Кебби снова прятала нижнюю половину лица под платком, скрывая под ним и свои эмоции. Но когда Танос попросил ее о разговоре наедине, девушка так значительно подняла брови, что он не мог этого не заметить.
Они зашли в небольшую кабинку для спасательных капсул, которых больше не было на борту. Как узнал Танос, на них сто лет назад от безумия Его Светлости сбежал предыдущий экипаж.
– Так значит, ты презираешь Его Светлость и думаешь устроить мятеж? – спросила Кебби, не дав Таносу заговорить.
Танос хотел начать отпираться. Он хмыкнул и издал короткий смешок.
– Да брось, Танос с Титана, – сказала она. – Ты тут недавно. Все новички хотят свергнуть Его Светлость и скорее убраться подальше от этой смертельной ловушки. Ты пробыл здесь совсем недолго, Роббо не успел сломить твой дух, разум пока еще верно тебе служит. Естественно, ты решил заручиться моей помощью, свергнуть этого старика и направить корабль по разумному маршруту в какое-нибудь спокойное место.
Танос рассчитывал медленно и искусно прощупывать настроения Кебби и раскрыть свои планы только тогда и в том случае, если окажется, что она с ним согласна и ей можно доверять.
И вот чем это закончилось.
– Как можно снять ошейник? – быстро спросил он. – Если мы от них избавимся, сможем одолеть Его Светлость и захватить корабль.
Она моргнула и нервно заозиралась.
– Зачем тебе его снимать?
– Из-за жал психической энергии. Или, может быть, ты знаешь, как заполучить устройство их контроля, которое у Роббо?
Кебби покачала головой.
– Ах, вот что. Ты ведь не понял, да? Ты подумал... Психическая энергия не имеет никакого отношения к ошейникам. Это сам Роббо. Это его особая сила. Он умеет проецировать психическую энергию. Ошейники – это что-то вроде условного обозначения. Вообще это прихоть Его Светлости. Они напоминают ему о доме.
Онемевшими пальцами Танос ощупал металлический обод на шее. Он все время думал, что ошейник – это оружие. А оказывается, всего лишь странный аксессуар.
Значит, вся проблема в Роббо.
– Почему он так предан Его Светлости? – спросил Танос. – Он ведь, как и мы, узник этого корабля.
– Некоторые ведут, – пожала плечами Кебби. – Некоторые хотят, чтобы их вели. Он ощущает себя частью чего-то большего.
– Безумие какое-то.
– Я и не говорила, что это нормально.
Танос сдвинул брови.
– Но Роббо один, а нас много. Он не сможет поражать всплесками энергии всех сразу. Так почему...
– Почему мы не набросились на него, не убили, затем не убили Его Светлость и не захватили контроль над кораблем?
Танос сформулировал бы этот вопрос не так прямо и жестко, но озвученный вариант был самым честным.
– Да.
Она покачала головой.
– Потому что это бессмысленно. Его Светлость нужен нам живым.
– Зачем?
– Слышал когда-нибудь о симпатическом круговращении?
Танос признался:
– Я не знаток космических путешествий.
– Все просто, – начала объяснять Кебби. – Корабль на квантовом уровне связан с сердцем Его Светлости. Остановится сердце – двигатели разгонятся выше своих мощностей, взорвут корабль и убьют всех, кто на борту. – Она на секунду задумалась. – Ну, кто-то, может, и выживет, но их сразу убьет декомпрессией, так что нет особого смысла переживать взрыв, правда ведь? Если ты думаешь, что разлом спицы – серьезная авария... представь, что будет при взрыве.
Танос покачнулся на пятках. Здоровье Его Светлости оставляло желать лучшего – ежедневно он кашлял, и выходящей мокроты набиралось на целую кружку. Те же, кого он захватил в рабство, казалось, очень заботились о том, чтобы их похититель был жив и здоров. Танос вспомнил, как все бегают на каждый кашель и чих, который вырывается из ноздрей Его Светлости. О существах, которые собирали его мокроту. Наверняка для медицинских тестов.
Теперь он узнал, зачем все это. Смерть Его Светлости означала гибель тех, кто находился на борту «Золотой каюты».
– У нас нет выхода, – сказала Кебби. – Этот корабль – самая совершенная тюрьма во вселенной, договор о самоубийстве, воплощенный в металле и блуждающий по галактике, пока не умрет капитан, а с ним и все мы, или пока не развалится сам корабль.
– После чего мы все тоже умрем, – добавил Танос.
– Да. Все, что мы можем, это растягивать наши дни и надеяться на чудо.
Кебби впервые сняла платок, и Танос увидел нижнюю часть ее лица – массивную низко опущенную пасть рептилии с двойным рядом из сотни острых зубов, а между челюстей – раздвоенный язык.