И оттуда донеслось:
«— Этих отпусти. Они мальчика принесли. Остальных — под корень! Поторопись.»
— Да! — заорал я. — С картой запросто!
«— Торговец! — опять проскрежетало оттуда. — Пользуйся…»
Я остановился.
— Лекс, — блеснула на меня своей чернью орчанка. — Уже можно не бежать? А что с картой? Что вообще происходит?
— А ты сейчас ничего не слышала?
— Чего я сейчас не слышала?
Но тут у меня рьяно замигала звёздочка системного оповещения. И у них, судя по их ушедшим в себя взорам — тоже.
«Вы прислушались к своей интуиции и обнаружили капище божества. Интуиция +1. Текущее состояние: Интуиция =14.»
«Группа, поздравляем, Вы помогла послушнику воссоединиться с Отцом. Отношение божества подземных вод Катарея с членами группы +1.»
«Лекс, поздравляем, Вы сумели обойти в торге божество. Торговец +1. Текущее состояние Торговец = 4.»
«Лекс, соболезнуем, Вы вызвали раздражение божества подземных вод. Отношение Катарея с Вами -1. Текущее состояние — равнодушие.»
— И зачем мне его «отношение»? — фыркнул один орк.
— Не скажи… — покачал головой другой. — Не чувствуешь? Вроде, теперь не так эти камни давят.
— А точно! — прислушалась к себе орчанка. А потом посмотрела на меня: — Я всё-таки не понимаю: если Катарей доволен, почему мы бежали?
— Я поторговался с ним. И он, мне показалось…
— Чего-чего ты с ним сделал?! — не дала она договорить мне.
— Я выторговал у него полную карту этих подземелий, — не соврал я.
— Ты? У бога?!
— А что он от нас за это?! — никак не могла успокоиться Тарра.
— Чтобы мы уничтожили остальных гоблинов.
— Так мы как раз это и хотели проделать?!
— Вот… — развёл руками я.
— Ну, ты и торговец! — захохотала она.
Глава 9. Палевый дворец
9. Палевый дворец
И н т е р л ю д и я
Локация Диверия, трактир «Кривой рог»
Таверна «Кривой рог» называла себя трактиром, а его хозяин, Тоггорий, мощный кряжистый орк (шептались, что его одна из его прабабок была гномой) любил, чтобы его звали трактирщиком. Впрочем, всё было понятным: это в герцогских городах подобные заведения наименовались тавернами, в степях же, на перегонах стояли именно вольные трактиры, а «Кривой рог» был пристанищем не очень законопослушных граждан.
— Трактирщик! — громко выкрикнул Оггтей. — Принимай хабар! И приготовь золото!
Дело шло уже к вечеру, народу было прилично, и все обернулись на знакомый клич. Тоггорий охотно брал на себя хлопоты по сбыту правдой и неправдой добытого, и цены его были сравнительно близки к реальным. Да и как не похвалиться перед своими, а это стоило некоторой скидки.
Добычу со Свечного переулка они сбывали тут же, но ею-то хвастаться Ветогг подельников отговорил, они сдавали его хозяину в приватном закоулке, и вот, наконец, пришло их время!
В дальнем конце зала находился специальный тиссовый, артефактный стол, на который орки выложили по десять мелких копий, мечей, щитов и бумерангов.
— Неожиданно, — пробурчал Тоггорий, — дешёвка, конечно, но неожиданно. Это ж гоблинское? Где вы их подловить умудрились?
— Они умудрились залезть в подземелье гиротусов. Наш наниматель взялся вычистить их. Мы сделали.
— Вы полезли под землю?!
По залу пронесся гул: нелюбовь орков к пещерам была общеизвестна, да и в здесь оков хватало.
— Слазили. Но ты зубы-то не заговаривай — оценивать будешь?
Тоггорий мельком глянул на стол, поморщился и повторился:
— Дешёвка! Золотого даже за всё не получится. По серебрушке за каждый. Всего сорок.
— И за бумеранги? — хмыкнул Ветогг.
— Полторы.
— Две!
— Ладно, — пожал плечами трактирщик. — Тогда пятьдесят.
По кабаку опять прошелестело: чтоб компашка Оггтея, хоть грош выторговала бы у хозяина «Кривого Рога»? Да чтоб они вообще торговались?!
— А теперь взгляни внимательнее на щиты, — к их недоумению продолжил разговор оггтеев маг.
— На это? Внимательнее?!
— Пятьдесят серебряных за каждый.
— Р-р-р!.. — зарычал оценщик. — Десять за всё — если языком зря мелешь!
— Согласен. Смотри.
Над столом вспыхнул свет, и вытянувшие шеи посетители ещё более отчётливо увидели гоблинское убожество. Они уже представляли, как трактирщик одним жестом смахнёт всё со стола в выдвижной ящик, швырнёт наглецам гривенник и захохочет: «С вами прибыльно дело иметь!»