Выругавшись себе под нос, Танкуоль выжал одежду, морщась от резкого запаха гномьего пива. Он проворно обернулся, когда его охватило неприятное чувство. Крысомаг не обрадовался, увидев, что Квик смотрит на него с опасным блеском в глазах.
— Танкуоль обладает могущественной магией, — прошипел военачальник, постукивая пальцами по рукоятке Гномодолбилы. — Где твоя великая-сильная магия, Танкуолятина?
Танкуоль поспешно вытащил руку Вектика из-под мантии.
— Я все еще держу-имею руку! — настаивал он, чувствуя, как дрожь страха пробежала по его железам, когда Квик остался неподвижен. — Я могу призвать-вызвать великую-сильную магию! Рогатая присматривает за мной и помогает!
Квик оскалил клыки.
— Молись-надейся много-изо всех сил, Танкуоль, — предупредил он. — Я хочу самой лучшей магии, когда мы бьем-убиваем гномотварей.
Танкуоль напряг спину.
— Ты угрожаешь пророку Рогатой Крысы? — прорычал он.
— Я дарю-подношу Рогатой много гномьих голов, — прорычал Квик. — По одному серому провидцу она скучать не будет.
Танкуоль наклонился, разминая лапами внезапно занывшую спину.
— Великая-сильная магия, — сказал он кротким голосом. — Да-да, я сотворю-вызову много-много заклинаний. Убью-прикончу много-много гномотварей.
Квик продолжал пристально смотреть на серого провидца. Его уши дернулись, и он склонил голову набок, когда грохот бронированных тел, мчащихся по коридорам Пятого уровня, разнесся по всей крепости. Мародерствующие скавены прекратили бесчинствовать и поспешили на зов свирепого хозяина.
— Держись близко-поближе, — сказал Квик Танкуолю. — Оставайся там, где я смогу за тобой присматривать.
Военачальник развернулся, показав Танкуолю спину. Не нужно было быть гением, чтобы понять, чего от него ждет Квик. Склонив голову в нескольких покаянных поклонах, серый провидец поспешил из пивной впереди Квика, который вышел, чтобы принять командование армией.
— Пятый уровень потерян, и я не знаю, сможем ли мы удержать Четвертый.
Тан Арнгар провел рукой по бороде, пытаясь смахнуть запекшуюся кровь. Рана на его щеке продолжала кровоточить из-под повязки. Голос генерала был исполнен стыда. Король Логан поручил ему защищать Шестой уровень. Теперь он потерял не только Шестой уровень, но и Пятый. Глядя на небольшую толпу, собравшуюся на Четвертом уровне, он не был особенно оптимистичен по поводу их шансов удержать хотя бы его от крысолюдов.
— Ты не виноват, — утешил генерала гильдмейстер Тори. — Кларак Бронзомолот уговорил короля Логана взять большую часть наших воинов в крысьи туннели, тогда как их место было здесь, на защите крепости. Ответственность за все случившееся лежит на нем, а не на тебе.
Тан Арнгар покачал головой.
— Обвинения не помогут нам удержать Четвертый уровень, — проворчал он.
Генерал окинул взглядом разномастную толпу, собравшуюся в центральном зале Четвертого уровня. Каменщики, архитекторы, каменотесы, скульпторы, писцы рун — все гномы, способные размахивать молотом или топором, были объединены в войско Арнгара. Многие из гномов, на которых он смотрел, были просто юнобородыми с едва заметными волосками на подбородках. Другие выглядели настолько старыми, что их можно было принять за оживших предков. Никто из них не был профессиональным воином. Единственными опытными бойцами в его распоряжении были воины Гвардии Четвертого уровня и выжившие из той армии, которую скавены разгромили на Шестом уровне.
— Мы могли бы отступить на Третий уровень, — предложил Тори. — Пороховые погреба Гильдии механиков расположены на Четвертом. Мы могли бы взорвать пороховые склады и обрушить весь уровень на головы крысюков.
Лицо Арнгара побледнело.
— Мы… этим мы уничтожим половину Карак-Ангкула! Труд наших предков, чертоги наших предков будут навсегда утрачены! — Генерал покачал головой. — Нет, я не могу этого сделать! Лучше позволить крысолюдам захватить эти уровни, чем уничтожить их! Отобранное всегда можно вернуть!
— Очень хорошо, — сказал Тори. — Тогда нам следует отступить к Рубиновым Воротам. Это самая защищенная позиция на Четвертом уровне. Мы сможем защитить пандус до Третьего уровня, а также уберечь от крысолюдов королевский склеп.
Арнгар снял шлем и почесал затылок. Ряд огромных каменных статуй выстроился вдоль центрального зала, каждая изображала одного из богов-предков гномов. Глядя на них, генерал чувствовал, как их холодные глаза смотрят на него сверху вниз, взвешивая каждое действие. То, что он сделал сегодня, решения, которые он принял, всегда будут с ним, следуя за таном в залы его предков. Он твердо решил, что они принесут ему честь, а не позор.
— Мы не можем отступить к Рубиновым Вратам, пока не будет эвакуирована остальная часть Четвертого уровня, — решил Арнгар.
Образ гномов, которых они были вынуждены оставить на Пятом уровне, мучил генерала. Он не хотел, чтобы это усугублялось жизнями тех, кто жил на Четвертом уровне.
— Мы не можем медлить! — запротестовал Тори. — Только милостью Валайи нам дано столько времени! Если бы крысолюды не были заняты разграблением Пятого уровня, они бы уже вцепились нам в глотки!
— Расположи орудийные расчеты вон там, — сказал Арнгар механику, не обращая внимания на возражения. — Это даст им чистую линию огня, когда крысолюды выйдут с Пятого уровня.
Гильдмейстер Тори склонил голову, одарив тана Арнгара взглядом, который говорил: «Надеюсь, ты знаешь, что делаешь». Механик поспешил передать приказ генерала немногочисленным канонирам, присоединившимся к пестрой толпе. Арнгар наблюдал, как расчеты начали выдвигать пушки на позиции. И снова генерал ощутил дрожь сомнения. У него было шесть пушек, чтобы защитить Шестой уровень. Теперь у него осталась только половина этого числа и единственная органная пушка, спущенная из испытательных залов на Втором уровне. Он мог только надеяться, что скавены не ожидают боя и что простое присутствие защитников обратит их в бегство. У него определенно не хватит сил остановить их, если они продолжат атаку.
Арнгар повернул голову, наблюдая, как две женщины гонят дюжину детей мимо его линии обороны. Генерал горько усмехнулся. Что бы ни случилось, он удержит этот зал. На этот раз крысолюды его не прогонят. Он крикнул своему помощнику, седому длиннобородому по имени Норгрин:
— Принеси клятвенный камень клана Арнримов.
В глазах длиннобородого мелькнуло удивление. Сражаться рядом с клятвенным камнем — большое дело для командира гномов. Это означает — ни шагу назад, как бы ни разворачивалась битва. Даже если это несет верную смерть, ни один гном не опозорит себя, бросив клятвенный камень своего клана.
— Здесь я стою, — сказал Арнгар, повысив голос, чтобы его услышали солдаты. — Пусть крысы придут, если осмелятся. Они будут разбиты о наши щиты и умрут на глазах у наших богов.
Грохот пушек прогремел по массивному коридору. По пандусу разлилась вонь пороха и черной крови скавенов. Искалеченные тела взметнулись в воздух, пронеслись над головами плотно сбившихся крысолюдов, поднявшихся из глубин Карак-Ангкула. Когтелидеры кричали ругательства, когда их войска в панике визжали, некоторые из них мечевыми ударами плашмя держали воинов в строю, другие этим не ограничивались и отрезали уши ближайшим из недовольных.
— Может быть, нам следует быть во второй волне? — пискнул Танкуоль, понимая, что к его словам не прислушаются. Глаза Квика горели красным безумием, каким, как думал Танкуоль, могут обладать только глаза орка.
Перед ними, в начале пандуса, вниз, на Пятый уровень, смотрела батарея гномьих пушек. Как только скавены достигли серединной отметки, мощный залп из пушек обрушился на них, рассекая плотные ряды, как тесак гниющую человеческую плоть. Теперь, пока расчеты перезаряжали орудия, из-за пушек вышла шеренга гномьих джизельеров.
Танкуоль почувствовал себя ужасно уязвимым, когда гномы начали стрелять в роящихся скавенов. Но он почувствовал бы себя еще хуже, если бы одна из пуль, пролетевших мимо его рогов, нашла свою цель. Визг скавенов вокруг него, когда пули находили другие жертвы, не добавил доблести серому провидцу. Пригибаясь и подпрыгивая, лавируя между бронированными штурмкрысами, Танкуоль пытался постепенно погрузиться в наступающую толпу. До тех пор пока он сможет держать несколько тел между собой и гномами, прогноз его собственного выживания останется благоприятным.