— Сколько?
— Считайте, что два, — махнул рукой Порвунах. — И кстати, эти же правила распространяются на прочие этажи. Все. Давай, врубай свои амулеты и погнали.
Тануки кивнул и передал парочку оструганных деревяшек огнемагу. Активировал.
— Ничего не случилось, — сказал тролль.
— Думаю, он на тебя не работает. Мы же в пати.
— Странно. Разбойничий инвиз все равно дает какой-никакой визуальный эффект. Даже для одногрупников. А тут… как проверить, включился или нет?
— Включился. У меня шкала заряда появилась. Просто принцип работы иной. Не объективная невидимость, а отвод глаз враждебных субъектов. Чем больше субъектов, и чем выше у них восприятие, тем быстрее амулет истощается.
— Чуднооо… первый раз о такой магии слышу. Так как, говоришь, твоя раса называется?
— Я не говорил. Но раса называется тчифу, класс — тануки. А что?
— Да так, просто. Почитаю на досуге. Очень уж умения у тебя интересные. И разнообразные. Может твинка такого заведу. Буду для своей основы амулеты клепать.
— Это вряд ли. Раса мало того, что из другого сектора, так еще и дорогущая.
Порвунах посмотрел на тчифу и загадочно улыбнулся.
— Не стану спорить. Ну что, дорогие мои… Гоу?
— А ну, стоять, мразота! — раздался грудной, приятный голос, сильно диссонирующий с произносимыми словами. — Ты на прицеле, не дергайся!
— Ну, только этого не хватало… — пробормотал тролль. И продолжил уже громко. — Стою. Но лезть не советую…
— Нас тут пятеро! Ты и дернуться не успеешь, пэкашник гребанный! Брось ножик! И повернись спиной!
— А потом немного наклониться? Дорогая моя, ты серьезно?
— Что ты с полуогром сделал, тварь? Что за дебаф такой стремный? Парализовал и раздел? А не убил, что бы он не отреспился и друзей не позвал?
— Слушайте… — устало, но твердо сказал тролль. — Вас не пятеро, а шестеро. Да-да, этого чудика в стелсе я тоже заметил. И уровни у вас меньше сотки у каждого. Вы мне ничего не сделаете, поверьте. А вот я вас уже бы всех вырезал. Если бы хотел.
— А ты типа двухсотый?
— Чуть старше, — усмехнулся Порвунах. — Вам, дорогие мои, повезло. Я, вот прямо сейчас, становлюсь на путь исправления. Потому, давайте разойдемся миром. Мне дополнительные шесть киллов совершенно ни к чему. Но если дело дойдет до выбора, еще чуть окраситься или слиться… Как думаете, что произойдет?
— Верни вещи огра! И скажи, как его в себя привести! — все еще невидимая для Корнета и Барсука, но очень даже видимая для Порвунаха девушка, подпустила в голос дополнительные угрожающие нотки. — Ну?!
— Вы мне все равно, не поверите.
— А ты попробуй.
— Он умер, дорогая моя. Совсем умер. В реале. На Земле.
— Что за херня?
— Вот и я о том. Эффект остаточного затухания. Не всегда срабатывает. Но когда срабатывает, мы наблюдаем вот эту жуть.
— А почему он голый?
— Ну, не мог же я допустить мародерки. Мало ли, кто его труп обнаружит. Кстати, вы тут какими судьбами? По квестам?
— Нет, мы на кро…
— Стелла, заткнись! — раздался другой голос, тоже, судя по всему, принадлежащий девушке. Хотя, имея в качестве наглядного примера тролля-гея-пэка, ни в чем нельзя было быть уверенным.
— Сама заткнись! Я сегодня главная! И я решаю!
— Решает она… — пробормотал голос, но спорить не стал.
— В общем, так… — немного сбитая с толку Стелла явно заново собиралась с мыслями. — Ты пэка, а значит, законная добыча для каждого встречного. Когда мы тебя убьем, ты потеряешь весь свой инвентарь и сольешь опыт. И еще мы отрежем твои уши, которыми вы пэка почему-то так дорожите, будто новые не отрастут. Предлагаю компромисс. Ты отдаешь нам свою одежку и ножик. Мы уходим. И в течении часа никому не говорим, где именно встретили хая-пэкашера.
— Нет. Не пойдет.
— Тогда, не обижайся. Девчата! Огонь!
И в тролля из густой темноты полетели электрические, ледяные, огненные и ядовитые разряды. Из другого угла сверкая, как металлические смертоносные бабочки, выпорхнула целая стая хищных сюрикенов.
Порвунах неправдоподобно изогнулся, будто резиновый, сжался пружиной и одновременно подпрыгнул. Как-то незаметно переместился в сторону на пару шагов. Разряды пробороздили широкие полосы в камне пола, оставив дымящиеся, слабо светящиеся следы. Звездочки зазвенели о стену, метрах в пяти от дернувшегося от неожиданности тануки. Первый смертоносный залп иссяк, даже не оцарапав уклонившегося хая.