Танос задумался.
– Если скрыться не получится... надо использовать преимущество того, что нас видно, а не записывать это в свои недостатки.
– Каким образом? – поинтересовалась Кебби.
– Пока не знаю, – признался Танос. – Но мы еще нескоро попадем в зону действия детекторов. Придумаем что-нибудь. Если я чему и научился у Его Светлости, так это тому, что, хорошенько продумав план, ты можешь преодолеть самые немыслимые обстоятельства и победить даже того, кто держал все под строгим контролем. Получилось тогда – получится и сейчас.
– Если суждено, значит, так и будет, – торжественно заявил Ча.
– Нет, – ответил Танос. – Как всегда, нам придется делать грязную работу самостоятельно.
* * *
«Санктуарий» завис в пространстве в зоне действия датчиков асгардской заставы, затем подался назад и вбок, активно зажигая блоки маневрирования.
Ча Райгор стоял у панели управления, касаясь то одних, то других кнопок устройства связи, и кричал:
– Внимание! Внимание! Всем кораблям и спутникам в двух световых минутах от Альфхейма! Говорит «Санктуарий», идущий по курсу от звезды Уиллита! У нас на борту серьезная травма. Повторяю, серьезная травма на борту, нужна медицинская помощь! Пожалуйста, ответьте!
На самом деле ответа они не ждали, да и не хотели дождаться. Чтобы убедиться, что никого не услышат, они набрали скорость и полетели прямо к спутнику, на котором располагалась застава. Ответ с базы до сих пор не передали, а «Санктуарий» уже совершил неуклюжую посадку у асгардского здания.
Других построек тут не было. Не ошибешься.
Казалось, что здание не построили, а выпилили. От золотого фасада отражался яркий свет далекого солнца. Купола, расположенные вдоль крыши, соединяли гладкие трубчатые конструкции. Две огромные балки окаймляли крышу и опускались к двери, которую украшала гравировка с восьминогой лошадью и двумя воронами по бокам.
Над украшением виднелись слова:
Да здравствует король Один, и да пребудет с ним его мудрость, рожденная в битвах!
Ча уже облачился в скафандр. Большим пальцем он активировал воздушное поле вокруг головы и поспешил на поверхность луны вниз по трапу, таща за собой антигравитационный футляр. Близ входа на заставу включился атмосферный щит. Направляясь к дверям, Ча даже сквозь скафандр ощутил приятное щекотание пригодного для дыхания газа.
Дверь распахнулась. Из нее вышел мужчина с яркорыжими волосами, в стальных, натертых до блеска штанах из отдельных пластин, в черных шипованных сапогах и насыщенно-синей удлиненной тунике. Середина туники была усыпана латунными пуговицами слишком идеальной круглой формы, а сзади, крепясь к двум эполетам на плечах, развевался под порывами несуществующего ветра объемный плащ чистого красного цвета. На открытых мускулистых руках красовались браслеты из грубой кожи.
Он держал огромный боевой топор с обернутым коричневыми кожаными полосками древком и блестящим лезвием. Длинная борода незнакомца сплелась аккуратными узлами.
– Эй, путник! Остановись во имя Одина!
– Нам срочно нужна медицинская помощь! – застонал Ча. – Она умирает!
Асгардец скрестил руки на груди.
– Великий Один позволяет пропускать дальше только сыновей и дочерей асов и ванов.
Ча нажал кнопку на футляре. Крышка на нем едва слышно открылась. Внутри неподвижно лежала Кебби. Вокруг нее мерцали огни.
– По пути сюда она впала в гибернетический сон, – в панике затараторил Ча. – Пожалуйста, разрешите пройти в ваш медицинский отсек!
Асгардец подошел к Ча и заглянул в футляр. Нижняя половина лица Кебби красовалась во всем великолепии своей искаженной формы.
– Клянусь глазом Одина! – воскликнул он. – Что это с ней?
– Ну, не всем же быть такими красавцами, как ты, – проговорила Кебби и распахнула пасть. Асгардец успел лишь моргнуть, как горло Кебби, изогнувшись, выбросило облако ядовитого тумана. Асгардец захрипел, зашелся кашлем и попятился, подняв руки. Впрочем, было слишком поздно. Его легкие уже наполнились ядом, который душил его изнутри.
Ча отпрянул при виде этой картины; асгардец упал на колени и схватился за горло. Дрожа, Ча беспомощно отступил в сторону. Позади из корабля вышел Танос, сцепив руки за спиной.
– Превосходно, – сказал он Ча. – Потом будет легче.
Вместе с Кебби они связали запястья асгардца за спиной крепкими проводами из резервных запасов «Санктуария». Потом затащили его внутрь. Ча недолго постоял снаружи, а затем молча присоединился к друзьям.
Асгардец все еще кашлял. Из зажмуренных глаз сочились слезы и, стекая по бороде, делали ее на несколько тонов темнее. Над ним возвышался Танос.