Капитан рубанул первого из неподвижных ящеролюдов одним из мечей. Удар должен был рассечь завра от живота до паха. Однако, как только рука с мечом метнулась вперед, ящер мгновенно вышел из своей, казалось бы, идиотской летаргии. Рептилия изогнулась всем телом в волнообразном спазме, способном сломать человеческий позвоночник. Золотой меч Шехтера, описав широкую дугу, рассек лишь пустоту. Инерция движения капитана развернула его боком к ящеру, извивающемуся всем чешуйчатым телом. Ящеролюд поднял меч и с хрустом вонзил его в Шехтера.
Закричав в агонии, моряк скрючился, рука, в которой он держал меч, была рассечена почти до кости. Согнувшись пополам от боли, он поспешно отпрянул от ящеролюда, когда рептилия вновь атаковала. Рубящий удар прошел мимо него на волосок. В отчаянии он ткнул мечом, зажатым в здоровой руке, в сторону ящера, забыв от испуга, что клинки ящеролюдов созданы для того, чтобы резать, а не колоть. Тупая головка меча стукнулась о толстую чешую рептилии, не причинив никакого вреда. Мгновение спустя ящер развернулся и с треском опустил мощный хвост. Удар пришелся Шехтеру по ногам, и тот рухнул на землю.
Второй завр предоставил капитана своему товарищу и продолжил угрожающее наступление. Адальвольф встретился взглядом с рептилией, пытаясь найти в узких нечеловеческих глазах хоть что-нибудь похожее на мысль или намерение. Ящеролюд остановился всего в нескольких футах от человека, заинтересованно склонив голову и изучая его с острым любопытством.
Безо всякого предупреждения рептилия внезапно прыгнула. Адальвольф поднял оружие, чтобы парировать взмах меча ящеролюда. Два лезвия резко лязгнули, столкнувшись друг с другом. Адальвольфа отбросило назад, когда ящер по инерции едва не сбил его с ног. Чешуйчатая морда рептилии зашипела в нескольких дюймах от его собственного лица, глаза монстра уставились на воина со странным, почти завораживающим напряжением.
Ящеролюд придвинулся ближе, тесня Адальвольфа. Ящер знал, что непривычный противник слаб, чувствовал, как сила здоровой руки наемника ослабевает с каждым шагом назад. Ему было бы легко закончить бой быстро, но убивать теплокровного в планы не входило. Это странное существо нужно было Властителю Тлако живым, и именно живым его доставят к сланну. Используя все свое тело как дубинку, ящеролюд бросился на Адальвольфа, заставив его отступить на несколько шагов. Меч человека заскрежетал по лезвию клинка ящеролюда, а рука задрожала от напряжения, сдерживая рептилию.
Воздух прорезал вопль Хильтруды, а ящер содрогнулся от удара мечом, пришедшегося по бедру. Словно аравийская ведьма, женщина появилась из-за спины Адальвольфа и бросилась на рептилию. Сосредоточившись на наемнике, ящеролюд не успел среагировать. Хильтруда взмахнула золотым клинком, который дал ей Шехтер, неуклюже, но с достаточной силой, чтобы лезвие глубоко вошло в чешуйчатое бедро монстра.
Воинственно зашипев, ящер повернулся к нападавшей. Женщина отступила перед яростной свирепостью рептилии, окровавленный меч выпал из ослабевших пальцев. Ящеролюд оттолкнул Адальвольфа, и наемник едва устоял на ногах. Угрожающе наклонив голову, рептилия повернулась к Хильтруде. Ящер сделал только один стремительный шаг, а затем чуть не упал — из-за глубокой раны в бедре нога подогнулась. При его примитивной нервной системе боль дойдет до мозга еще через несколько минут, но ящеролюд не мог не обратить внимание на нанесенное ему увечье. Он уставился на кровоточащую рану, прижал к ней когтистую руку, чтобы кость не проткнула кожу, затем вновь переключил хладнокровное внимание на Хильтруду.
Куртизанка попыталась отступить, с ужасом наблюдая, как рептилия крадется за ней, волоча за собой раненую ногу и поддерживая равновесие частыми ударами хвоста о землю. Женщина с отчаянием смотрела на меч, который вырешила из рук, зная, что страх и неопытность оставили ее беззащитной перед чудовищем. Повинуясь безрассудному порыву, Хильтруда бросилась на помощь Адальвольфу, хотя воин многократно умолял ее бежать. Куртизанка надеялась, что застанет рептилию врасплох, но не была готова, что меч в ее руках окажется таким тяжелым, или к страшному осознанию того, что она и вправду ударила такое грозное существо. Хильтруда не обладала знаниями воина, что такое смертельная рана, когда почти вслепую набросилась на ящеролюда.
Теперь она осознала всю серьезность своей ошибки. Когда чудище, хромая, приближалось к ней, в его холодных глазах не было ни жалости, ни сострадания. Даже ненависть была бы предпочтительнее, по крайней мере, она придала бы рептилии хоть какое-то сходство с человеком. Вместо этого женщина видела только беспощадную решимость, такую же бесстрастную, как голод акулы или паука.
Не сводя глаз с завра, Хильтруда не заметила, как, медленно отступая, оказалась на краю тропы. Ее ноги поскользнулись, когда куртизанка наткнулась на кучу листьев, скользких от гнили и разложения. Она упала на спину, застонав от боли, когда камень впился в ее мягкую плоть. Рептилия ускорила шаг, первобытные охотничьи инстинкты возбуждали ее при виде беспомощной добычи. Ящеролюд рвался вперед, угрожающе раскачивая головой.
Хильтруда закричала, когда ящеролюд навис над ней, занеся меч для смертельного удара. Она пнула монстра, сомкнув ноги вокруг его раненой конечности. Затем женщина перекатилась всем телом, используя его, как рычаг, чтобы вывернуть раненую ногу ящеролюда. Эта тактика сработала. Рептилия испуганно чирикнула и с шумом грохнулась оземь, лишившись опоры.
Жгучая боль пронзила тело Хильтруды, когда когти ящеролюда впились в ее ноги. Рептилия зашипела на женщину, пытаясь подняться, рот монстра был чудовищно разинут, показывая каждый из длинных клыков и мощные челюсти, из которых они росли. До сих пор Хильтруда не думала, что ящеролюдов можно разозлить. Теперь ей хотелось, чтобы они были так же лишены эмоций, как она себе представляла раньше. Куртизанка была уверена, что меч решил бы все намного быстрее, чем когти и клыки рептилии.
Вытянувшись вдоль тела женщины, вонзив когти в мягкую плоть, ящер рванулся к горлу Хильтруды. Куртизанка колотила его по голове крошечными кулачками, но удары лишь раздражали рептилию и заставляли моргать. Один раз монстр вцепился в изящный кулачок женщины, клыки царапнули костяшки пальцев, и из-под разорванной кожи потекла струйка крови. Вкус крови во рту только подстегнул ящеролюда, и он еще глубже вонзил когти в тело женщины, протягивая голову к пульсирующим венам на ее шее.
Ящер отшатнулся, из его горла вырвалось хриплое карканье. Он попытался потянуться назад, но руки не смогли нащупать клинок, с хрустом пробивший ему позвоночник. Адальвольф уже вырвал нелепый меч из тела чудовища. Теперь наемник снова рубанул им, рассекая верхнюю часть черепа ящеролюда. Рептилия содрогнулась всем телом, яростно лупя хвостом по грязи и листьям. Адальвольф что-то проворчал, пытаясь вытащить меч, но тот вонзился слишком глубоко. Наконец воин просто повалил ногой дергающееся тело набок и помог Хильтруде выскользнуть из-под него.
Наемник с жалостью посмотрел на Хильтруду, на ее порезы и синяки, стыдясь, что не смог защитить ее. Казалось, она прочла его мысли и сочувственно посмотрела на него. Куртизанка открыла было рот, намереваясь что-то сказать, но внезапно ее глаза расширились от страха.
Адальвольф резко обернулся и обнаружил, что смотрит прямо в морду второму воину-ящеру. Рептилия обнажила клыки и раскачивала головой, что, как теперь понял наемник, было своего рода безмолвным боевым кличем этих существ. Меч в руке ящеролюда был скользким от крови Шехтера. Наемник сжал пустой кулак и посмотрел на клинок, вонзенный в череп мертвой рептилии. Как и Хильтруда, он проклинал себя за то, что выпустил оружие из руки.
Ящер злобно зашипел, плавно приближаясь, его взгляд метался от Адальвольфа к Хильтруде и обратно. При первых же признаках опасности, угрожавшей товарищу, ящеролюд прекратил бой с Шехтером и бросился на помощь. Опоздав с помощью, рептилия изготовилась отомстить. Адальвольф попытался втолкнуть Хильтруду в джунгли. Если повезет, у нее будет несколько минут, чтобы убежать, прежде чем ящеролюд покончит с ним. Однако куртизанка воспротивилась и вместо этого крепко сжала руку воина. Ее губы дрожали от страха, но она дерзко смотрела на рептилию, бросая ящеру безмолвный вызов.