— Да, теперь понимаю.
Постояв еще пару минут все стали расходиться. Илья в компании с Давидом поехал к себе домой. Родители уехали по своим делам.
Уже в машине Виктория посмотрела на мужа и тихо сказала:
— Не нравится мне эта девочка. Ни под каким видом, не нравится.
— Из-за стриптизерши?
— Да. Это просто немыслимо, не мог найти кого-то нормального?
— Нормальных было много, а результата нет.
— Да, но...
Виктория принялась возмущенно делиться впечатлениями, но вдруг осеклась. Это первый раз, когда сын настолько растерялся, что готов принять их помощь. Илюша всегда был сам у себя на уме, полностью пойдя в отца. И всегда сам принимал решения касательно своей жизни. Ему было бессмысленно давать советы, сын их просто игнорировал. Нет, он, конечно, мог чем-то воспользоваться, но только если считал это нужным и верным. Он вообще отдалился от родителей. И последние лет пятнадцать был полностью у себя на уме. Виктория почти смирилась с этим, надеясь что когда сын жениться ситуация наладится.
Они были в курсе жизни сына, основных событий, так сказать. Покупки дома или машины, чего-то интересного на работе. И все. Никаких личных чувств и переживаний не было. Вообще эмоций не было в принципе. Даже когда Илья женился, потому что Оля, ее тогдашняя любовница, забеременела, он просто позвонил и поставил в известность. На свадьбе Илья был, как всегда сдержан и равнодушен. И потом, после рождения Серёжки никаких эмоций не было, ни по отношении к жене, ни при общении с ними, только ребенок вызывал что-то. К несчастью недолго. Илья сделал тест на отцовство, и выяснилась, что Сережа не его сын. Через две недели Оля попала в аварию, она и Сережа погибли. Виктория до сих пор была убеждена, что их убил или Илья или ее собственный муж. Хотя оба категорично отрицали подобное. Может и не они лично, но семейство было достаточно велико и беспринципно, чтобы пойти на подобное. Виктория давно, еще во времена перестройки поняла, как ей повезло или не повезло. Вся многочисленная родня смогла выжить, приспособиться, подстроиться под новую ситуацию. Кто-то погиб, кто-то умер, не выдержав изменений, но большая часть выжила и стала процветать. Илья был таким же, как все, в отличие от Кристины. Ее дочь не смогла, не захотела жить в таком мире. Она умерла от быстротекущего рака в двадцать пять, несмотря на дорогостоящее лечение, на новейшие препараты Криста ушла.
— Не думай об этом, — неожиданно сказал муж и крепко сжал ее руку. — Она ушла и ей там лучше.
— Да, но...
— Зато Илья изменился, как ты и хотела.
— Я не уверена, что хотела таких изменений.
Сын изменился. Нет, не сильно, но впервые за долгое время он открыто проявлял эмоции. Чем-то Татьяна смогла затронуть. Чем-то зацепила. И Илья слушал, впервые за долгие годы он советовался. Виктория была в шоке, когда сын появился в воскресенье и попросил совета. Она настолько растерялась, что просто стояла и открывала рот. Она узнала от мужа, что Илью заинтересовала бывшая девушка Влада. Но это и так было понятно, с чего еще одиночка сын согласился терпеть рядом с собой эту парочку. Во время семейных сборищ Виктория присматривалась к девушке и внимательно слушала Лену — мать Влада. Та, конечно, души не чаяла в своей чаде, хотя неуравновешенность и невоспитанность бросались в глаза, но к ним привыкли. Они были своими, поэтому многое прощалось. Многое, но не все, нетрадиционную ориентацию не поняли.
Виктории не нравилась отстранённость и некоторое пренебрежение к окружающим, может Татьяна и считала это нормальным, но остальные так не считали. Естественно ее не приняли, такие 'ледяные королевы' никому не нужны. В том числе и Илье, Виктория хотела, чтобы рядом с ее сыном был кто-то более веселый и жизнерадостный. Как Оля...
Виктория вздохнула. Да, Оля была именно такой, а еще неверной, и этот недостаток перечеркивал ее достоинства. С другой стороны Таня вероятнее всего не будет изменять, раз она роста в таких условиях, то скорее всего не сочтет для себя приемлемым прыгать из кровати в кровать. Но ее мать это конечно нечто...
Роман не торопясь ехал домой и видел, как в голове жены происходят изменения, он никогда не вмешивался в ее рассуждения. Заботясь только о том, чтобы Вика сначала не наговорила глупостей, а потом начала раскаиваться. Для жены подобное было характерно. В отличие от жены и сына он с самого начала узнал все возможное о Татьяне и сегодня ничего нового не увидел. Нет не так, увидел, само выступление. Но неожиданностью оно для него не стало. С другой стороны он порадовался за сына, когда они найдут общий язык, тому можно будет позавидовать. Но сначала следовало договориться. И понять, что Татьяна думает об Илье. Это, пожалуй, единственный неучтенный факт.