– Выдержат ли трансмиссии, – задумчиво сказал он.
– А, Кайрат, – усмехнулся Кошкин. – А ты знаешь, как тебя на заводе за глаза называют?
– Знаю. Так и зовут – Трансмиссия. Потому что усиление трансмиссии – наша вечная проблема! Можно, Михаил Ильич, достигнуть гениального баланса между ходовой и бронёй, как это сделали вы, но без усиления трансмиссии…
– Ну вот, завел свою любимую шарманку, – сказал тоже проснувшийся механик-водитель Василий Кривич.
– А ведь прав Жамалетдинов. Давайте только, обсуждение конструкторских решений отставим до нашего возвращения.
Но Василий не унимался:
– А, кстати, знаете, Михаил Ильич, как вас зовет рабочий класс?
– Нет, не знаю. И это очень интересно.
– Точно не обидитесь?
– Не обижусь.
– Карамелькин.
– Очень остроумно! Понятно… Это тяжёлая индустрия так посмеивается над пищевой промышленностью. Да, я в ранней юности ушёл на заработки в Москву и там восемь лет работал на кондитерской фабрике, был рабочим по обслуживанию карамельных автоматов. И после службы в армии меня направили в Вятку, где я руководил кондитерской фабрикой. И неплохо, надо сказать, руководил. Во-первых, мои леденцы – никакая не карамель, а именно леденцы – получили в своё время премию в Берлине. А во-вторых, фабрика при мне стала одним из самых прибыльных и процветающих предприятий в городе. Я тогда в день выдачи зарплаты собирал у себя в кабинете жён своих сотрудников с детьми. Детей угощал конфетами, а зарплату выдавал на руки жёнам, чтобы вятские мужики, как водится, не пропили все деньги.
– Сурово вы с ними поступали, товарищ Кошкин, – покачал головой Василий Кривич.
– Есть такое дело, – согласился Кошкин, – но иначе было нельзя… И вообще, заканчиваем разговоры. По коням! Маршрут вы знаете…
В пути Кошкин, находившийся в тот момент в танке № 2, посмотрел на часы.
– Ну, что, так и будем ползти? Давай поднажмем что ли? – вдруг сказал он.
– Да я бы с радостью, – ответил Кайрат. – Но Василий-то не торопится.
– Так обгони его! Не торопится он… Делов-то.
Кайрат улыбнулся и прибавил газу. Второй танк увеличил скорость, догнал ведущий и пошёл на обгон.
Со своей стороны, Василий Кривич заметил, что его пытаются обогнать, ухмыльнулся и тоже прибавил газу.
Оба танка понеслись по дороге и оторвались от следовавшего за ними «ЗиСа». Не заметить это было невозможно.
– Что происходит? – удивленно спросил лейтенант Мизулин.
– Ну… Очередные испытания, я так понимаю, – предположил завхоз Кириллов.
– Какие ещё испытания? Они что, гонки устроить решили? А ну-ка, посигналь им!
Аркадий Павлович надавил на гудок, но это ни к чему не привело.
Танки продолжили нестись по дороге, поднимая пыль, за ними пыталась поспеть периодически гудящая «трёхтонка» марки «ЗиС». Время от времени то один, то другой танк вырывались вперед.
Механик-водитель Василий Кривич в азарте давил на педали и рычаги.
– Врёшь, Михаил Ильич! Не возьмёшь!
Кошкин и Кайрат тоже разгорячились и развеселились.
– Не сдаётся?! – кричал Кошкин. – Давай и мы поднажмём!
Лейтенант Мизулин в кабине скачущего по ухабам «ЗиСа», возмущённый происходящим, приказал:
– Обгоняй их, Аркадий!
«ЗиС» прибавил газу и пошёл на обгон танков. Обогнав их, он начал тормозить. Танки тоже притормозили.
Лейтенант выглянул в окно грузовика и показал жестом, что теперь танки будут следовать строго за ним.
– Вот так и езжай, – приказал он завхозу Кириллову.
И вдруг Аркадий и Пётр услышали какой-то странный стук в кузове. Они удивленно переглянулись. Лейтенант попытался заглянуть внутрь через стекло кабины. И тут в перегородку ударилась чья-то ладонь. Находившиеся в кабине вздрогнули от неожиданности, и грузовик резко затормозил.
Так же резко остановились и танки. Лейтенант с завхозом обежали «ЗиС» с двух сторон. При этом Мизулин уверенным движением расстегнул кобуру…
И тут из кузова послышался голос… Лиды Катаевой.
– Помогите. Я больше не могу его держать.
Лейтенант закатил глаза к небу и с досадой сплюнул:
– Чтоб ей пусто было! Ну кто бы сомневался… Вот откуда она тут взялась? Нет, вы мне объясните, откуда она тут взялась?!
Затем он впервые за весь пробег полез в кузов грузовика и там среди бочек с горючим, тросов, запчастей и прочих вещей увидел Лиду, держащую упавший на нее баллон с кислородом.
– Ты откуда тут, деточка?
Лида испуганно забормотала:
– Этот баллон в любую минуту взорваться может. У него вентиль сбит. И тряпка на нём масляная была намотана… Это же диверсия какая-то…
Лейтенант Мизулин снял с Лиды тяжеленный баллон.