сухим. Высохли даже попавшие на него лепестки роз. И волосы тоже.
Ленора тряхнула головой – и зло воззрилась на дядю.
– Ваше величество, если эта девка меня еще раз оскорбит, я за себя не отвечаю!
Мегана залилась слезами. Получилось плоховато – от воды поплыла косметика, слезы еще добавили «шарма», и гротескная маска вместо очаровательного личика могла бы напугать слабых духом. По счастью, в королевской семье таких не водилось.
Дворец-с.
Если там выживете, можете спокойно лезть в гнездо к кобрам и кушать живых скорпионов. Они такие милые…
Хоселиус скрипнул зубами и принялся выяснять, что случилось.
Как оказалось, Мегана «в штыки» восприняла поступок его величества. Она, она первая дама королевства! А не какая-то магичка! Но…
Оскорблять?
Ругаться?
Мегана решила поступить проще и подлее. И в косметику Леноры Маргариты были добавлены некоторые вещества, после которых опрыщавеет даже акула. Покроется язвами и вынуждена будет долго лечиться.
Не учла Мегана лишь одного. Такие вещества – получаются магически. При воздействии на них магии и никак иначе. Ленора же сама была магом огня, и что от ее косметики «фонит», поняла сразу же.
Считать ауру человека, который прикасался к баночкам-скляночкам? Это вообще задача для первокурсницы, а не для магистра. И Ленора заявилась к кузине-герцогине.
Мегана была одна – повезло. Или не повезло, как сказать? Потому что при свидетелях женщина повела бы себя иначе. А один на один – чего стесняться?
Она и выпалила в лицо Леноре, что той не место при дворе. И вообще, у нее ни женственности, ни обаяния, ни…
Говорить такое в лицо магу огня? А Мегана привыкла, что она тут главная. И никто ей не причинит вреда.
Ну и просто повезло. Ленора так разозлилась, что не стала поджигать негодяйке платье или волосы, в по-простому вцепилась в прическу. Мегана, хоть и выглядела хрупкой, ответила тем же, и женщины сцепились.
Хоселиус только застонал.
– Нашли … время!
– Ты! – Мануэль Хоселиус зло смотрел на кузину.
– Ты не понял?! – прошипела Ленора. – Твоя … хотела меня изуродовать!
Мужчина чуть смутился.
– Ну… она ошиблась. Да, Мег?
Меган, следуя священному правилу: «плакать, когда рядом есть опасность», продолжала рыдать в три ручья, так что ответа мужчина не дождался.
Ленора зашипела вовсе уж гадюкой. Она уже пару дней кое-что подозревала, но аура пока плохо была видна. Сливалась.
А ведь может быть всякое…
И средства, содержащие магический компонен, т ей тогда нельзя. Никак!
Ни внутрь, ни наружно. А еще… Были у нее и насчет матери подозрения. Ленора только потом сообразила, что она увидела.
Когда у человека воспаление – оно затрагивает не отдельную область, а ВСЕ тело. Болит в одном месте, а воспалено везде. У Маргариты такого не было. Все было локализовано в одной области, а это бывает при направленном воздействии.
А кому это выгодно?
Кто тут главная дама двора, привыкшая к этой роли и преференциям? Кого отстранили от церемонии? Кстати, справедливо. Еще тут жены ублюдков главную роль в королевстве не играли.
Была у Меганы причина, еще как была.
Ленора с трудом задавила свой темперамент. И жестко произнесла.
– Дядя, она НЕ ошиблась.
Хосе только вздохнул. Потом выглянул за дверь и поманил придворного мага. Тот послушно зашел в комнату, под которой уже половина придворных стояла с вытянутыми шеями и растопыренными ушами – и был тут же озадачен вопросом.
– Что в склянках?
Версия Леноры подтвердилась за пять минут.
Мегана просто забыла, кто такие маги. Она привыкла, что она главная, что никто ее не ослушается, привыкла устранять соперниц… да, и подобным путем тоже. Она просто ошалела от безнаказанности.
И поплатилась за это тотчас же.
– Мануэль… твоя супруга не сможет присутствовать в храме.
– Дядя?
– У нее аллергия. На содержимое этих баночек.
– НЕЕЕЕЕЕТ! – взвыла Мегана, но король был неумолим.
– Вы едете лечиться к себе в поместье.
– Дядя, но это далеко…
– Ничего. Доберетесь потихоньку.
– Дядюшка, при всем моем уважении, – Мигель Рамон подал голос неожиданно.
– Что? – сверкнул на него глазами Хоселиус.
– Прошу вас чуточку смягчить наказание. Все же вред не был нанесен…