Второй убийца испробовал старый трюк Эшина — перекатился по полу и завершил маневр ударом меча вверх. И снова сцинк не удостоил его вниманием, а просто указал в его сторону. Стрела потрескивающей синей энергии вырвалась из когтя ящеролюда и впилась в лицо ассасина. Скавен взвыл в агонии и рухнул на пол, кинжалы выскользнули из безжизненных лап, а голова превратилась в дымящийся череп.
Цан Квик издал испуганный крик, метнув меч в спину Шиукоатля, развернулся и побежал. Клинок растаял в воздухе, не успев поразить Пророка. Сцинк медленно повернулся и посмотрел на убегающего крысолюда. Шиукоатль сжал кулак, и из клыкастой пиктограммы на его посохе вылетел огненный камень. Крошечный метеорит промчался через храм и врезался в Цан Квика с силой пушечного ядра. Бегущий-по-стокам тупо уставился на зияющую дыру, пробитую в его груди горящим камнем, затем повалился набок и затих.
Серый провидец Танкуоль сжал клыки и проклял бездарных подчиненных. Лучшие убийцы во всей Подземной Империи! Эти грязные паразиты не могут убить даже блоху без подробнейших инструкций! Эти жалкие опарыши не годятся даже клещей щелкать на мамкиной заднице!
Танкуоль резко обернулся, почувствовав, как чьи-то лапы шарят по его одежде. Когда он повернулся, то был вознагражден резким ударом в морду. Отшатнувшись от боли, Танкуоль поднял посох, чтобы блокировать удар Шэнь Цинхэ, когда колдун попытался ударить его во второй раз.
— Грязная ты сволочь, крыса-провидец! — прорычал Шэнь. — Все-все пропало-провалилось, потому что Танкуоль дурак-дурак! — Колдун поднял другую лапу, показывая искажающий камень, который он вытащил из карманов Танкуоля. — Отдай-отдай весь-весь искажающий камень, Танкуолятина, и Шэнь Цинхэ оставит тебя ящерицам!
Танкуоль оскалил клыки на колдуна.
— Ты ничего не забыл?
Шэнь Цинхэ улыбнулся в ответ убийственно и торжествующе. Он кивнул на огромную тушу крысоогра, стоявшего позади него.
— Да-да, — согласился он. — Пусть Годжи растерзает Танкуолятину своими когтями! — Он указал на серого провидца и зарычал на крысоогра: — Годжи! Убей-дави Танкуолятину!
— Костодер! — взвизгнул в ответ Танкуоль. — Хватай-держи крысюка-изменника!
Крысоогр шагнул вперед, его глаза-бусинки впились сначала в Танкуоля, затем в Шэнь Цинхэ, потом снова в Танкуоля. Серый провидец отпрянул, почувствовав, как крысоогр потянулся к нему. Затем внезапно Костодер развернулся, его огромные лапы сомкнулись вокруг Шэнь Цинхэ, расколов прижатый к телу посох колдуна.
— Годжи! Нет-нет! Шэнь Цинхэ — хозяин! — взвизгнул колдун.
Танкуоль злобно ухмыльнулся барахтающемуся колдуну, затем посмотрел поверх тела змеи. Шиукоатля отвлекала новая пара ассасинов, но их хватит ненадолго. Сцинка нужно занять чем-то более существенным. Сквозь клыки Танкуоля пробился жуткий смех.
— Ты хочешь взять мой искажающий камень? — спросил серый провидец, вынимая из одеяния несколько камешков. — Я отдам их тебе, Шэнь Цинхэ, в честь твоей верной службы.
Шэнь Цинхэ колотился в железных объятиях Костодера, пытаясь освободиться. Танкуоль с удовольствием наблюдал бы за его тщетными усилиями, но знал, что времени нет. Зажав нос колдуна одной лапой, он подождал, пока Шэнь не будет вынужден сделать следующий вдох. Как только тот открыл рот, чтобы глотнуть воздуха, Танкуоль засунул всю пригоршню искажающего камня в горло Шэня. Крепко зажав рот колдуна, Танкуоль предоставил ему простой выбор: подавиться или проглотить.
Наконец колдун не смог больше выносить эту пытку и, давясь, проглотил смертоносные черные камни. В небольших количествах искажающий камень был живой кровью крысиной империи, подпитывая промышленность, магию и рацион. В больших количествах, однако, даже извращенная физиология крысолюдов была неспособна усвоить смертоносные свойства искажающего камня. Того, что Танкуоль скормил Шэнь Цинхэ, было достаточно, чтобы убить сотню крысолюдов. В каком-то смысле это была трата драгоценного материала, но Танкуоль знал, что трата отнюдь не пустая.
Когда тело колдуна начало гореть изнутри, Костодер отбросил Шэнь Цинхэ. Пылающие зеленые вспышки света начали проникать сквозь шерсть и одежду колдуна. Его тело начало изгибаться и раздуваться по мере того, как в нем продолжала накапливаться неукротимая, неуправляемая энергия. Танкуолю это напомнило бурдюк крысиной кожи, наполненной до краев вином из гномьей крови. Он не хотел быть рядом, когда лопнет этот бурдюк.
— Костодер! — воскликнул Танкуоль, указывая на выход, к которому, как он видел, бежал Адальвольф. — Быстро-быстро!
Серый провидец и крысоогр выскочили из убежища и помчались по залитому кровью полу к выходу. Вокруг них звенели стрелы, выпущенные из крошечных луков сцинков, но расстояние было слишком велико даже для охотников джунглей, и стрелы летели мимо цели. Другие ящеролюды отвлеклись от пленения нескольких скавенов, уцелевших в битве, и устремились в погоню за Танкуолем и Костодером. Зловоние чешуйчатых тел становилось все сильнее и сильнее, и Танкуоль начал терять надежду когда-либо добраться до туннеля. Он подумал о Шиукоатле, стоящем над ним с сердцем, кровоточащим сквозь чешуйчатые пальцы сцинка. Страх придал серому провидцу дополнительную скорость.
Затем весь храм содрогнулся, воющий водоворот энергии обрушился и с ревом пронесся по колоссальному залу. Высвобожденная энергия рвала и терзала ящеролюдов, плющила о стены и давила о колонны. Самого Танкуоля отбросило взрывом, и, если бы не рога, он разбил бы череп, когда головой врезался в стену. Серый провидец проморгался и выплюнул треснувший клык.
Поднявшись на ноги, Танкуоль увидел хаос, обрушившийся на его врагов. Когда насыщенное искажающим камнем тело Шэнь Цинхэ лопнуло, высвобожденная сила расшвыряла ящеролюдов по всему храму. Многие хромали на сломанных ногах или прижимали к бокам скрюченные руки. Другие лежали неподвижными колодами, их шеи и спины были сломаны магическим взрывом.
Сам Шиукоатль был занят тем, что пытался сдержать яростную энергию, вызванную лопнувшим Шэнь Цинхэ. Там, где Танкуоль оставил колдуна, пылал пурпурный огонь, и в его свете сам храм начал ржаветь, древние камни рассыпались в порошок, как хлеб, зараженный плесенью. Танкуоль не знал, как далеко и как быстро распространится магическая порча и сможет ли Шиукоатль на самом деле остановить ее. Крысомаг только знал, что хотел бы оказаться очень далеко, прежде чем получит хоть один ответ.
— Сюда! — прорычал Танкуоль, когда Костодер, прихрамывая, подошел к нему.
Бросив последний взгляд на Шиукоатля, Танкуоль увидел, что жрец-сцинк отчаянно машет когтем в его направлении, и большое количество ящеролюдов устремляется в погоню.
— Быстро-быстро! — закричал Танкуоль, почти увлекая оглушенного крысоогра за собой в темноту туннеля.
Танкуоль был мгновенно поражен сходством с коридором, по которому скавены вошли в пирамиду.
Глифы! Трепет ужаса пронзил его, когда Танкуоль подумал об оберегах, защищавших первый туннель. Только мысль о смерти на алтаре Шиукоатля заставляла серого провидца двигаться. Его вела новая, отчаянная цель. Они должны идти по следу человечишки и найти его, чтобы он мог убрать все обереги, которые появятся на пути! И это следует сделать прежде, чем ящеры найдут их самих!
Глава двенадцатая
ЗАПАХ САМКИ
Шехтер вытер холодный пот со лба, страстно жалея, что у него нет доброй бутылочки эстальского бренди, чтобы прогнать дрожь в теле. Капитан вглядывался в длинную полосу тьмы, лежащую между ним и потрескивающим факелом дальше по коридору. Факел казался невероятно далеким. У Шехтера скрутило живот при одной мысли о том, чтобы пробежаться по коридору. Эта примитивная, первобытная часть человеческого сознания, повелевавшая ему бояться ночи, бояться темноты, громом била в голове. «Останься, — казалось, говорила она. — Останься на свету, где ты в безопасности».