Капитан наклонился над одним из изувеченных сцинков и вытащил золотой меч, зажатый в мертвой лапе. Шехтер проверил баланс громоздкого клинка. Ухмыляясь, повернулся к Адальвольфу.
— Чертовски лучше, чем нож, — сказал капитан наемнику.
Хильтруда почувствовала, как напряглось тело воина.
Шехтер рассмеялся и бросил оружие Адальвольфу.
— Это твое, — сказал он. — Я постараюсь найти еще для себя и девчонки.
— Если вернемся, это будет стоить парочку гульденов, — заметил Адальвольф, изучая странный двуглавый меч.
— Я подумал о том же, — ответил Шехтер с блеском в глазах.
Глава четырнадцатая
ОХОТНИКИ И ДОБЫЧА
Услышав пистолетный выстрел, Танкуоль мгновенно прижал лапы к груди. Несколько минут он ощупывал и обхлопывал себя, пока не убедился, что его не подстрелили. Серый провидец стиснул зубы в свирепом оскале. Крысомаг знал, что дать этому наглому человечишке оружие — большая ошибка! Подлый, неблагодарный негодяй пытался всадить ему пулю в спину!
Танкуоль пробормотал тихую молитву благодарности Рогатой Крысе за то, что бог скавенов сбил прицел человечишки. Сколь бы ни были ужасны обстоятельства серого провидца, он совершил непростительную глупость, вооружив непредсказуемое животное. Людям со всеми их безумными идеями и иррациональными привязанностями нельзя доверять. Любое мыслящее существо было бы довольно тем, что его вывели из пирамиды, но только не человек! О нет, глупому мясу сначала самку подавай!
Серый провидец оглянулся на пирамиду и спрыгнул на потрескавшиеся камни площади. Он подумал, а не набраться ли смелости и испепелить человека колдовством. Да, Танкуоль боялся привлечь внимание Шиукоатля, но еще больший страх внушала огромная жирная лягушка, которую крысомаг увидел в джунглях: а вдруг она заметит его? Это существо показалось Танкуолю не столько творением из плоти и крови, сколько переполненным мешком чистой магической энергии. Серый провидец видел громадные залежи искажающего камня, но и они были ничтожны по сравнению с той силой, которая ощущалась в этой жирной лягушке. Теперь страх увидеть лягушачьего мага вблизи прочно занял первое место в списке фобий Танкуоля. По сравнению с этим возвращение в Скавенгниль и объяснения с Повелителем ночи по поводу провала миссии были не такой уж плохой перспективой.
Серый провидец раздраженно хлестнул хвостом. Он не вернется в Скавенгниль, если человек-предатель прострелит ему позвоночник. Возможно, Шиукоатль и лягушачий маг не заметят маленького колдовства, достаточного, чтобы выжечь человечишке глаза.
Красные глаза-бусинки Танкуоля моргнули в замешательстве, когда тот уставился на пирамиду. Человек даже не смотрел на него, он со всех ног мчался вверх по лестнице, направляясь к крыше ужасного храма. Крысомаг как раз подумал о том, что ужас перед силами серого провидца обратил врага в бегство, но тут в воздухе разнесся жирный привкус крови рептилии. Танкуоль перевел взгляд в направлении запаха и был потрясен, увидев чешуйчатое синее тело, кувыркающееся вниз по ступеням пирамиды. Слабый аромат пороха, исходивший от ящеролюда, подсказал серому провидцу, как Пророк Сотека встретил свой конец. По белой мантии и оперенным украшениям он понял, что жертвой пули Адальвольфа стал Шиукоатль.
Танкуоль хлопнул лапами и высоко подпрыгнул, визжа от восторга.
Умное, смелое маленькое рабское мясо! Серый провидец знал, что не зря победил собственные мелкие страхи и сомнения и дал человеку эти пистолеты. Низшие скавены думали бы только о своей шкуре, о том, как бы не получить пулю в спину. Только не Танкуоль! Он был из тех гениев, которые могут проявиться раз в поколение. Великий крысомаг предвидел возможности человека с пистолетом. Ради блага экспедиции серый провидец отбросил собственные страхи и создал человечишке условия, чтобы убить Шиукоатля!
Более того, если хорошенько подумать, история будет выглядеть еще героичнее, когда из нее исчезнет упоминание человека. Танкуоль задумался, следует ли ему рассказать, что он застрелил проклятого Пророка Сотека, или же больше восхищения вызовет версия, что серый провидец убил ящеролюда своим колдовством.
Эта проблема все еще беспокоила крысомага, когда он увидел стаю взбудораженных сцинков, вырвавшихся из туннеля, через который сбежали он и человек. Танкуоль свирепо посмотрел на ящеролюдов, достал из кармана кусок искажающего камня и начал представлять себе магию, которую вызовет. Потом серый провидец вспомнил про лягушачьего мага в джунглях.
Пожалуй, с магией прямо сейчас придется повременить, решил Танкуоль, развернулся и побежал прочь от Храма Змея. Меньше всего ему хотелось привлекать внимание этой твари. Она может сделать чудовищный вывод, что именно крысомаг, а не человек убил Шиукоатля.
Танкуоль не знал, могут ли жаботвари злиться, но точно знал, что выяснять это не хочет.
Адальвольф поморщился, когда Хильтруда затянула перевязку вокруг его сломанной руки. Глядя на заплесневелые трупы ящеролюдов, наемник не сомневался, что искалеченная конечность заражена той же самой гнилью. Он гадал, как быстро болезнь одолеет его и насколько это будет больно. Так или иначе, воин не считал спокойное принятие болезни жрецом-сцинком хорошим примером того, как воспринимать белую плесень, высыпающую на коже.
Адальвольф с тоской посмотрел вниз по склону пирамиды. Быстрое падение — и все кончится, подумал наемник. Но тогда Хильтруда снова останется один на один с Шехтером. Воин покачал головой. Он не мог бросить ее на растерзание негодяю. Если до этого дойдет, сначала нужно перерезать горло Шехтеру, а уж потом себе.
Капитан, казалось, почти угадал мысли Адальвольфа и попятился от распростертых тел ящеролюдов. У Шехтера за поясом торчали три золотых меча и две дубинки, и еще моряк связал вместе рукава плаща, чтобы получить подобие сумки, в которой можно унести еще больше добычи, снятой с трупов. Лицо Шехтера вспыхнуло от смущения, когда он увидел, что Хильтруда и Адальвольф пристально смотрят на него.
— Если выберемся отсюда, вы еще спасибо скажете, что я взял это с собой, — заявил капитан, взваливая тяжелый мешок на плечо. — Здесь хватит, чтобы устроить неплохую жизнь нам троим, если вернемся.
— Ты в этом уверен? — с вызовом спросила Хильтруда. — Я о том, чтобы разделить все это?
Шехтер не мог смотреть ей в глаза, вместо этого уставившись на собственные ноги.
— Значит, хочешь, чтобы я бросил это здесь?
— Это поможет избежать кое-каких искушений, — парировала куртизанка.
Адальвольф покачал головой.
— Забирай мешок, Шехтер, — сказал он. — Мы и так потеряли с ним кучу времени. Танкуоль, наверное, уже сбежал из города.
— Вряд ли, при такой-то пробоине, — улыбнулся моряк, кивая головой на след черной крови, пятнающий ступени пирамиды. — Ты, должно быть, знатно порезал его в драке.
Адальвольф подумал об этом. Танкуоль вроде был цел, когда убегал прочь. Наемник снова взглянул на искалеченных ящеролюдов и содрогнулся, подумав о том, кто, скорее всего, истекал черной кровью. И все же, даже если он ошибался в предположениях, совет Шехтера казался здравым. Если это была кровь Костодера, то крысоогр мог идти только на запах Танкуоля. Это означало, что кровавые следы рано или поздно приведут к серому провидцу.
Наемник только надеялся, что они найдут крысомага раньше Костодера. Адальвольф не сомневался, что зверь порвет серого провидца на куски, когда догонит его. Воина, конечно, не волновала судьба крысолюда, но им нужен был тот путь отхода, которым намеревался воспользоваться хитрый колдун, чтобы выбраться из Люстрии.
— Мы не можем на это рассчитывать, — возразил Адальвольф. — Он же волшебник, помнишь? Как только он будет достаточно далеко от пирамиды, ои насвистит какое-нибудь заклинание и снова будет целый-невредимый. А где тогда будем мы?