Наши пленные, как только началась стрельба, дружно попадали на землю, стараясь как можно крепче в нее вжаться. А мои бойцы методично отстреливали охрану лагеря: вот кого точно никто не собирался брать в плен, так это лагерных охранников. Тут как раз подъехали и грузовики с пехотой, которая дружно высыпала из них и включилась в бой. В течение пяти минут вся охрана лагеря была уничтожена. Пленные встрепенулись и попробовали начать ломать ворота, но раздавшиеся выстрелы в воздух со стороны прибывших мгновенно их остановили.
Вперед вышел старший лейтенант Горобец, которому я поручил освобождение лагеря.
– Внимание! Прошу всех оставаться на своих местах! Сначала мы проверим лагерный архив на предмет изменников Родины, которые согласились работать на противника, затем организованно начнется опрос на предмет попадания в плен и ваших военно-учетных специальностей. Имейте терпение!
В ходе боя административный дом уцелел, и сейчас несколько бойцов, знающих немецкий язык, разбирались с картотекой, выявляя согласившихся работать на немцев. К нашему удивлению, таких оказалось совсем немного. С выявленными предателями не церемонились, их просто расстреляли, и уже спустя час партиями по сотне человек пленных стали сортировать. Сначала, разумеется, выясняли детали попадания в плен, а затем специализацию бойцов, после чего их распределяли по подразделениям.
Мы смогли практически полностью закрыть необходимые специальности. К сожалению, лагерь оказался исключительно для рядового состава, уже после фильтра, и командиры там были лишь случайно – те, кто успел переодеться в красноармейскую форму. Мы забирали с собой большую часть пленных, а тем, кого не взяли, оставили все оружие охраны и все запасы продовольствия, лишь посоветовав им, что именно надо делать.
Пока наше новое пополнение должно было пешим строем выдвинуться в нашу сторону и укрыться в лесу, с собой мы брали только водителей. После этого мы начали охоту за немецким транспортом: мобильность – наше все, так что от наличия грузовиков для личного состава зависела наша жизнь. Выдвинувшиеся во все стороны мобильные группы устроили засады на немецкий транспорт. Выбирали небольшие колонны и желательно идущие в тыл, так как при этом была большая вероятность, что машины едут порожняком и нам не придется возиться с их грузом. Таким образом, уже к вечеру мы захватили около сотни грузовиков, что позволяло нам разместить всех новичков по машинам.
Прибыв в основной лагерь, бывших пленных накормили, а затем уже распределили их по подразделениям, практически полностью закрыв все вакансии. Разумеется, оружия на всех не хватило, слишком много их было, так что сперва нам предстояло навестить очередной сборный пункт трофейного оружия, для того чтобы вооружить наше пополнение. Ближайший такой пункт был километрах в тридцати от нас, вот туда мы и отправились на следующий день, причем всем отрядом, так как следующей остановкой у меня был запланирован наш склад тылового обеспечения. Практически все освобожденные пленные были в обносках (прошедшие бои не прошли без последствий), а потому необходимо было, кроме оружия, еще и переодеть их в новую форму, а то вид они имели не бойцов Красной Армии, а каких-то оборванцев.
Этот склад уцелел: поскольку в основном на нем хранилась форма и другая амуниция, то немцам он был малоинтересен. Вот склады с продовольствием, топливом и вооружением – другое дело. А зачем им советская форма в таких количествах? А вот мне она сейчас была просто необходима. Мы, конечно, на предыдущих складах, где переодевались, сделали небольшой запас формы, благо транспорт для ее перевозки имелся, но для того количества новых бойцов, что мы приобрели, это была капля в море.
На пункте сбора трофейного вооружения мы вооружились одной стрелковкой, в основном карабинами и винтовками Мосина, станковыми «максимами» (аж тридцать семь пулеметов) и двумя десятками ручных ДП-27. Забрали все пулеметы: на себе нам их не таскать, а так в случае чего плотность огня будет запредельной, особенно учитывая то, что охлаждение у «максимов» водяное, и он может стрелять длинными очередями, не особо боясь расплава ствола.