Щит дикарский,???
сопротивляемость физическому урону+3
сопротивляемость парасистемным проклятиям =???
— Двадцать семь предметов, обозначил я лут. — Одна двенадцатая — это два с мелочью. Если не претендуете на два щита — выбирайте три вещи.
— А что такого с ними? — обратился ко мне маг Ветогг.
— А что видишь ты?
Он поморщился, но ответил:
— Самоделка, «щит дикарский, сопротивляемость физическому урону+3» — дешёвка. И боя нормального не выдержит.
— Я ещё вижу, что они, как и мои самодельные кинжалы, дают какую-то защиту от их странной магии. Численное значение скрыто.
— Один берём, сразу отреагировал маг. Ещё копьё, — щит и копьё пропали из общей кучи. — И…
— Бумеранг! — выкрикнул мальчишка Креттег.
— Выбирай, — усмехнулись взрослые и перевели взгляды на шаманское снаряжение.
— Предлагаю комплекты — шапка-бубен-палка — не делить.
— Да.
— И тогда жребий. Ваша доля 2/12, то есть 1/6. Бросаем на пальцах. Сумма делится на шесть — один комплект ваш.
— Не понимаю! — буркнул Оггтей. — У меня есть кости.
Достал. Точно такой же шестигранный кубик, как наши зари для нард.
— Годится. Камень — твой, бросает — Кеттара. Загадывай.
— Тройка!
Выпала единичка.
— Следующий раз повезёт.
— Не в следующий так потом, — медленно произнёс Ветогг. — Их же больше дюжины?
— Предположительно может быть больше двух.
— Вот. Два комплекта будут наши по-всякому. Так?
— Да.
— Но нам интересней другое. Остальные гоблины… Здесь все были одинаковые — «воины 9-ого уровня», да?
— Да, — осторожно согласился я, после кивка Тарры.
— А те, которые здесь были раньше?
Тарра опять кивнула.
«— Господин, я поняла: он имеет в виду, что это — однотипные цели!
— Хм… — тогда сказал я. — Как мои сто восемь одинаковых жемчужин? Тарра?
— Нет, — тоже всё поняла она и покачала головой: — Я уже этот барьер взяла.
— Я взял только тридцать шесть, — озвучил надежду второй мечник. — Тут у меня будет шанс, но, если между гоблинами-воинами затешется какая-нибудь подавальщица, я сорву ряд, — и выдавил из себя: — Помоги, командир.
— Буду иметь эту опцию в виду, — ничего не пообещал я. Убрал хабар в рюкзак: — Пошли. Проход здесь шире. Оггтей двигаешься на полшага сзади от Кеттары. Про сигналку на выходе ты помнишь. Я за вами. Тарра, введёшь без лихачества! Отвлекает. Трогаемся.
Заметить свою довольную улыбку на мой немудрёный комплимент девушка мне позволила. Но пафоса стало меньше, хотя на этот раз Оггтей под нитями картинно отзеркалил её движения. И сзади чуть хихикнул мальчишка. Я не смолчал:
— Оггтей, если над тобой пошутит женщина с чернью — тебе смешно не будет.
— Я что-то пропустила? — резко остановилась Тарра.
Орк, надо отдать ему должное, в неё не врезался — даже не коснулся. Но паузу на несколько секунд я подержал. Синее пламя очей Хельги мне запомнилось ярко. У Тарры глаза были цвета болотной ржавчины, но разгореться в них болотным огням я не дал:
— Ничего заслуживающего внимания. Вперёд!
— Есть, — тоже через паузу выговорила она, — есть, командир.
Отвернулась и двинулась. А Восприятие подчеркнуло мне напряжённую линию её плеч. И я почти вживую увидел, как она в стремительном развороте сносит своим мечом голову орка. Пришлось даже, чтоб избавиться от этого наваждения, тряхануть головой. Оггтей, видно, что-то почувствовал тоже: он чуть отстал. Не, парень, не помогло бы, — про себя хмыкнул я.
— Оггтей, плотнее!
Он восстановил дистанцию. Тут ему ещё и повезло: за ближайшим поворотом я услышал шевеление многих шагов. Нет, это было не бесконечное шелестение всей орды, но быстрому пересчёту оно не поддавалось тоже.
— Бой! — негромко скомандовал я и резко выкинул руку вперёд. — Много!
И у первой боевой пары в руках тут же замерцала сталь, а задняя обошла меня.
— Цепную Молнию — сразу!
— Есть.
— И ищи паланкин!
— Есть!
Он даже не стал спрашивать, какой ещё паланкин может быть в этом подземелье — глядишь ты, мы можем и сработаться.
— Тонус! — успел предупредить я. Про Победу — нет: первая пара наша пара уже скрылась за поворотом. Неважно — бросить я успел и то, и другое. А это плюс двенадцать процентов к быстроте на шесть минут от Тонуса, а от Победы — те же двенадцать процентов в минус к болевым ощущениям и страхам, и в плюс — к воодушевлению, к радости.