Наемник отвернулся от отвратительного зрелища. При этом он заметил, как что-то шевельнулось в воде и скользнуло сквозь липкую пленку к крысолюду, которого Цан бросил в бассейн. Он быстро оглянулся на похитителей, но те были слишком заняты копошением в воде и ловлей яиц и не заметили надвигающуюся на них угрозу.
— По моей команде, — прошептал Адальвольф своим спутникам, — все бросаемся к лестнице.
Наемник показал подбородком на каменные ступеньки в нескольких дюжинах ярдов дальше по бюрдюру, окружавшему бассейн. Ступени были едва видны в мерцающем свете факела крысолюда.
— Мы не можем! — запротестовал ван Зоммерхаус. — Они нас поймают!
Адальвольф поморщился от малодушных слов патрона и особенно от того, как громко они были произнесены. Он взглянул на крысолюдов, но те, похоже, ничего не слышали. Он схватил ван Зоммерхауса за потрепанный жилет.
— Тогда оставайся с ними, но не мешай мне!
— Мы с тобой, — сказала ему Хильтруда, с отвращением глядя на своего благодетеля. Матросы и Дитхельм одобрительно закивали.
Адальвольф оглянулся на бассейн, высматривая хоть какие-то признаки увиденного им плавающего существа. Он не был уверен, но ему показалось, что в воде движутся еще твари.
— Сейчас у подземных возникнут кой-какие проблемы. Когда начнется, бегом к лестнице. Я прибегу следом, как только добуду факел.
Едва он успел прошептать инструкции, как крысолюд, барахтавшийся в бассейне, вдруг пропал. Прочие подземные не заметили внезапного исчезновения, но, когда из бассейна высунулась огромная чешуйчатая лапа и потянула под воду одного из похитителей яиц, вся стая испуганно завизжала. Они поспешили прочь от края бассейна, но и быстрое отступление их не спасло.
Три огромных ящеролюда выпрыгнули из бассейна, приземлились на каменный выступ и зашипели на подземных жителей. Это были гигантские существа, покрытые толстой темной чешуей, их мощные челюсти украшали огромные клыки. Возможно, между этими зверями и маленькими жилистыми ящеролюдами, виденными снаружи, было какое-то родство, но, если это и так, сходство казалось даже более отдаленным, чем между крысолюдами и тем гигантским зверем, которого их предводитель держал в качестве телохранителя.
При первом взгляде на ящеролюдов подземные жители в страхе отпрянули. Шипящие рептилии вскоре набросились на них с гигантскими дубинами и топорами, сиявшими огненным блеском золота. Предсмертные крики крысолюдов сделались оглушительными, когда громадные рептилии атаковали незваных гостей.
Адальвольф знал, что крысолюды быстро преодолеют страх. Либо безжалостный хозяин заставит их сражаться с похожими на троллей ящеролюдами, либо они отступят. Какой бы выбор они ни сделали, Адальвольф не собирался следовать за ними.
Хильтруда и остальные в панике спешили к лестнице, вместе с ними бежал даже ван Зоммерхаус. Адальвольф развернулся и прыгнул на крысолюда с факелом. Тварь, полностью сосредоточившая внимание на ящерах, забыла о пленниках. Это была последняя ошибка в жизни паразита. В безжалостно короткий промежуток времени рука Адальвольфа сомкнулась вокруг шеи монстра и с диким поворотом сломала ее.
Адальвольф стремительно подхватил упавший на пол факел.
Он повернулся и сорвал с пояса крысолюда ржавый меч.
А к крысолюдам пришло подкрепление. Раздался пронзительный голос Танкуоля, властный и деспотичный, рычащий на свое войско, чтобы те атаковали ящеролюдов. Из посоха рогатого крысолюда вырвался трескучий столб молнии, поглотивший одного из огромных монстров и убивший электричеством как его, так двух подземных, попавших в лапы рептилии.
Адальвольф не стал дожидаться продолжения. Он резко развернулся и бросился к лестнице. Он видел, как его друзья пересекают уступ впереди. Он также мог видеть чешуйчатую спину, двигающуюся к ним по воде бассейна.
Наемник открыл рот, чтобы выкрикнуть предупреждение, но было уже слишком поздно. Из бассейна выскочил еще один гигантский ящеролюд и схватил когтями одного из матросов. Моряк жалобно вскрикнул, а чудовище разорвало его в клочья одним движением страшных лап.
Адальвольф издал самый свирепый боевой клич, увидев, как зверь отбросил первую жертву и потянулся за другой. Чудовище повернулось на его зов, и Адальвольф ткнул ему факелом в глаза. Ящеролюд отшатнулся, но медленно и неуклюже. Его вялая нервная система не замечала укуса пламени, пока чешуя на лице не почернела и не обуглилась.
Когда гигантская рептилия споткнулась, Адальвольф вонзил меч ей в живот. На мгновение ему показалось, что ржавый клинок подземных прогнется и не сможет пробить толстую чешуйчатую шкуру, но все же меч погрузился в плоть ящеролюда. Адальвольф попытался вытащить клинок, но тут ему пришлось уклониться от хлещущего хвоста монстра. Ящеролюд уставился на него обожженной мордой и злобно зашипел.
Если бы Адальвольфу было куда идти, он убежал бы от чудовища. Но зверь стоял между ним и лестницей, полностью преграждая путь. Единственная надежда заключалась в медленной реакции животного. Он все еще казался полусонным, возможно приспосабливая холодное тело к переходу от горячего бассейна к влажной атмосфере подвалов пирамиды.
Взревев, Адальвольф бросился на громадного зверя, распластался по поверхности и нырнул между его когтистыми лапами. Наемник закричал от боли, получив удар хвостом, когда карабкался под монстром. Он чувствовал себя так, будто дракон приложил его черепом об пол.
Адальвольф мстительно ткнул чудовище факелом во второй раз. Пламя не смогло сжечь влажную чешую хвоста ящеролюда, но жара хватило, чтобы отогнать его.
Наемник вскочил на ноги и, пошатываясь, направился к лестнице. Он увидел, как огромный ящеролюд развернулся, намереваясь преследовать его, но в этот момент на зверя напали сзади. Рептилия попала в сокрушительные объятия танкуолевского крысоогра. Ящеролюд замахал руками и вцепился в нападавшего, но Костодер не обратил особого внимания на хлещущий хвост и царапающие когти. Крысоогр вонзил клыки в шею ящеролюда, глубоко впившись в горло.
Наемник не стал дожидаться конца этой схватки, но, поднимаясь по лестнице, он вроде бы услышал, как одно за другим ломались ребра ящера, когда Костодер выдавливал из него жизнь.
— Скорее! — крикнул он Хильтруде и остальным, несказанно удивленный тем, что они его ждали. — Похоже, подземные собираются выиграть эту битву, и я не хочу быть рядом, когда они победят!
Испугавшись его слов, небольшая группа беглецов устремилась вверх по лестнице, надеясь, что, какие бы ужасы ни таила темнота впереди, они будут лучше, чем тот кошмар, который они оставили позади.
Глава десятая
СВЯЩЕННЫЙ ЗМЕЙ СОТЕК
По мере того как беглецы мчались вверх по лестнице, мускусные миазмы рептилий усиливались, превратившись наконец в непреодолимое зловоние, от которого по коже поползли мурашки отвращения. После кошмарного нападения ящеров в нерестилищах у людей появились новые причины считать этот запах пугающим, причем эта боязнь выходила за рамки естественного отвращения всех млекопитающих к рептилиям, бывшим когда-то главенствующим видом.
Адальвольф заставил своих спутников идти вперед, когда они готовы были уступить собственному страху и повернуть назад. Возвращаться было не к чему. Либо крысолюды одержали победу над хранителями пруда, либо ящеры уничтожили захватчиков. Какая бы сторона ни победила, людей там ждала только смерть. Им оставалось лишь идти вперед и надеяться, что они найдут какой-нибудь выход из этого лабиринта древних ужасов.
В густой змеиной вони наемник усмотрел один обнадеживающий момент. За то короткое время, что Адальвольф провел с крысами, он убедился, что они больше полагаются на обоняние, чем на зрение. Наемник знал, что крысолюды боятся рептилий даже больше, чем он сам. Чем сильнее становился мускусный запах змей, тем больше была вероятность, что скавены не последуют за беглецами.
Адальвольф шел впереди, держа перед собой потрескивающий факел и тревожно следя за пламенем. Наемник тихо прошептал молитву Мирмидии, чтобы пламя не погасло, поглядывая при этом на Дитхельма и гадая, не будет ли нечестиво призывать богиню, когда рядом с ним стоит жрец другого бога.