Второй котел. 11-15 июля
11 июля пять дивизий северного крыла 2-й танковой группы форсировали Днепр на узком участке и в последующие дни стремительно развивали успех, имея целью выйти на рубеж Ельня (80 километров юго-восточнее Смоленска)-Ярцево. Южнее Орши противник оказал активное сопротивление, и захваченный здесь ранее плацдарм пришлось оставить. Еще южнее противник массированными ударами авиации пытался помешать переправе наших войск. До 13 июля было не ясно, продолжит ли противник отступление или попытается закрепиться и оказать нам сопротивление. Последнее представлялось более вероятным, так как в это время на восточном берегу Днепра противник начал широко задуманное наступление против войск южного крыла 2-й танковой группы, имея явное намерение отрезать передовые моторизованные соединения от следующих за ними пехотных дивизий. С этой целью он подтянул около 20 дивизий, действия которых заставили четыре дивизии правого крыла 2-й танковой группы отклониться от указанного им операционного направления (строго на восток) и повернуть на юг.
Положение 3-й танковой группы 13.7.41 иее действия в период 15.7.41 г.
Утром 13 июля личный адъютант Гитлера, возвращаясь из района боевых действий 2-й танковой группы, заехал в штаб 3-й танковой группы, располагавшийся северо-восточнее Витебска, чтобы выяснить состояние подвижных соединений, которые до этого времени несли основную тяжесть всех боевых действий. Ему сообщили примерно следующее: «За первые три недели боев войска 3-й танковой группы понесли большие потери, которые, однако, меньше потерь войск, действовавших на Западном фронте. Так, потери 19-й танковой и 14-й моторизованной дивизий в общей сложности составляют только 163 офицера и 3422 унтер-офицера и солдата. Тем не менее, физическое напряжение личного состава, вызванное сильной жарой, пылью, плохими условиями расквартирования и недостатком сна, значительнее, чем на Западе. Кроме того, моральный дух личного состава подавлен огромной территорией и пустынностью страны, а также плохим состоянием дорог и мостов, не позволяющим использовать всех возможностей подвижных соединений. Значительное влияние на состояние морального духа личного состава оказывает также упорное сопротивление противника, который неожиданно появляется повсюду и ожесточенно обороняется. Но, несмотря на это, немецкий солдат чувствует свое превосходство над противником. Русские, видимо, не могут еще организовать твердое управление своими войсками. Лишь в Полоцке находится способный руководитель. Упорство русского солдата объясняется не только его страхом перед комиссаром, оно находит свое обоснование и в его мировоззрении. Для него эта война носит характер отечественной войны. Он не хочет возвращения царизма, он ведет борьбу с фашизмом, уничтожающим достижения революции.
Продвижение войск южного крыла танковой группы в направлении Смоленска прекратилось, и с оперативной точки зрения оно было бесполезным. Командующий танковой группой считает целесообразнее прорвать фронт противника на его более слабом участке: нанести удар через Велиж и Усвяты в направлении устья Западной Двины с целью обойти Смоленск. Однако если противник будет продолжать минирование дорог и мостов в тех же масштабах, что и раньше, то преимущество в скорости, которое обеспечивает мотор, сведется на нет. При этом расход сил и средств окажется большим, чем достигнутые результаты. Поэтому придется решить, не следует ли подождать подхода пехотных дивизий. Как только они подойдут и снова появится уверенность в возможности наращивания темпа продвижения, все силы бросить для преследования противника в направлении на Москву».
Вышеизложенное показывает то разочарование, которое появилось утром 13 июля в связи с низкими темпами наступления (со 2 июля от Минска пройдено только 300 километров). Однако посланец Гитлера по прибытии в ставку с неоправданным оптимизмом доложил о «гусарском рейде» танковой группы.