- Вас, господин, - глаза по-прежнему в пол, - после ванны положен массаж.
- А сил-то хватит? - засомневался Попов с видом знатока, хотя про массаж до этого только читал в журнале "Наука и жизнь", да и то давно, еще на гражданке.
- Я буду стараться, господин, - ушки девушки уже красные, как маки.
- Ладно, - согласился Серега, - только не долго, ужин стынет.
- Как прикажет господин капитан, - девушка уже застилала банкетку белоснежной простыней и расставляла пузырьки с маслом. Непонятно откуда льющийся свет уменьшил яркость, создавая в комнате приятный полумрак.
Под нежными, но неожиданно сильными руками девушки, Попов сначала закряхтел, но постепенно расслабился, отдаваясь процессу, и снова чуть не уснул.
- Все, хорош, - Попов сел на банкетке, прикрываясь простыней. Девушка опустилась на ковер, опять потупив взор:
- Господину не понравилось? - в голосе отчаяние, как будто сейчас в подвал к Бхургушу.
- Понравилось, - сознался Серега, - но я засыпаю.
- Это расслабляющий массаж, - она развела руками, - господину капитану был нужен возбуждающий? Я виновата, я не поняла... - и снова отчаяние и заметная дрожь в руках.
Попов невольно потянулся почесать затылок, и увидел, как сжалась в комок девушка, втягивая голову в плечи. Сереге стало нехорошо:
- Тебя бьют что ли?
Шмыганье носом и едва заметный кивок в ответ.
- Часто?
- Господину не надо этого знать, - Серега едва разобрал шепот.
- И все-таки?
- Когда мною недовольны, господин. Или так, для развлечения.
- Нормальное развлечение, - удивился Попов, - а если убьют для развлечения?
- Это был бы выход, господин, - теперь большие зеленые глаза смотрели на Серегу, - вы капитан Мордора, вы можете это. Скажите, что я сделала вам больно, и вы не сдержались.
- Бред, - Серега даже помотал головой, - какой же это выход?
- Это выход отсюда, - девушка на коленях подползла к Попову, пытаясь обнять его ноги, - я сделаю все, что захотите, только позвольте мне умереть.
- Да ты что, - не на шутку испугался Серега, когда она начала целовать его ноги, - прекрати, я все равно не смогу этого сделать.
По Серегиным волосам пробежал сквознячок, и рядом, как привидение, снова возник Гудрон.
- Отцепись от капитана, девка, - тем же низким басом прогудел орк.
- Да, господин, это была непростительная дерзость, я не сдержалась, - девушка отползала, сжимаясь в комок. Гудрон как бы из воздуха извлек тонкий и очень гибкий металлический прут на рукоятке, и с почтительным поклоном протянул его Попову:
- Вот, господин. Если хотите, его можно нагреть.
- Чего? - задохнулся Серега, - чего сделать?
- Рукоятка предохранит руки от ожога, - уже не совсем уверенно произнес орк, - но можно бить и холодным, это тоже больно.
- Убери, - Попов пытался говорить твердо, но зубы все равно постукивали.
- Вы не будете ее наказывать, господин? - в голосе орка Сереге послышалось удивление.
- А что, тогда меня накажут? Опять в подвал, к Бхургушу?
- Бхургуш трус, - скривился орк, - он только и может, что мучить женщин и детей.
- Не только женщин и детей, - передернул плечами Попов.
- Мне дозволено высказать свое мнение, господин? - снова поклонился Гудрон.
- Говори, - махнул рукой Серега.
- Слуга в вашей власти. Вы можете ее бить, но только убивать не надо, так она действительно уйдет из-под руки нашего Властелина. А над ее посмертием он не властен, в отличие от моего. Хотя капитан Мордора может поступить, как хочет, - орк застыл со склоненной головой.
Попов разглядывал девушку. Теперь, когда стало понятно, что наказание, по крайней мере, откладывается, спина ее перестала дрожать, но она по-прежнему лежала на ковре, сжавшись в комок.
- Поднимись, - попросил Попов, - сядь. Как тебя зовут?
- Этель, господин, - девушка почти справилась с собой.
- Этель Лилиан Войнич. Овод, - процитировал сам себе Серега, невесть как всплывшее в памяти название, - не читал.
- Что вы сказали, господин? - не поняла Этель.
- Да так, ерунда всякая в голову лезет от голода. Гудрон-батыр, есть будешь?
- Если господин прикажет, то конечно буду. Но телохранитель не может сидеть за одним столом с капитаном Мордора. Он может только пробовать те блюда, которые ему подают. Хотя в Лугбурзе смысла в этом нет.
- Понятно. А ты, Этель?
- Как я могу, господин. Я всего лишь девушка для массажа.
- Нормально, - притворно возмутился Попов, - что ж мне в одиночку есть?
- Вы можете позвать музыкантов и танцовщиц, господин, - робко предложила Этель.
- Или чтеца, если мне позволено высказать свое мнение, господин. Мой прежний хозяин всегда так делал, - это уже Гудрон вклинился.
- Ясно, - хлопнул себя по коленкам Серега, - продолжай нести службу. Капитан Мордора тобой доволен.
- Повинуюсь, господин, - орк растворился в воздухе, и даже дверь при этом не скрипнула.
- Этель, - он обернулся к девушке, - мне понравился твой массаж, и я не буду тебя наказывать.
- Я благодарю вас за доброе отношение к несчастной Этель, господин.
- Ерунда, - отмахнулся Серега, и взялся за колокольчик.
* * *
После всех передряг, ванны и ужина Серега рухнул в постель и спал теперь уже без всяких сновидений до полудня. Открыв наконец-то глаза, Попов долго вспоминал, где находится, а вспомнив, заскрипел зубами. Вот попал. Скопище садистов и дегенератов, а он, Сережа Попов, еще совсем недавно топавший в голубых сандаликах по солнечной дорожке вместе с мамой и бабушкой, теперь капитан Мордора, один из руководителей этого сброда. Где-то в глубине души теплилась еще надежда, что его обманывают, что никуда он не перемещался из своего мира, а лишь неведомым путем доставлен врагами куда-нибудь в Неваду, где ему и промывают мозги. Однако даже замполит батальона курсантов, майор Хвостиков, никогда не рассказывал о столь мудреных и затратных кознях империалистов. Да и капитан Малина попал в плен при гораздо более простых обстоятельствах.
Размышления прервал осторожный стук в дверь.
- Войдите! - крикнул Серега, садясь на кровати.
В дверной проем просунулась голова Гудрона:
- С добрым утром, господин!
- Спасибо, Гудрон-батыр. Заходи, рассказывай, - Попов слез с кровати и начал одеваться. Гудрон прикрыл дверь, и, продолжая оставаться в полупоклоне, прогудел:
- Капитана Мордора приглашает на обед сам Властелин Мордора.
- На обед? - удивился Серега, - Здорово я поспал, однако. В этом можно идти к Властелину, как думаешь?
Орк критически оглядел черный с серебром костюм, и поскреб пальцем подбородок:
- Не хватает пояса капитана Мордора. Посмотрите там, на столике, господин.
Через двадцать минут полностью экипированный Серега вышел из лифта у обеденного зала. Двери распахнулись сами, к этому он уже привык. Майрон сидел на том же месте во главе стола, больше в зале никого не было.
- Проходи, Сережа, садись, - улыбнулся Майрон, - как спалось?
- Прекрасно, господин, - на всякий случай поклонился Попов.
- Я освободился немного раньше, поэтому и решил пообедать вместе с тобой. Заодно и обсудим насущные проблемы.
Пока Серега отдавал дань мордорской кухне, Майрон изучал какой-то толстенный гроссбух, поигрывая серебряной вилкой. Лишь когда капитан Мордора плюхнул себе в тарелку горку мороженого, майар преувеличенно заботливо спросил:
- Говорят, что тебе вчера не угодила массажистка?
Серега подавился мороженым:
- Да нет, нормально. А кто говорит?
Майрон продолжал вертеть в руке вилку:
- Не важно, кто говорит, Сережа. Важно, чтобы ты понял, что, во-первых, в пределах Мордора я практически всеведущ, а во-вторых, основой любой власти является насилие, - и Майрон без всякого видимого напряжения свернул вилку в кольцо. - Насилие, и только насилие, Сергей. Остальное - красивые слова для толпы. Красотой можно восхищаться, к справедливости можно стремиться, но уважают только силу, и исключительно силу. Понимаешь?