Я вспоминаю, кто я, по визе, паспорту и правам,
Ядерный могильник, водой затопленный котлован,
Подчиненных, как кегли, считаю по головам —
Но вот если слова — это тоже деньги,
То ты мне не по словам».
«Моя девочка, ты красивая, как банши.
Ты пришла мне сказать: умрешь, но пока дыши,
Только не пиши мне, Эстер, пожалуйста, не пиши.
Никакой души ведь не хватит,
Усталой моей души».
Господи…
Откуда это?…
Что это?…
Из какой нашей прошлой жизни?
Где она берет эти вещи, протыкающие меня насквозь?
Чудовище…
Моё чудовище. Мы молча уплываем в ту, нашу прошлую жизнь.
Глава 27
И я смотрю на маятник… понимая, что с ним что-то не так… В груди опять предательски горит. Как будто бы мне пообещали спасение.
Вместо этого кофе без вкуса и жизнь.
Солнечный свет из окна не греет. Холодно. И очень странно слепит. Создавая черную туманную кайму всему, на что я пытаюсь смотреть.
Пачка сигарет в моих руках тоже в этой черной дымке.
Парламент…
Парламент?
Россия…
Женя!
Моё сердце ускоряется. Это все был сон?!
— Олег! Олег…
Подлетаю, задыхаясь.
Сон?
Рывком, переворачиваю ее под себя.
Разглядываю…
Реальная.
Сжимаю. Чувствую.
— Больно… Больно!
Отпускаю, падая на спину.
Выдох — рваный, долгий. Вдох — резкий, глубокий.
Всё нормально!
— Что тебе снилось?
— Так… Кошмар.
— Расскажи?..
— Что я в Италии. И ты мне просто приснилась. Не было ничего этого…
Молчит.
— Ты просыпаешься и не можешь понять… в какой из этих двух реальностей находишься?
— Да.
— Ты должен перестать бояться жить без меня.
— Замолчи. Всё. Спи. Это мои сны и мои проблемы!
Не надо было говорить!
Эта моя нечаянная откровенность может спровоцировать страшные вещи. Моя ведьма захочет меня вылечить. В своем стиле. Как учат плавать. Просто выкинуть за борт, чтобы выплыл. Не хочу опять захлебываться без нее. Хочу каждый день иметь такое утро как сегодня. И черт с ним, с этим сном и что не усну сегодня больше. Хочу просыпаться от ее запаха, возбужденный и брать ее спящую… Чувствовать, как она просыпается в моих руках и, что ничего кроме этого мгновения не существует.
А потом опять убаюкивать и… чтобы она не могла потом разобраться — приснился ей наш секс или был на самом деле.
А сны… Я уже привык к этой болезненной альтернативной реальности. Пусть будет. Главное — просыпаться в правильное место.
Ложится мне на грудь. Это все еще немного чувствительно с левой стороны.
— Зверь мой раненный… мне очень жаль…
— Спи, моя девочка… Я в порядке…
— Я тебя вылечу…
— Я тебе «вылечу»! Сам справлюсь. Не мешай. Спи…
Поцелуй в висок… вдох поглубже… как люди засыпают вместе?..
Она уже размеренно сопит мне в шею. Как-то так!
Вдыхаю еще.
Реальная…
Олег… — шепчет.
Я все-таки уснул?
Хорошо…
— М?
— Мы с Асей пойдем прогуляемся, ты спи.
— Мхм…
Усталость за последние дни видимо выстрелила и меня снова вырубает. Мне спокойней и легче спится в пустой квартире. В этот раз без всяких снов.
Просыпаюсь от звука лифта в подъезде.
Стены тонкие… Целый день этот гул! Днем — не так критично. Но ночью и утром…
Разглядываю потолок…
Щелчок замка…
Вернулись.
Черт. Надо было одеться. Ася сейчас залетит…
Но входит только Женя.
— Где твой асьминог?
— Папе отдала.
Да… я должен был уйти утром. Мой мозг никак не хочет принимать чужие правила, постоянно выплевывая это. Да не хочу я уходить по утрам! Он знает о моем существовании. Не мальчик уже. В курсе что мы спим вместе. Зачем бегать?!
Ася?
Так и Асю тоже пора поставить в известность о моем статусе. Не понимаю зачем мы тянем.
Женя упрямится…
Стягивает белый свитер, оставаясь в синем атласном бюстгальтере и джинсах.
По плечам две косы.
Мне хочется прижаться губами к ее ложбинке между…
— Кофе будешь?
— Буду.
Присаживаюсь.
Затащить в постель?
— Омлет?
— Буду.
Уходит на кухню.
Надеваю брюки. Звякает пряжка ремня. Не застегиваю ее до конца. Меня обламывает ходить дома в такой одежде!
— Женя?..
На кухне пахнет апельсинами. На столе парочка изнасилованных вилкой, видимо в попытке выдавить сок.
Купить соковыжималку… — ставлю я себе галочку.