-Почемуу?!
Не то, чтобы ему было жаль Илсенна.
Это было какое-то странное чувство необъяснимости.
Оно терзало его.
Зибель, которого он знал когда-то, не мог быть таким.
-Ты помнишь наш первый бой здесь, Вёдор?
Он постарался, действительно постарался его вспомнить.
Потом честно помотал головой.
-Я тоже.
-Он был давно.
-Я сам не могу поверить.
Ченков не сразу понял, что правая рука Зибеля указывает на индикатор прибора учёта моторесурсов.
-Подойди, не бойся!
-Я обещаю, что сегодня тебя не съем.
Зибель произнёс «съем» так, как его произносят люди каждый день завтракающие и обедающие человечиной.
Как дверь бомбоубежища лязгнула.
Но чтобы не показать, как ему страшно, Ченков встал и сделал пару шагов.
Конечно же он это знал, что это такое!
Он когда-то даже помнил наизусть расположение и назначение всех индикаторов на панелях, окружавших командный трон «Клинка».
Ведь все хотят быть генералами.
Зелёные люминофорные точки складывались в невероятную цифру.
Она просто не имела смысла.
Девяносто тысяч.
Мотор танка проработал без остановки девяносто тысяч моточасов.
Зачем создатель прибора учёта моторесурсов предусмотрел столько разрядов?
Почему мотор не вышел из строя?
Зачем...
-Но ОНИ помнят.
Ченков уже просто плыл по течению и не пытался сопротивляться тому бреду, который нёс Зибель.
Бессмысленно.
Потому что этот бред моментально становился реальностью
-Кто они, Конрад? Кто? Я? Ты? А может, этот сопляк Лариссон?
Зибель улыбнулся.
-А ты думал, Вёдор, КАК мои пушки стреляют?
Ченков вздохнул.
Ему было сейчас всё равно:
- Думаю, что очень просто.
- Вы, сотто-тененте, наводите их на цель, устанавливаете дистанцию пересечения траекторий обоих снарядов и нажимаете на электроспуск.
-А потом они делают «БАМ!»
Улыбка исчезла с лица капитана, сменившись саркастичной ухмылкой.
В которой не было никакой настоящей радости.
-Великолепно художественное и, одновременно, точное описание предмета.
-Чего же ещё ждать от птенца Баучинского училища, как не самого лучшего?
«Всё-то ты перепутал, капитан. Баучу заканчивал ты. А не я.»
Ченков приободрился.
Зибель, который ошибался, уже не казался ему очень страшным.
«У меня только ускоренные курсы по военной электронике при МатТехе»
-Как следующие снаряды оказываются в лотке, фельдфебель!?
Ченков пожал плечами:
-Вы сами их и подносите.
И тут понял, что сказал глупость.
-И сам открываю на пульте замок?
-Сам выбрасываю гильзы?
- Проталкиваю - оба снаряда, с силой, до звона? Потому что если я встаю выбрасывать гильзы, как ты говоришь-то до пульта мне не достать?
- Вёдор, кроме всего остального - каждый из этих унитаров весит пятьдесят килограмм!
- А наш главный калибр стреляет в бою так же быстро как и всегда!
И тут Ченков понял, что должен был спросить:
-Где тело Илсенна?
-Где труп убитого вами заряжающего?
Зибель кивнул.
Ему явно нравилось, когда его глупый фельдфебель наконец начинал задавать ПРАВИЛЬНЫЕ вопросы.
-Здесь.
Зибель засмеялся:
-Да ты же сидел на нём!
-Неужели не заметил?
-Ларс, подойди к нам.
То, что Ченков посчитал пеналом для снаряда или каким-то блоком вдруг поднялось и обрело человеческие очертания.
Ченков заорал.
-Ларс, во имя далёкой Земли, парень!
-Что с тобой случилось!?
Он ещё что-то продолжал говорить ему.
Иллсена он не так чтобы знал.
Он всегда у них был как-то наособицу.
Молчаливый.
Но как же сейчас ему хотелось, чтобы он произнёс хоть пару слов!
Он ещё что-то говорил ему, пока в спину, как безжалостный нож, не вонзились слова Зибеля
-Ларс теперь ка-серв.
Ченков сразу всё понял.
Но Зибель, всё равно, продолжил объяснение:
-Постоянно подключённый к манифольду.
Ченков заорал прямо в лицо капитану и тот не отшатнулся
-Ты и из Таскина сделаешь «консервы»!?
Зибель так же спокойно, будто на прогулке, ответил.
-Конечно же, нет.
-В танке уже не осталось чрезвычайных реанимационных комплектов.
Он помедлил и добавил.
-И я - не Йоно.
-Он делал для меня их.
-Может, уже спросишь о том - при чём тут убийство заряжающего?
Зибель наклонился и из его рта, когда он говорил, воняло мертвечиной.
Отвратительный химический запах.
И таящаяся в нем гниль.