-Хотите.
-Или что-то в этом духе.
-Я не разбираюсь в человеческих душах и мозгах.
-Не больше, чем положено капитану.
-Ещё вопросы есть?
-Если нет – то приказ, фельдфебель-примо, остаётся прежним.
- Мы атакуем.
-У нас нет иного выбора.
Зибель заглянул водянистыми глазами в самую душу Ченкова:
- ТАМ, ЗА ТЕМ ХОЛМОМ, НА АКИ, ОСТАЛОСЬ ЭТО ЗДАНИЕ!
- КОМУ БЫ ТЫ ПОЖЕЛАЛ – ПРИДТИ И ОСТАТЬСЯ ЗДЕСЬ НАВСЕГДА!? БЕЗ БРОНИ?!
-МОЖЕТ БЫТЬ, ЭТИМ ДУРАКАМ, АКИ!?
Ченков помотал головой. Аки он бы мог давить гусеницами или расстреливать из автопушек. Но... не так.
Удовлетворённый его безмолвным ответом, Зибель продолжил:
- Как я и сказал - мы нанесём врагу, удар.
- Это пещерная тупая тварь и она не понимает – что такое танк.
-Мы дойдём до самого дна.
- Я выпущу все снаряды в его огромное сердце.
- Чтобы оно лопнуло и истекло чёрным соком.
"Чего!? О чём он!? Что он несёт?"
-ТЫ СЛЫШИШЬ!?-и тут Зибель, словно бы Вёдор произнёс то,что подумал вслух, подался вперёд,- НЕУЖЕЛИ ТЫ НЕ СЛЫШИШЬ!?
- КАК БЬЁТСЯ ЕГО ЧЕРНОЕ СЕРДЦЕ!?
-КАЧАЯ ЧЁРНУЮ КРОВЬ - ПО БЕТОННЫМ ВЕНАМ ЭТОЙ ЧУДОВИЩНОЙ ПЛАНЕТЫ!?
-ЧЁРНУЮ, ОТВРАТИТЕЛЬНО ВЕНОЗНУЮ КРОВЬ-В КОТОРОЙ ЧУТЬ НЕ УТОНУЛ ТАСКИН!
СКОЛЬКО БЫ ОНА НЕ ПОСЛАЛА ПРОТИВ НАС ЛИМФОЦИТОВ(Да-да, Вёдор, те самые твари в которых ты стрелял), ПЫТАЯСЬ ПОБЕДИТЬ ПРИЧИНЯЮЩЕЕ ЕЙ БОЛЬ ИНОРОДНОЕ ТЕЛО-ТАНК!
-Я ДОЙДУ!
-Я ОСТАВЛЮ ОТПЕЧАТКИ ГУСЕНИЦ НА СТЕНКАХ СОСУДОВ И ОРГАНОВ!
-КОТОРЫЕ ТЫ, ГАНДЕРС ... И ВООБЩЕ ВСЕ- ПРИНИМАЕТЕ ЗА ТРАНСПОРТНЫЕ ТУННЕЛИ! КОРИДОРЫ! ЗАЛЫ!
-Я БУДУ ВКАТЫВАТЬ В НЕГО БРОНЕБОЙНЫЕ, СНАРЯД ЗА СНАРЯДОМ, ПОКА НЕ ПРОБЬЮ ЭТО СЕРДЦЕ НАСКВОЗЬ - СКОЛЬ БЫ ОГРОМНЫМИ ОНО НЕ БЫЛО!
- ЕЩЁ ВОПРОСЫ ЕСТЬ, ФЕЛЬДФЕБЕЛЬ-ПРИМО!?
Ченков сглотнул, чтобы смочить пересохшее горло:
-Да. Есть. Один. Последний.
- Сможешь ли ты встать со своего трона, сотто-тененте Конрад Зибель? Встать и подойти ко мне?
-Ведь шлейф достаточно длинен?
Ченков, оператор стрельбы бортовых автоматических пушек. Явление 4-ое.
Ченков сидел на своём месте в боевом отделении танка и тщательно прилаживал разъёмы манифольда на место.
Потом он одел танкошлем и застегнул его под подбородком.
- Ну что?
Это Гандерс.
Ченков молчал, не желая отвечать на его вопросы.
Но вопрос вскоре повторился.
В той же тупой форме:
- Ну, что там?
Ченков с раздражением глянул на него.
Обычно, Гандерс бывал умней.
- Ничего, -ответил Ченков, - Всё как обычно.
-У капитана Зибеля, как всегда, есть пара приказов для нас
Таурин, комендор левобортного лазерного орудия.
АККУМУЛЯТОР ЛАЗЕРНОГО ОРУДИЯ «ЛЮЦИЙ» ВЫПУСТИЛ ПОСЛЕДНИЙ ЗАЛП И ИНДИКАТОР ЗАРЯДА ПРОТИВНО ЗАВОПИЛ НА САМОЙ ВЫСОКОЙ НОТЕ.
Таурин, не обращая внимания на это, вертел панорамой.
Вот она.
Он нажал педаль и орудие, вместе с тяжеленной броневой маской будто само провернулось в спонсоне так как нужно.
Его движение сопровождалось тихим, неслышным за работой механизмов танка, пением электромоторов.
Нужный угол - сперва по горизонтали.
Стоп.
Лучевое орудие мягко остановилось и двинулось по вертикали.
Гладкая эбонитовая кнопка стрельбы, как в дурном сне, всё время ускользала.
Большой палец всё время не попадал по ней, в лучшем случае задевая за отколотый шершавый край, от чего кнопка лишь впустую щёлкала
Время уходило навсегда.
Огромная черная тень, лаково блестевшая в свете мощных фар.
Она возвышалась над морем темной жижи, в которой виделись тысячи искажённых голов и тысячи хищных глаз.
Она ревела, разозлённая болью
Но больше всего тень бесила их отвага
Кто-то посмел атаковать её - царившую в заполненных мерзостью рекомбинирующейся плоти коридорах этого огромного здания.
Тень ревела, разевая пасть.
Если так она хотела его испугать, то зря. Из-за двигателя машины, пущенного на повышенных оборотах, Таурин не услышал бы даже своих собственных слов.
Танк, напрягая все силы, проламывался сквозь темную массу -скопище, буквально, плывших в потоках мерзкой слизи непонятных слепых, но злобных существ.
Их гладкая бледная кожа и закрывавшая, как у древних рыб, всю голову хитиновая броня, блестели в свете выстрелов лазпушки будто мокрые.
Танк пытался ползти вверх по наклонному полу этого туннеля.
Таурин помнил, как они оказались здесь.
Он даже помнил солнечный свет и чистое небо, чем могли похвастаться не все из его экипажа.
Несколько лёгких машин Аки, замаскированные под стога сена, внезапно открыли огонь, пытаясь подбить их из своихчетырёхдюймовок.