В период 1997–2006 гг. Турция оказала помощь грузинским вооруженным силам на сумму свыше 37 млн долл. [77] Определенную военную помощь Грузии, в основном в обучении кадров, оказывали также Германия, Великобритания, Франция, Греция, ряд стран Восточной Европы и даже КНР.
В конечном счете, начиная с 2006 г. прямая иностранная военная помощь перестала играть для грузинского военного строительства непосредственную существенную роль, а грузинское правительство нарастило военный бюджет до такого уровня, что смогло перейти к политике масштабного вооружения и переоснащения вооруженных сил Грузии путем закупки достаточно крупных партий относительно современного вооружения и военной техники по собственному выбору.
Таблица 1. Фактические военные расходы Грузии в 2003–2008 годах (без учета иностранной военной помощи)Год: 2003 / 2004 / 2005 / 2006 / 2007 / 2008
Планировавшиеся расходы, млн. грузинских лари: 60,9 / 67,0 / 138,9 / 392,6 / 513,2 / 1100
Фактические расходы, млн. грузинских лари: 60,9 / 173,9 / 368,9 / 684,9 / 1495,0 / 1545
Фактические расходы, млн. долл: 30 / 97 / 203 / 388 / 940 / 1003
Доля фактических расходов в ВВП Грузии, процентов: 0,7 / 1,8 / 3,2 / 4,9 / 8,0 / 8,1
Источник данных о расходах в грузинских лари: Strategic Defence Review. Ministry Defence of Georgia, Tbilisi, 2007. Таблица составлена Центром АСТ.
Таблица 2. Американская прямая военная помощь Грузии в 2007–2010 финансовых годах (млн. долл).Финансовый год: 2007 / 2008 / 2009 / 2010 (запрос)
Foreign Military Financing (FMF): 9,7 / 9,0 / 11 / 16
International Military Education and Training (IMET): 1,16 / 0,761 / 1,15 / 2
Non-Proliferation, Anti-Terrorism, Demining, and Related Programs: 5,15 / 3,21 / 2,2 / нет данных
Всего: 16,01 / 12,982 / 14,2 / более 18
Источник: Государственный департамент США.
Следует выделить две тенденции: значительный рост военных расходов при Саакашвили (в 24,5 раза в 2007 г. по сравнению с 2003 г., что является, видимо, мировым рекордом – фактически, однако, с учетом невключения в показатели 2003 г. иностранной военной помощи этот рост был несколько меньшим) и распространившаяся при Саакашвили практика неоднократных увеличений военного бюджета в течение года.
Наиболее показателен 2007 г., когда фактические расходы (после трех увеличений бюджета министерства обороны в течение года) в 2,91 раза превысили запланированные и составили 940 млн. долл., что было связано в значительной мере с:
• увеличением численности грузинского контингента в Ираке;
• увеличением жалованья военнослужащим;
• увеличением численности вооруженных сил с 28 до 32 тыс. человек и планами создания 5-й пехотной бригады;
• началом программы подготовки активного резерва национальной гвардии;
• закупками и модернизацией вооружения.
На 2008 г. бюджет министерства обороны был запланирован на уровне 1100 млн. лари. Августовская война нанесла Грузии серьезный военный и экономический ущерб и вынудила во второй половине года заняться не дальнейшим расширением вооруженных сил, а восстановлением пострадавшей военной инфраструктуры. В итоге в сентябре–октябре военному ведомству было выделено еще 445 млн. лари. Поэтому фактические расходы, составившие в 2008 г. 1545 млн. лари (1003 млн. долл), включили, видимо, прямые расходы на войну и компенсацию ее последствий, уменьшив фактический бюджет развития вооруженных сил. В связи с наступившим затем мировым экономическим кризисом стало тем более ясно, что Грузия не способна длительно выдерживать беспрецедентный по мировым меркам уровень военных расходов в 8% ВВП, что привело к сокращению запланированного военного бюджета на 2009 г. (до 940 млн. лари), прервав непрерывный тренд роста.
Выводы
После прихода к власти режима Саакашвили начался быстрый рост численности и боевого потенциала грузинской армии. Наибольшие успехи были достигнуты им в сфере подготовки личного состава, развитии военной инфраструктуры, закупок и модернизации вооружения и военной техники. Основная заслуга в этом принадлежит политическому руководству, значительно увеличившему военные расходы, и, в меньшей степени, иностранной военной помощи. По сравнению с периодом правления Шеварднадзе грузинская армия перешла на качественно иной уровень и к лету 2008 г. представляла серьезную угрозу для бывших автономий ГССР. Однако при этом военное строительство в Грузии при Саакашвили было отягощено многочисленными доктринальными противоречиями, нестабильностью планирования и серьезными проблемами в области подготовки кадров, усугубляемыми быстрым раздуванием численности вооруженных сил и периодическими кадровыми чистками в армии по политическим мотивам. За стремительным ростом грузинской армии не поспевала никакая подготовка, что вело к появлению массы скороспелых плохо подготовленных командиров.
Своеобразный итог обширной работы Михаила Саакашвили по реорганизации грузинской армии был подведен в августе 2008 г., когда амбициозный националистический грузинский лидер бросил свои войска на завоевание Южной Осетии. В операции по захвату Цхинвала были задействованы основные боеготовые силы грузинской армии (за исключением находящихся в Ираке главных сил 1-й пехотной бригады). Авантюристическая военная кампания немедленно привела к военному столкновению с Россией и к массированному ответному удару российских войск. Всего через три дня грузинские силы начали спешное отступление из Южной Осетии, которое вскоре переросло в бегство к Тбилиси с оставлением значительной части вооружения и техники. Проведенная в соответствии с доктриной «Тотальной обороны» мобилизация резервистов не повысила боевой потенциал Грузии ввиду низкого уровня подготовки и невысокого морального духа мобилизованных и недостаточного количества командиров для них. Российская авиация понесла больше потерь от «дружественного огня» собственных войск, чем от действий грузинской ПВО. Грузинская военная система продемонстрировала крайнюю слабость организации, низкий уровень командных кадров и полную неподготовленность к крупному конфликту. Блеск ежегодных парадов оказался мишурой, наглядно показав, что, несмотря на все предпринимавшиеся Саакашвили усилия, его армия так и не стала полноценной современной боеспособной военной силой, способной противостоять армии великой державы, в конфронтацию с которой Саакашвили опрометчиво вверг Грузию.
Хронология боевых действий между Россией и Грузией в августе 2008 года
Введение
Михаил Саакашвили пришел к власти с лозунгами скорого возврата в состав Грузии ее сепаратистских территорий – Абхазии, Аджарии и Южной Осетии. Это быстро вызвало дальнейшее охлаждение отношений с этими регионами. И хотя Аджария была быстро присоединена мирным путем, хоть и под угрозой применения против нее силы, попытка повторения этого сценария в Южной Осетии вызвала вооруженное противостояние грузинской армии, южноосетинских вооруженных сил и ополчения и миротворческих сил. В августе 2004 г. произошли вооруженные столкновения, приведшие к потерям как с осетинской, так и с грузинской стороны. Грузия ввела на приграничные территории непризнанной республики танки и прочую тяжелую технику, захватила ряд спорных высот. В последовавших после этого столкновениях погибли не менее 16 грузинских военнослужащих. Эффективность российских миротворческих сил в республике оказалась ограничена, после прямых угроз со стороны министерства обороны Грузии о применении против них силы при попытке вмешательства в ситуацию.
Но южноосетинский конфликт 2004 г. не перерос в полномасштабные боевые действия. Грузинскому руководству стало очевидно, что имевшиеся на то время в его распоряжении вооруженные силы не дают радикального преимущества даже над этим небольшим сепаратистским регионом. Понятна стала и готовность осетин защищать свою независимость с оружием в руках. Поэтому попытка присоединения его силовым путем неизбежно вылилась бы в продолжительный кровопролитный конфликт. Еще меньше шансов у Грузии было быстро справиться с более сильной в военном отношении Абхазией.