Впереди король Логан увидел тана Эркия и толпу шахтеров, раскапывавших заваленную щебнем дыру в полу. Огромная шлифовальная машина, из труб которой выходил пар, вгрызалась в завал, посылая за собой брызги грязи и камней. Машина была еще одним изобретением Кларака Бронзомолота, которое механик предложил Гильдии шахтеров, несмотря на протесты Гильдии механиков, утверждавших, что машина нуждается в еще нескольких десятилетиях испытаний, прежде чем будет признана достаточно стабильной для внедрения.
Гильдмейстер Тори выругался в бороду, увидев запрещенную машину в действии.
— Клянусь Моргримом! Этот безрассудный дебаз заходит слишком далеко! — Он указал украшенным драгоценными камнями гаечным ключом на механическое сверло. — Эта штуковина не разрешена! Она небезопасна!
Одинокий гном отвернулся от раскопок на звук голоса Тори. В глазах Кларака, когда он приблизился к гильдмейстеру, появилась угрожающая напряженность.
— Мой камнегрыз — самый быстрый способ раскопать крысий туннель, — сказал он старшему гному. — С разрешения гильдии или без. Если только ты не думаешь, что будет безопаснее оставить Икита Клешню там, внизу, нетронутым.
На лице Тори снова появилось неодобрительное выражение.
— Тебя исключат из гильдии, — предупредил он, постукивая по груди Кларака концом гаечного ключа. — Зубцов нарежут и вышвырнут к чертям! Если бы ты следовал общепринятым традициям, соблюдал приличия изобретательства, ничего этого не случилось бы! — Тори широко развел руками, показывая, какой урон понес плавильный зал. — Крысолюд пришел из-за твоего нового металла!
— Поблагодари Грунгни за то, что он это сделал, — сказал Кларак. — Потому что это наш единственный шанс остановить его.
— Остановить его? — ахнул Тори. — Оглянись вокруг! Таггораки пришли и ушли и унесли с собой твой баразхунк! — Глаза у гильдмейстера превратились в кусочки льда. — Скажи, а без твоего металла у этого крысюка была бы хоть какая-то надежда достроить свою машину? Нет! Она взорвалась бы ему прямо в лицо и избавила бы нас от необходимости выкапывать его оттуда!
Кларак покачал головой.
— Икит Клешня нашел бы способ сделать собственный металл, — настаивал он. — Он бы улизнул в какую-нибудь дальнюю дыру и закончил Гибельный Шар там, где мы никогда бы его не нашли. — Он погрозил кулаком в сторону ямы, которую выкапывали шахтеры. — По крайней мере, теперь у нас есть шанс проследить за ним и остановить.
— Помешать ему создать оружие из твоего нового сплава, — со злостью напомнил Тори.
— Довольно, — приказал король Логан. — Вины на всех хватит. Я по-прежнему считаю, что Кларак имел право выманить крысолюда и завлечь его сюда. В голосе короля послышались жесткие нотки. — Но ловушка не сработала. Эта ответственность не может быть возложена ни на кого, кроме гнома, который составил план. Кларак Бронзомолот, я вынужден записать на тебя обиду за смерть моих подданных и осквернение моего плавильного зала. — Король посмотрел в золотистые глаза Кларака. — Компенсация за эту обиду назначена в виде пятисот крысиных хвостов и головы Икита Клешни.
Кларак склонил голову, услышав, как король выносит ему приговор.
— Я принимаю это бремя как справедливое и честное, — сказал он. — Пусть мой дух никогда не ступит в Чертоги Предков, если я не смогу вернуть долг Карак-Ангкулу и королю Логану Длинномечу.
Гильдмейстер Тори улыбнулся при виде смирения неукротимого Кларака.
— Теперь ты должен оттащить эту недоказанную штуковину подальше от раскопок, — приказал он.
Кларак смерил старшего механика испепеляющим взглядом.
— Вина и ответственность не меняют реальности, — сказал он. — Камнегрыз по-прежнему самый быстрый способ преследовать Икита Клешню. Как ты уже заметил, теперь у него есть мой металл, так что мы должны поймать его прежде, чем он закончит свою машину.
— Может, тебе и не придется, — прервал его Хоргар.
Молотобоец приближался к ним нетвердой походкой, его голова была обмотана бинтами, паровой каркас вздрагивал при каждом шаге.
Он почтительно поклонился королю Логану, бросил враждеоный взгляд на гильдмейстера Тори, затем повернулся к Кзараку.
— Ты должен был дать Кимрилу и целителям обработать твои раны, — упрекнул Кларак своего телохранителя.
Лицо Хоргара расплылось в кривой усмешке.
— С каких это пор я поступаю разумно? — спросил он. — Кроме того, большая часть моих проблем связана с паровым каркасом, который ты мне сделал, а не с моими потрепанными костями. — Лицо молотобойца стало серьезным. — Кургаз говорил со мной перед смертью. Он просил передать, что закончил то, что ты от него хотел.
Слова Хоргара произвели на механика эффект молнии. Из мрачной меланхолии Кларак вынырнул энергичным и решительным. Он поспешно вытащил из-за пояса очки с линзами странного фиолетового оттенка. Глядя сквозь очки, Кларак поспешил к небольшой кучке брошенного крысюками баразхунка, быстро осматривая каждый кусок. Остальные гномы смотрели на него в замешательстве, гадая, не помутилась ли его память от потери друзей.
Кларак отвлекся от трудов, выкрикивая торопливые слова тану Эркию и его шахтерам.
— Постарайтесь подобрать каждый кусочек баразхунка, — сказал он им. — Отложите их в сторону, чтобы я мог осмотреть.
Механик снова повернулся к своему озадаченному повелителю.
— Когда меня впервые предупредили о сером провидце Танкуоле, — сказал Кларак королю Логану, — я задумал защитить свои изобретения от скавенов. — Король Логан кивнул, зная эту часть истории. Именно его помощь дала Кургазу доступ к тайным знаниям рунных мастеров. — В то время я считал, что опасность заключается в краже моих изобретений. Кургаз согласился помочь мне, изучив одну из Старших Рун и используя ее магию, чтобы предотвратить попадание моих устройств в чужие руки.
Когда Мордин сообщил нам, что в деле замешан Икит Клешня, и когда тан Эркий сообщил о краже баразхунка из шахт, я увидел другой способ использовать полученные Кургазом знания. — Кларак помолчал, держа в руках штихель, которым пользовался рунный мастер. — Этот штихель обработали химическим веществом, оставляющим после себя осадок. На каждой пластинке, которую пытался надписать Кургаз, будут следы химического вещества. — Он постучал по своим очкам. — С их помощью я могу определить, какие пластины обработаны, а какие нет.
— Еще одна глупость, — усмехнулся Тори. — Какая разница, взяли крысюки надписанный металл или ненадписанный?
Кларак одарил гильдмейстера мрачной улыбкой.
— Потому что если Икит Клешня использует пластину, на которой Кургаз начертал Старшую Руну, то скавены сделают за нас нашу работу.
Король Логан вздохнул, оглядываясь на ряды мертвых гномов.
— Мы не можем просто верить, что он это сделает.
— Нет, — согласился Кларак. — Вот почему нам вдвойне важно раскопать туннель. Мы должны найти логово Икита Клешни и убедиться, что он воспользовался пластиной с надписью. Мы должны пойти по его следу прямо до Гибельного Шара и проследить, чтобы он был уничтожен.
— Быстро-шустро, глупое мясо! — Икит Клешня бросил свирепый взгляд на орду рабов и клановых крыс, несущихся по туннелям.
Он потерял много гномьего металла, когда рухнул туннель в плавильню. Мысль о том, что он пожертвовал слишком большим количеством металла, раздражала колдуна-инженера, и ему не терпелось избавиться от этого конкретного страха. Вернувшись в мастерскую, он сможет точно определить, сколько металла он приобрел.
Скавены хлынули в теперь уже тихие туннели Костенычки. Из-за атаки на плавильный зал и отвлекающего штурма Шестого уровня поселение почти полностью обескрысело. За исключением самых важных мест, здесь не осталось ни одного крысолюда. Войска штурмкрыс обеспечили полную мобилизацию поселения. Крысолюды клана Морс не отличались особым умом, но Икит Клешня должен был признать их эффективность. Было почти жалко посылать их на убой. Но такое устройство, как Гибельный Шар, не построить без небольших жертв.
Главный колдун потер руки в жадном предвкушении. Как только он закончит Гибельный Шар, его сочтут самым блестящим умом во всем скавенском мире. Даже Лорд искажения Морскиттар признает гениальность главного послушника. Оружие, подобного которому не осмеливался представить себе ни один скавен за тысячи поколений! Скоро оно будет принадлежать ему! Гибельный Шар Икита Клешни!