Начав подниматься, Кларак не заметил серую фигуру, съежившуюся за лодыжкой статуи, и злобные глаза, которые смотрели, как он поднимается. Мысли гнома были сосредоточены на предстоящей задаче, на ужасном акте осквернения и разрушения, который стал единственной надеждой остановить неистовство Скарбранда.
Механик поднимался все выше и выше, постоянно возвращаясь взглядом к демону и изуродованным трупам, разбросанным у его ног. Это зрелище заставляло Кларака прилагать еще больше усилий, выжимать еще больше скорости из угасающих сил. Каждый вздох, каждый удар сердца несли смерть еще одному гному.
Когда он наконец добрался до протянутой руки Валайи, Кларак только устало привалился к каменному рукаву. И лишь рев Скарбранда подтолкнул его к последнему усилию. Глядя через зал, он видел, как демон продвигается вперед. Еще несколько шагов, и он окажется вне досягаемости. Если Клараку суждено действовать, то либо сейчас, либо никогда.
Пробежав по неровной поверхности руки Валайи, Кларак вытащил из-за пояса пику. Механик изучал руку статуи опытным взглядом, прикидывая, где он должен оставить след, если хочет уничтожить демона. На мгновение разум взбунтовался против непростительного вандализма, который он замышлял. Но образ обезумевших жен гномов, душащих собственных детей, демонов и скавенов, бесчинствующих в пустынных залах Карак-Ангкула, боролся с моральными возражениями.
Приставив острие к локтю статуи, Кларак обрушил вниз паровой молот Хоргара. Камень под шипом треснул, и под похожим на клык куском стали образовалась небольшая трещина. Кларак отбросил инструменты и потянулся за маленьким свертком, который взял у канонира. Это был маленький кожаный квадратик, с одной стороны которого торчал длинный фитиль, а также комковатая масса, заложенная между складками пакета.
Это был взрывной заряд, более специализированный и мощный, чем у шахтеров. Гномьи орудийные расчеты носили такие заряды, чтобы в случае поражения повредить орудие и предотвратить попадание пушек в руки врага. Прикинув расстояние между топором Валайи и Скарбрандом, Кларак срезал большую часть запала, затем яростно воткнул заряд в образовавшуюся трещину.
Вознеся последнюю молитву предкам о прощении и понимании, Кларак зажег фитиль и нырнул в укрытие, которое могло дать ему плечо Валайи.
Когда заряд воспламенился, по залу прокатился рев более яростный и громоподобный, чем рев демона. Осколки гранита разлетелись по стенам и потолку, на пол посыпалось облако обломков. Все взгляды обратились к источнику взрыва, и даже обезумевшее от крови сознание Скарбранда отвлеклось. Демон повернулся, его пылающие глаза впились в богиню, ноздри раздулись с вызовом.
Затем рука статуи развалилась. Взрыв сделал свое дело. Предплечье оторвалось от локтя Валайи и полетело вниз, тонны камня посыпались на пол в сотнях футов ниже. На пути падающей руки стояла брутальная фигура Скарбранда. Демон яростно взвыл, когда массивный каменный топор обрушился на него, погрузившись между изогнутыми рогами и расколов звериный череп пополам.
Гномам показалось, что Валайя сама сразила кровожада. Резное изображение «Миротворца» убило ликующего демона, выплеснув его дымящийся ихор в водопад кипящей крови. Свечение в глазах Скарбранда померкло, злобная сила его духа угасла. Факелы вспыхнули вновь, иней исчез с крыши и стен. Перед ошеломленными глазами гномов тело демона начало таять, погружаясь в быстро растекающуюся лужу крови. Распадающееся тело демона извивалось и корчилось, топор Валайи медленно опускался вместе со своей жертвой на пол далеко внизу.
Крики «Валайя!» и «Миротворец!» эхом разнеслись по залу, когда выжившие гномы начали осознавать свое избавление. Вскоре в зале раздалось еще одно имя, и зоркие гномы заметили одинокую фигуру, стоящую на плече статуи.
— Бронзомолот! — взревели гномы, превознося героя, принесшего гибель демону. Кларак стоял на раздробленной руке статуи и принимал поклонение сородичей. На данный момент он был их защитником, их спасителем. Он знал, что будет наслаждаться этим мгновением всю оставшуюся жизнь.
Серый провидец Танкуоль съежился за ногой богини гномов, его разум дрожал от мучительного крика Скарбранда. Демон был далеко не рад своей судьбе, тому, что его изгнали обратно в пустоту, прежде чем он насытился кровью смертных. Но даже в своей ярости Жаждущий Крови не забывал о скавенском колдуне, который вызвал его.
Когда ты снова позовешь меня, я буду ждать.
Слова демона были для Танкуоля отнюдь не утешительны. В самом деле, перспектива снова пересечься со Скарбрандом пугала его больше, чем встреча с Мастером смерти Сникчем в темном переулке. Так или иначе, он не думал, что слова кровожада были просто пустой угрозой.
Горечь заполнила горло Танкуоля, когда радостные крики гномов разнеслись по залу. Он злобно смотрел из тени, желая, чтобы демон закончил свою работу до того, как будет изгнан. Грязные мехомордые гномотвари! Они сговорились с его врагами, позволили Икиту Клешне и Квику Головорезу использовать себя в подлом трусливом заговоре с целью дискредитировать и уничтожить самый могущественный разум во всем скавенском мире!
Что ж, их гнусный план провалился! Танкуоль выжил! Он пережил худшее, что обрушили на него враги! Храбро бросая вызов даже демонической злобе Скарбранда!
Услышав имя Кларака Бронзомолота, Танкуоль выполз из-за подножия статуи. Итак, золотобородый гном выжил, и теперь его приветствуют как героя. Доверчивые глупцы думали, что гном каким-то образом победил демона! Он легко мог себе представить, как Кларак воспользуется такой славой!
Серый провидец сунул руку в карман мантии и вытащил осколок искажающего камня. Крысомаг не осмеливался использовать такую силу, когда голос Скарбранда гремел у него в голове, но теперь чувствовал себя достаточно безопасно, чтобы вкусить энергии камня. Одно короткое заклинание — и Танкуоль окажется вне досягаемости кровожадных гномов и их коварных интриг.
Клыки серого провидца превратили камешек в пыль, обжигающая энергия искажающего камня пронзила тело. Его разум пылал силой, глаза горели зеленым светом. Он чувствовал, что все его существо пропитано безграничной силой эфира.
Да, он может использовать магию, чтобы сбежать. Но сначала преподаст гномам урок. Он напомнит им о том, как дорого обойдется им дерзость шутить с Танкуолем!
Ободренный искажающим камнем, Танкуоль выскочил на открытое место. Он вскинул рогатую голову, глядя на Кларака, стоящего на сломанной руке статуи. Он почувствовал прилив радостного волнения, когда гном заметил его. Страх в глазах этого существа был очевиден.
— Умри-сгори, гномотварь! — взвизгнул Танкуоль.
Подняв посох, он послал в тело гнома вспышку зеленой молнии. Кольчуга Кларака затрещала, пытаясь рассеять зловещую энергию, но не смогла уберечь тело от удара. Кларак вскрикнул, потеряв равновесие и рухнув на пол далеко внизу.
Ошеломленная тишина окутала Четвертый уровень, пока гномы смотрели, как падает их герой, как его тело разбивается о каменные плиты.
Крысомаг торжествующе зачирикал, подпрыгивая от радости, когда увидел, как тело врага рухнуло на пол. Так погибнут все, кто бросит вызов Танкуолю!
Пуля просвистела над ухом серого провидца, прервав ликование. Вторая ударила в подножие статуи, а третья оторвала щепки от посоха. Танкуоль обернулся, его глаза расширились, когда он увидел мстительную толпу гномов, несущихся к нему.
Конечно, для колдуна его положения и могущества не составляло сложности уничтожить грязных негодяев, но Танкуоль был слишком скромен, чтобы предаваться таким беспричинным злоупотреблениям своей магией. Ему стоило удалиться и оставить гномов обдумывать урок, который он им преподал. Еще одна пуля ударила в ногу статуи. Серый провидец лихорадочно сосредоточился на заклинании, которое раздвинет завесу между мирами. Он надеялся, что демон будет благодарен Танкуолю за то, что тот убил золотошерстного гнома, если ему доведется встретить Скарбранда.
Только дурно пахнущий дым встретил гномов, когда они достигли ног Валайи.