Квик, раздери его паршивую шкуру, казалось, не замечал никакой опасности. Теперь военачальник полностью отдался безумной жажде крови. Он даже не вздрогнул, когда пуля гнома раздробила один из черепов на его трофейной стойке. Военачальник вздыбился, размахивая мечом и булавой, ревя, как беглец из Адской Ямы Клана Творцов.
Затеям пушки гномов заговорили снова, ревя, как великаны, и выплевывая смерть вниз по пандусу. Танкуоль взвизгнул, когда пушечное ядро пролетело сквозь крысолюдов слева от него, так близко, что его бок забрызгало кровью скавенов. Крики ужаса поднялись из задних рядов орды, когда искалеченные тела влетели в самую гущу толпы.
И снова Танкуоль проклял глупость Квика. Место командира — в арьергарде, где он мог подавить панику, как только она начиналась.
И, конечно, не слишком приближаться к тому, что эту панику вызвало.
Гномы явно ожидали, что атака скавенов дрогнет после выстрела их пушек в упор. Они не учли бешеной ненависти Квика Головореза. Обезумевший военачальник скавенов прыгнул сквозь облако дыма, поднимавшееся из жерл пушек. Взгромоздившись на ствол одной из них, он рубанул мечом вниз и отсек руку пушкарю. Гномодолбила врезался в лицо второго врага, забрызгав кровью и мозгами соседнее орудие.
Квик издал боевой клич, набрасываясь на воинов-гномов, которые кинулись вперед, чтобы защитить подвергшиеся нападению пушки. Снова и снова оружие военачальника наносило удары, каждый из которых был смертелен. Гномодолбила рвал даже самую толстую громриловую пластину, как марлю, сокрушая прикрытые бронею тела.
Один отважный длиннобородый, более решительный, чем остальные, продолжил атаку даже после того, как удар Гномодолбилы рассек ему руку. Клинок гнома прошелся по броне Квика, и ее багровое покрытие треснуло в брызгах металлических осколков. Длиннобородый закричал, когда осколки впились в плоть, шипя при соприкосновении с его кожей — содержащийся в них искажающий камень разъедал тело гнома, как самая ядовитая кислота.
Теперь вперед рванулись другие скавены, подгоняемые примером командира. Не верность или храбрость заставили их поспешить за Квиком, а скорее, страх, что военачальник пробьет себе путь, а потом доберется до каждого крысолюда, у которого не хватило смелости продолжить бой.
С пушками было покончено, с пушкарями тоже. Громобои отступали сквозь ряды своих воинов, пытаясь выстроиться в боевой порядок, чтобы прикрыть возможный отход товарищей.
Танкуоль прижался к одной из стен, наблюдая, как воины Квика врываются в дрогнувшие ряды гномов. Не было никаких сомнении в том, что теперь скавены одолеют врагов, но гномы не отступят без боя, и многие крысолюды погибнут вместе с ними. Танкуоль не собирался оказаться в их числе.
Удовлетворенный тем, что у Квика Головореза на какое-то время лапы будут заняты убийством гномов, Танкуоль начал бочком спускаться по пандусу. Он был сыт по горло кланом Морс и его маниакальными командирами. Настало время благоразумным серым провидцам забыть о поражениях и поспешить обратно в Скавенгниль. Кроме того, у него все еще была рука Вектика. Этого будет достаточно, чтобы поладить с Верховным провидцем Критисликом. Или провидцем Тисквиком, если соперник Критислика окажется более щедрым покровителем.
Трепет в позвоночнике заставил Танкуоля отскочить от стены. Серый провидец отступил назад, оборонительно прижав посох к груди и вперив глаза-бусинки в стену. Там ничего не было. Раздраженный беспричинным испугом, Танкуоль отступил к стене, положив руку на камень. Он тут же отдернул лапу. По стене пробежала заметная дрожь. Его мысли сосредоточились на возможности землетрясения и диверсии. Возможно, эта предательская крыса Икит Клешня вернулся и пытается отомстить, разрушив пандус и запечатав Танкуоля в компании безумцев Квика!
Танкуоль бросил встревоженный взгляд на Квика и яростную битву с гномами. Ввязываться в эту драку казалось неудачным вариантом, даже если держаться на самом краешке боя. Он снова перевел взгляд на стену. Теперь она заметно сотрясалась, из-под плит сочились маленькие струйки грязи. Возможно, еще не поздно бежать на нижние уровни и спешно трубить отступление.
С другой стороны, подумал Танкуоль, когда сила, действующая на стену, возросла, возможно, ему уже не успеть уйти, прежде чем все это рухнет. Однажды он чудом избежал чего-то подобного. И не собирался пережить это вновь.
Каменная глыба внезапно оторвалась, врезалась в пол пандуса и покатилась вниз, в темноту Пятого уровня. За ней последовала вторая, и еще одна. Танкуоль выпрямился, приглаживая бакенбарды.
Почему он должен бояться? Бояться следует Икита Клешню! В отличие от этого тупоголового Квика, Клешня знал все о руке Вектика и о том, на что она способна. И на этот раз у этого опарыша не будет неисправного Гибельного Шара, который позволил бы ему блефовать и избежать гнева Танкуоля!
О да, подумал Танкуоль, когда из расширяющейся дыры в стене начал вырываться запах искажающего камня, настанет расплата, когда главный колдун покажет свое уродливое лицо! Если Коготь не будет пресмыкаться должным образом, Танкуоль погасит его жизнь, никчемную, как мышь в капкане для троллей!
— Так-так, — прорычал Танкуоль, увидев, как скрежещущая головка бура пробила скалу. — Ты вернулся, чтобы умолять Великого Танкуоля простить-забыть твою… — Серый провидец покачал головой, его нос дернулся, пораженный невозможным запахом. Он моргнул, пытаясь осмыслить это. Неужели гномы прячутся в стенах собственной крепости?
Сверло с грохотом упало на пол пандуса и медленно поползло вниз, к Пятому уровню. Вслед за ним появился чумазый, покрытый грязью гном. Однако, несмотря на грязь, Танкуоль не мог не заметить безжалостную ненависть, сияющую в золотистых глазах существа.
Кларак Бронзомолот выхватил из-за пояса паровой пистолет и выпустил в серого провидца шквал пуль. Только судорожные рефлексы Танкуоля спасли его от этого града — скавенский колдун бросился на пол в тот самый момент, когда гном выстрелил в него. Удирая на четвереньках, визжа от страха, он с нарастающим ужасом наблюдал, как из дыры в стене вылезает все больше гномов.
Армия, которую он считал благополучно затерявшейся в лабиринтах Костенычки, вернулась!
Прежде чем Кларак успел перезарядить оружие и выстрелить снова, Танкуоль поднялся и помчался в место, безопасное благодаря скоплению воинов Квика. Толкаясь и пинаясь, кусаясь и царапаясь, он пробивался сквозь орду. Чем больше их будет между ним и обезумевшими от мести гномами, тем лучше. Особенно этот маньяк с золотистым мехом! Тот казался неестественно одержимым убийством серого провидца. Танкуоль уже начал думать, что это существо посадил ему на хвост какой-то ревнивый соперник. Или, возможно, коварный начальник. Или, может быть, даже какой-нибудь особо наглый подчиненный.
Проход Танкуоля через толпу штурмовых и клановых крыс превратился в безумный рывок, когда из района пандуса начали доноситься звуки битвы. Кларак и его воины атаковали отряд Квика с тыла, пытаясь прорваться сквозь толпу крысюков в их мстительном преследовании серого провидца. Его единственной надеждой было то, что толпе Квика удалось прорваться сквозь оставшихся гномов, преграждавших путь на Четвертый уровень. Как только Танкуоль освободится от гномов, у него будет целый уровень их крепости, чтобы спрятаться.
Внезапно Танкуоль почувствовал себя свободным от давления тел. Лапы едване выскользнули из-под него, когда он обнаружил под ногами лужу гномьей крови. Оглядевшись, он увидел массу изрубленных гномов и скавенов. На некотором расстоянии небольшая, оборванная группа гномов пыталась выстроить стену из щитов. Танкуоль видел, как они собрались вокруг какого-то искусно закованного в броню гнома, стоящего на нелепо выглядевшей каменной глыбе. Похоже, гномы потеряли вкус к битве.
Или, может быть, они просто пытались не дать скавенам ускользнуть, раз уж вся их армия вышла из стены. Это была неприятная мысль, но Танкуоль не мог ее не обдумать, глядя на мрачные вызывающие лица гномов.