Это-то и злило его больше всего. Его грозная репутация должна была побудить трепещущего хозяина норы скинуть хотя бы десяток искажающих жетонов. Похоже, крысюк вообще не хотел видеть Танкуоля в своих туннелях. Даже после того, как Костодер сломал этому наглому свинтусу несколько пальцев, тот так и не сбросил цену. Подлый крысеныш знал, что Танкуоль в бегах, и не преминул воспользоваться этим для бесчестного вымогательства. Серому провидцу не хотелось думать, что вести о его проблемах с кланом Эшин просочились даже в трущобы Отстойника, но все выглядело именно так. Танкуоль надеялся затеряться в несметной толпе меньших кланов Скавенгниля и спокойно обдумать следующий шаг. Но если окружающая его сволочь больше боится клана Эшин, чем серого провидца…
Он раздраженно заскрежетал клыками. Если паршивые канализационные крысы из блошиных кланов думают, что могут настучать Снику, что Танкуоль торчит в Отстойнике, он попросту выпотрошит этих паразитов всех до единого! Он сожжет их лачуги и обрушит их норы! Он протянет их кишки от одного конца Скавенгниля до другого! Он скормит их потроха…
Танкуоль оторвался от мстительных размышлений, нос его напрягся, учуяв вонь человечьей крови. У входа в нору виднелся смутный силуэт раба-человечишки. Этот тупой ублюдок, вероятно, снова блуждал в темноте. Ну да, в туннелях людишки практически слепы. Танкуоль испытал сильное искушение побаловать Костодера кусочком этого идиотского существа, но, трезво оценив шансы обучить крысоогра выполнять работу по дому, воздержался.
— Я тебя не звал, — раздраженно окрысился Танкуоль, хлестнув хвостом по полу.
Раб, пошатываясь, сделал несколько шагов в глубь норы, и Танкуоль сумел рассмотреть мерзавца получше. Он увидел покрытую струпьями, болезненную кожу раба, туго обтягивающую кости. Заметил тонкие, редкие волосы, растущие пятнами на покрытой язвами коже человечьей головы. Но отчетливее всего серый провидец разглядел кровоточащую рану, идущую через всю шею человечишки.
Кто-то перерезал рабу горло от уха до уха.
По спине Танкуоля прокатилась волна тревоги, а из желез хлынул мускус страха. Серый провидец прыгнул к куче соломы, принялся рыться в ней, доставая меч и посох и проклиная себя за то, что потратил последний кусок искажающего камня на улице.
Клан Эшин добрался до него! Клан Эшин здесь!
Из темноты туннеля в нору просочилось нечто чернее черного. На какое-то безумное мгновение Танкуоль вообразил, что за ним пришел теневой колдун из Альтдорфа. Затем со скоростью, недоступной даже колдуну, чернота направилась к нему. Он увидел покрытую черным мехом руку, сжимающую окровавленный клинок.
Но это видел не только серый провидец Танкуоль. С яростным ревом Костодер вскочил с пола, приложившись спиной к провисшему потолку норы. Стуча когтями по груди, крысоогр неуклюже, на корточках двинулся к ассасину.
Убийца отпрянул от Танкуоля и плавно поднырнул под когти громадного монстра. Крысоогр зарычал от боли и щелкнул челюстями, метя в смертоносную тень, мгновенно отскочившую от него. Костодер сделал один шаг в направлении ассасина и с шумом рухнул на пол. В краткий миг контакта убийца умело перерезал сухожилия на каждой ноге крысоогра.
Костодер с рыком приподнялся с пола и поволок себя за убийцей. Танкуоль надеялся, что, пока ассасин отвлечется на убийство зверя, сам он успеет собраться с силами и расправиться с противником. Серый провидец чувствовал, как магическая энергия обтекает его, просачивается в вены. У него аж живот скрутило от тоски по искажающему камню. Организм Танкуоля, втягивая магию без поддержки искажающего камня, испытывал какую-то опустошенность. Серый провидец сердито заскрежетал клыками и удвоил усилия. Если он не нанесет удар немедленно, не видать ему искажающего камня ни сейчас, ни потом.
Невероятно, но даже рычание разъяренного крысоогра не помешало ассасину заметить усилия Танкуоля. В тот самый момент, когда глаза серого провидца начали светиться силой, из темноты вылетел заостренный кусок стали. Нож врезался в посох Танкуоля и расщепил дерево, разминувшись с серым провидцем всего на несколько дюймов. Он в ужасе уставился на дурно пахнущий клинок и зеленый яд, капающий с края лезвия. Яд не был нанесен снаружи, он сочился прямо из черного металла. Плачущий клинок — такое оружие носят только самые опытные убийцы Эшина!
С отвращением и ужасом Танкуоль вытащил омерзительную штуковину и бросил ее на пол. От сосредоточенности не осталось и следа, глаза серого провидца больше не светились, он съежился, вжимаясь в стенку.
Ассасин, однако, вновь переключился на Костодера. В один прыжок и кувырок скавен проскользнул под когтями крысоогра, и клинки в его руках пронзили сухожилия мощных передних лап чудища. Убийца завершил выпад прямо под клацающими челюстями Костодера. Третий клинок, зажатый в кольцах хвоста ассасина, взмыл вверх, проскрежетав мимо клыков Костодера, пробил зверюге нёбо и пронзил крошечный мозг внутри толстокостного черепа.
Костодер вздрогнул, вскрикнул и рухнул на пол. Убийца что-то чирикнул и отошел от своей жертвы, снова повернувшись к Танкуолю.
Смерть телохранителя заняла меньше нескольких ударов сердца, этого времени серому провидцу даже не хватило, чтобы изыскать возможность сбежать. Теперь, глядя на бесшумного убийцу в черном плаще, Танкуоль погрузился в абсолютное отчаяние. Быстро собрав остатки магической энергии, все еще оставшиеся в его теле после мертворожденного заклинания, Танкуоль швырнул в ассасина шипящий разряд сырой эфирной энергии. Проворный крысолюд без труда отклонился от магического удара. Разряд пролетел мимо и врезался в одну из опор. Сверху донесся шум, подобный мощному стону. Широко раскрыв глаза от ужаса, Танкуоль смотрел, как рушится потолок.
Танкуоль ждал, когда его расплющит. На мгновение ему показалось, что все уже свершилось — его тряхнуло так, что из легких вышибло весь воздух. Только стоя в туннеле снаружи и выкашливая пыль изо рта, он понял, что все еще жив.
По крайней мере, на данный момент. Подняв глаза от пола туннеля, Танкуоль обнаружил, что смотрит на зловещую фигуру, закутанную в черное. Черный мех, черные кожаные штаны, черные шелковые брюки и блузка, черный плащ с капюшоном. Даже чешуйчатый хвост ассасина был черен, равно как и зубы на его морде. И только глаза имели другой цвет — красные, светящиеся злобным весельем. Глаза — и зеленый яд, светящийся на лезвии ножа, который ассасин по-прежнему сжимал в хвосте.
— Ты обязан своей шкурой Повелителю ночи, — сказал убийца. От его голоса по спине Танкуоля пробежали мурашки. Это был тонкий шепоток наподобие того, что издает кинжал, ударяясь о камень.
От этих слов у Танкуоля закружилась голова. Очевидно, от гибели его спасли отнюдь не собственные усилия. Но зачем ассасииу щадить его после того, как он добрался до дна Отстойника, чтобы убить его?
Серый провидец угрожающе оскалил клыки и демонстративно стряхнул грязь с одежды.
— Поскольку именно вы подвергли мою жизнь страху-сомнению, я…
Ассасин обнажил собственные клыки, изогнул хвост со смертоносным клинком на изготовку.
— Ты обязан своей шкурой Повелителю ночи, — повторил скавен, и его шепот перешел в рычание. — Потому что он послал меня всего-всего лишь найти-привести тебя.
Танкуоль не знал, где именно в Скавенгниле клан Эшин построил пагоду Сника. Судя по давлению на уши, она находилась где-то глубоко под городом. Но тут в нос ему ударил застойный запах Гнилых Топей, и Танкуоль понял, что они близко к поверхности. Эшин имел обыкновение при строительстве крепостей использовать рабов-гномов, а у тех имелось немало способов обмануть скавенов. Возможно, они строили потолки из особо плотного камня, что усиливало ощущение давления, или же они умели закачивать запах болот глубоко под землю. Танкуоль пообещал себе разгадать эту загадку.
Если, конечно, выберется отсюда живым.
Он стоял в темном просторном зале. Пол под его когтями был устлан искусно сотканными коврами, чей узор щекотал подушечки лап. Потолок терялся высоко в темноте, стены были скрыты шелковыми занавесками, колыхавшимися и дрожащими на теплом сквозняке. Танкуоля окутывал густой, пьянящий запах ладана. В носу довольно приятно пощипывало. Ощущение слегка напоминало понюшку из толченого искажающего камня. Танкуоль иногда баловался этим делом.