— Назови мне вескую причину, почему я не должен превратить тебя в пятно на стене, — прошипел крысомаг, сразу же удивившись, почему позволил этим словам слететь с языка. Опять этот проклятый нюхательный порошок Линша!
Стрелки потянулись за пистолетами, но их предводитель только усмехнулся.
— Тише, тише, Танкуоль, — прохрипел инженер. — Мы нужны-полезны друг другу.
Серый провидец хлестнул хвостом в раздражении от дерзости инженера.
— Ты слишком много на себя берешь, — прорычал он.
Инженер-воин ухмыльнулся ему в ответ, обнажив стальные клыки и резиновые десны.
— Да-да, — согласился он. — Я знаю-ведаю, что у Танкуоля много врагов. Он должен искать-найти друзей. Влиятельных друзей. Таких друзей, как колдун Каскитт Сталехмыл.
Танкуоль закатил глаза в ответ на чересчур драматичную манеру Каскитта представляться, но сдержал свой вздорный язык. То, что сказал колдун-инженер, было правдой. В данный момент Танкуоль нуждался в сильных друзьях.
Каскитт потер лапы, принимая молчание Танкуоля за добрый знак.
— Не знаю, много ли ты слышал-слышал, но у клана Чумы и клана Эшин были нелады. Ассасины пытались убить-заколоть Владыку Скролка, и теперь оба клана вцепились друг другу в глотки.
Во второй раз за сегодняшний день Танкуоль мог только растерянно моргать. Он не знал, что было более странным: то, что Владыка Скролк все еще жив, или то, что тщательно вынашиваемый план Повелителя ночи Сника относительно союза с кланом Чумы потерпел крах. Учитывая, чтов последний раз, когда крысомаг видел Владыку Скролка, Повелитель чумы пытался убить его, и не было никаких оснований считать, что Скролк передумал, Танкуоль решил еще больше расстроиться, услышав, что Повелитель чумы вернулся в Скавенгниль.
Серый провидец дернул себя за усы — ему в голову пришла одна мысль. Вполне возможно, что все это было частью интриг Владыки Скролка. Больной Повелитель чумы мог с самого начала вложить идею союза в голову Повелителя ночи Сника, чтобы отправить Танкуоля на самоубийственное задание по ликвидации Шиукоатля. Затем, чтобы гарантировать, что, даже если крысомаг преуспеет, все будет плохо для серого провидца, Скролк запросто получает несколько ассасинов, чтобы попытаться убить его!
Как фавориту Верховного Властителя чумы Нурглича, ему достаточно было пойти и поплакаться хозяину, и тогда любой шанс на союз можно считать упущенным! В такой ситуации Повелитель ночи Сник вряд ли будет благосклонен к тому, кто убил Шиукоатля!
Танкуоль сжал клыки, представив глубину интриг Скролка. Безумный монах стал жертвой собственных коварных планов, и Танкуоль не виноват в том, что случилось с ним под Альтдорфом! Лишь бессмысленная одержимость Повелителя чумы побудила его натравить на Танкуоля дорогого, близкого друга Сника!
— Ты можешь воспользоваться защитой клана Скрайр, — повторил Каскитт. — Происходят великие события, дела клана Скрайр на подъеме. Мы будем щедры к нашим друзьям.
Танкуоль почесал ухо, обдумывая слова инженера. Между серыми провидцами и кланом Скрайр не было большой любви. За исключением еретиков клана Чумы, одержимые наукой крысы клана Скрайр были самой большой занозой в боку Верховного провидца Критислика. Колдуны-инженеры проявляли прискорбное отсутствие благочестия по отношению к Рогатой и ее слугам. Более того, иногда Танкуоль задавался вопросом, верит вообще ли кто-нибудь из коварных крыс-жестянщиков в Рогатую. Если бы они не были столь могущественной силой в Совете, если бы их изобретения не сделали так много для развития общества скавенов, эти паразиты были бы давно уничтожены в священной войне. Возможно, еще будут. Во всяком случае, к этому надо стремиться.
При таком положении дел Танкуоль не мог не задаться вопросом, зачем Каскитту понадобилось вовлекать серого провидца в какой угодно безумный план, который он собирался предложить. В частности, зачем ему понадобился самый могущественный и самый известный серый провидец во всей Подземной Империи?
— Что-что тебе нужно-нужно? — спросил Танкуоль, приняв самую властную позу.
Каскитт потер стекляшки, прикрывающие глаза, и его стальная улыбка стала невероятно широкой.
— Военачальнику клана Морс, некоему Риккиту Клыкощелку, нужна помощь, чтобы изгнать гномов из их норы Карак-Ангкул. Скавенам, которые помогут ему, хорошо заплатят. — Каскитт заскрежетал стальными зубами, словно вгрызаясь в кусок искажающего камня.
Танкуоля не обманула речь Каскитта. Тот не был заинтересован в какой-либо награде от Риккита Клыкощелка, по крайней мере, не напрямую. Он замышлял улучшить отношения между Морсом и Скрайром, помогая Морсу захватить старую крепость гномов. Главной слабостью клана Скрайр было отсутствие воинов. Союз с кланом Морс решит для них эту проблему. Более того, такой союз был бы достаточно силен, чтобы бросить вызов остальным членам совета, даже более угрожающий, чем союз между Эшином и чумовиками!
И снова Танкуоль почувствовал, как его затягивает в коварный мир межклановой политики, а сам он оказывается прямо в центре.
И все же оставался небольшой вопрос, почему Каскитт хочет заполучить именно его. Оглянувшись через плечо, Танкуоль увидел причину. Двое громил, которые схватили его на улице, были не из клана Скрайр, они были воинами клана Морс, и их глаза были грозно устремлены на серого провидца. Он догадывался почему. За годы беззаветного служения скавенской империи он приобрел совершенно незаслуженную дурную славу оппортуниста, который предает собратьев-крысолюдов ради собственной карьеры. Это был совершенно ложный, но распространенный слух. Каскитт играл на этой лжи. Получив Танкуоля, клан Морс станет так пристально следить за ним, что не будет обращать внимания на то, что задумал колдун-инженер.
Оставался только один вопрос: что же задумал колдун Каскитт Сталехмыл?
Только ранним утром Танкуоль смог освободиться от встречи с Каскиттом. Чем больше он узнавал об этом плане, тем меньше ему хотелось рисковать своей шеей. Существовала довольно очевидная проблема, заключавшаяся в том, что в планах Каскитта ему отводилась роль приманки, ширмы для истинных планов инженера. Клан Морс насчитывал в своих рядах самых сильных и свирепых воинов во всей Подземной Империи. Танкуолю меньше всего хотелось ввязываться во что-то, способное спровоцировать их. Особенно если оно то, чем он вряд ли сможет воспользоваться в своих интересах, даже когда узнает, что же это такое.
Кроме того, нужно было принимать во внимание гномов. Эти бородатые опарыши вряд ли собирались просто лечь, задрав лапки, и сдать свою крепость скавенам. Танкуоль на опыте убедился, какими живучими и страшными могут быть гномы. Ему сразу же пришел на ум тот рыжий маньяк, который в одиночку разрушил некоторые из самых хитроумных планов Танкуоля.
Гномы Карак-Ангкула считались особенно жестокими и коварными. Клан Морс потерял немало воинов из-за их хитростей и ловушек, и Риккит Клыкощелк потратил целое состояние на покупку рабов, чтобы восполнить потери. Даже если скавенам удастся захватить крепость гномов, у них может не достать воинов, чтобы удержать ее.
А даже если и удержат, укрепление связей между кланом Скрайр и кланом Морс вряд ли пойдет на пользу скавенской империи. Инженеры-колдуны были безбожной кучкой светских прогрессистов, прискорбно небрежных в своем почитании Рогатой Крысы и в уважении, подобающем ее святым жрецам, серым провидцам. Такой могущественный военный клан, как Морс, определенно не нуждался в пагубном влиянии на них подобных паразитов. Орден серых провидцев вполне способен даровать клану Морс все полезные наставления, о которых он только мог мечтать. Им не нужна кучка своекорыстных жестянщиков, сбивающих с толку легковерные военные кланы.
Кроме того, более тесный союз между Скрайром и Морсом и последующее ослабление позиций серых провидцев не очень-то помогли бы перспективам самого Танкуоля. Нет, у него были все основания бежать как можно быстрее и как можно дальше от предложения Каскитта. Не то чтобы он говорил колдуну-инженеру что-то в этом роде. Танкуоль был достаточно умен, чтобы понять: если бы Каскитт решил, что ему это неинтересно, он, Танкуоль, покинул бы их маленькую встречу с несколькими дюжинами пуль в теле. Вместо этого он с большим энтузиазмом продемонстрировал свою поддержку и согласился встретиться с экспедицией Каскитта, когда они отправятся утром.