Спит? Нет. Медленно открывает глаза. Смотрит в огонь. Снова закрывает.
Сажусь рядом.
Температура падает.
— Кыс… — оглядывается на меня. — Отпускай ее. Хватит.
Развязывает ленту, оставляя второй конец на женином запястье.
— Зачем это?
— Видения… Мало ли что увидит. Некоторые пугаются, могут убежать. Лес…
Да уж.
— Ева… — гладит. — Возвращайся.
Женя садится, сонно взглянув на меня. И снова смотрит в огонь.
— Побудь с ней. Я сейчас чая принесу.
Как не вовремя они меня изолировали.
Ведь намерено же изолировали! — доходит до меня.
Что-то он мне важное говорил. В голове ватно…
Приносит большую кружку.
— Женечка… — притягиваю к себе ближе. — Как ты себя чувствуешь?
— Нормально…
За подбородок поворачиваю к себе лицом.
Лениво моргает.
Пробую чай. Обычный. Теплый, не горячий. Сладкий.
Отдаю ей.
— Попей.
Делает пару глотков.
— Аронов, — подходит сзади Калиновский.
Разворачиваюсь. Жмем друг другу руки. Его кольца врезаются в пальцы.
Садится с другой стороны от неё. Он без куртки. В свитере и спортивном жилете.
— Где летала?
Переводит на него взгляд.
— Твой кам не удался.
— К сожалению.
Женя ложится головой мне на плечо. Закрывает глаза. Он разглядывает ее профиль.
— Кирь… Возьми куртку. Замерзнешь.
— Вернулась! — ухмыляется. — Заботушка моя.
— Моя.
Поправляю его.
— Да? — хмурится. — Женя мне рассказывала, что это не первая ваша встреча с видящими.
Ах, как много ты отдала ему «нас», Женечка. Зачем?… Что он еще знает о нас? Информация это сила. Ты наделила его ей.
— Не первая, — киваю на автомате.
— И в прошлый раз тебе сказали, что ты не удержишь в руках этот огонь.
— Было.
Действительно было. Случайная встреча в лесу. И действительно мне пророчили это. Обжог тогда ладони углем, неожиданно всунутым мне в руки.
— Не удержал. — хмыкает. — Что сказали в этот раз?
— В этот раз я сам — огонь. Не раздувай.
— Всё детство мечтал стать пожарным.
— Калиновский… Что ты такой нежный? — закатываю раздраженно глаза. — Хватит облизывать меня. Есть чем — кусай.
— Подожду пока…
— Чего?
— Ошибки.
— Мужчины… — предупреждающе. — Я ревную. Хватит.
В проеме шатра стоит Кыс смотрит на нас и я вспоминаю, что хотел от нее.
— Спасибо за хлеб, Солнце.
— Кушай на здоровье. Есть сигарета?
Калиновский протягивает ей.
Поднимаюсь, подхожу к Кыс, она едва достает мне до плеча. Не могу определить ее возраст. В свете костра она старше, чем показалась мне сначала. Может, моя ровесница? Две смоляные косы, смуглое лицо, черные глаза…
— Кыс, я про Еву хотел спросить. Она не беременна?
— И не будет, — качает та головой.
— Почему?
Разглядывает.
— Она хозяйка своему телу.
Хозяйка? Бардак… Я хозяин ее телу. Я!
— Кыс? А кто ты там? В обыденной реальности.
— Врач. Как и брат.
Сестра Эшера.
— Тоже анестезиолог?
— Нет, кинезиолог, мануал.
— Объясни мне как врач врачу — как это возможно? Она абсолютно здорова, как женщина. Я — как мужчина. Мы не предохраняемся.
— Между духом и телом есть материальные носители. Гормоны. Посмотри на ее гормональную карту и все поймешь. Ты слишком агрессивен и она защищается. По-женски, по-шамански. Интуитивно меняя свое состояние и тело.
— Она говорила с тобой об этом?
— Да.
— Спасибо.
Возвращаюсь, снимаю с ее плеч его куртку. Протягиваю ему. Забирает.
Подаю руку Жене.
Пора возвращаться в реал.
Глава 41
Ася обхватывает меня руками за предплечье.
Требует:
— Полетать!
Поднимаю руку повыше. С радостным писком машет в воздухе ногами.
— Еще!
Поднимаю.
— Еще, еще!
Ее желтые перчатки скользят по моей куртке.
По коленке прилетает ботинком.
— Черт!
Больно…
Опускаю.
— Где? — опасливо смотрит на меня.
— Кто?
— Черт.
— Какой еще черт?
В кармане звонит телефон. Достаю.
— Иди поиграй.
— В телефончик? — хитро прищурившись.
— В детей, — киваю ей на песочницу, засыпанную снегом.
Убегает.
— Добрый день, Андрей.
— Привет. Рядом с вами освободилась квартира. Крупногабаритная. Евроремонт.
— Скинь фото, планировки.
— На почте.
Разглядываю фото, планировку.
Мне нравится.
— Ася?