За которого, обычно, и отдувался несчастный комендор спонсонной лазерной пушки правого борта.
- Алиево Магнус Лариссон временно ( «Это значит-на всё оставшееся у вечности время» прокомментировал другой Лариссон, укрытый в глубинах его мозга - за что тут же получил оплеуху ) состоит при экипаже танка типа «Клинок», тактический номер 056, 347-ая отдельная рота прорыва сверхтяжёлых машин «Алигьери», 56-ая армия Гаронны, для замены выбывшего из строя комендора спонсонной лазпушки правого борта и прохождения полевой практики...
И выдохнул.
И уже по молчанию понял, что не такого ответа ждал от него Зибель:
- Чтобы учиться, сэр
Вот сейчас ответ был правильным:
-Так учитесь, кадет.
Танк слегка потряхивало. Они столько шли по гладкому бетону( Бетону? Вы уверены,что это бетон алиево Лариссон? разве человеку по силам построить здание в котором может пропасть, как маленькая девочкав лесу, сверхтяжёлый "Клинок". Да и зачем людям строить такое? Да и вообще, вы видели тут людей? ), что он уже отвык от того, как неуклюже пробирается даже их огромная, с гигантским ходом подвески, машина по неровностям поля боя.
-Мы уже два часа идём через промышленную зону. Какой-то старый завод. Кадет, как бы вы поступили, на месте противника, если бы вам надо было уничтожить наш танк в таком месте?
Лариссон сглотнул слюну.
-Засада, сэр.
Зибель был доволен ответом:
- Да. Верно. Засада. Множество мест, где можно остаться незамеченным, откуда можно ударить по бортам или крыше.
Он мог бы сказать про мины, но не стал и Лариссон понимал почему-с этим они ничего сейчас не могли поделать, разве что обстреливать каждый метр дороги из бомбомёта. Паника сейчас была не нужна капитану Зибелю.
Впрочем, большинство противотанковых мин не смогли бы перебить ни соединения, ни разрушить сами толстые штампованные траки "Клинка" - монолитные куски чёрной стали шириной больше метра.
И, что самое главное, мины сейчас не имели никакого значения.
-И остановившийся танк стал бы идеальной мишенью, алиево.
Лариссон прекрасно понимал о чём он, на самом деле, говорит.
Слово «засада» стоило целой речи.
Подумай о вое, который ты иногда слышишь.
Ты уже дал имена вымышленным существам, которые могли бы его издать?
Здесь не было и нет никаких мин и ракет.
Лариссон успел поучаствовать только в одном настоящем бою - который и привёл их к стальным воротам того Здания.
Здесь, в коридорах здания, их противниками были волны рекомбинирующейся чёрной плоти.
«Засада»
Лариссон мог сейчас думать только о том, что будет, если этот вой кинется на него и Ченкова из темноты.
Штурмовая винтовка, которая стояла сейчас на оружейной стойке
Которую он получит перед выходом
Всего лишь игрушка-для самоуспокоения.
Дань старым, ушедшим в небытие, правилам.
Или чтобы застрелиться.
Свет её выстрелов быстро погаснет в бесконечной тьме.
Которая придёт за ним.
Пули бессильно пронзят воздух, не нанеся вреда самой тьме.
И винтовка умрёт.
А он останется один.
« Возможно, мне придётся вас бросить - пока они не залезли на корпус и не добрались до гусениц»
«И я так и сделаю - если там будут достаточно крупные твари.»
«Я даже не буду открывать люки».
«И, в конце концов, я всё равно не могу развернуть башню, не рискуя повредить пушки или забить стволы каким-нибудь мусором! «
«Дождись. Мы найдём большую площадку, где можно провернуть башню, спокойно скинуть то, что осталось на крыше корпуса»
Вот что не сказал ему командир танка
Зибель помолчал, ожидая, пока боль словесной порки не будет прочувствована Лариссоном во всей полноте и добавил:
-Следите за своим бортом и не отвлекайтесь, алиево. Ни о чём не беспокойтесь - я думаю за вас. Для этого меня и поставили сюда - именем Земли!
Глухо, как из могилы, отозвался весь экипаж «Клинка» на уставное обращение - включая самого Лариссона:
- Во имя Земли!
Танковые фары выхватывали из тьмы какие-то ржавые конструкции и станки.
Лариссон послушно крутил панорамой, пытаясь увидеть хоть что-нибудь во тьме, смыкавшейся сразу за конусами света.
Документ № 1.
Начальнику блока ЛКВ-468. По форме «Г».
В условную ночь, с сорок первого по семидесятый цикл, был дан сигнал тревоги горизонтальной Волны.
Выждав положенное время, в район происшествия выдвинулась разведывательная группа майора Семёнченко, чтобы оценить масштаб бедствия, приступить к эвакуации и ликвидации. Группа вышла на связь удивительно быстро, воспользовавшись гражданскими сетями связи - проводным телефоном, стоявшим в заводской проходной. Согласно их докладу не было замечено никаких последствий Волны, если не считать потёков фиолетовой слизи у заваренной гермодвери, ведшей в бывший блок-завод ЛКВ-467.