Пристально наблюдать за девицами я не собирался. Во-первых, их квалификация в данном вопросе явно выше моей – я не рейнджер, а главное… Тошно было. Всякие умные рассуждение – одно дело, а когда отправляешь девушек ко злому ворогу, а сам остаёшься в безопасном далеке… Тошно!
Вот я и уставился в каменную тропку, хотя на голом ровном камне, что разберёшь? Советницы мои помалкивали, толи тоже переживая за советниц, толи опасаясь попасть по д раздачу от раздражённого меня.
Ну, не очень и хотелось. Итак, голый ровный камень… Стоп! Голый-то он голый, а, вот, что ровный – так не особо. Вся тропинка была усеяна какими-то вмятинами.
" – В дверь не пойдём, – послышался голос Рилль. – Выбирай окно.
" – Сверг! – тут же откликнулась Майя. – Тебе какое окошко всех меньше не нравится?
" – А ведь точно, хозяин, – очнулась моя рыжая: – Жутью несёт из каждого.
Да, теперь и я почувствовал: словно тяжёлые взгляды из каждого – как сквозь зрачок прицела, когда палец уже лежит на курке. Самой тёмной жутью несло из проёма прямо над дверью. Дверей я видел три штуки – на каждой линии квадрата. Сзади – на южной стороне – явно должна была быть ещё одна.
Что ж, пойдем методом от противного.
" – Неприятны все. Про дверь даже не говорю, но проще всего, кажется, будет через самое верхнее, на противоположной стороне. Там такое есть?
" – Самое верхнее? Злой ты! Пошли, Рилль, взглянем.
" – Не спеши! – одёрнула её Рилль. – И строго за мной.
" – Слушаюсь, строгая мэм. Я слушаюсь, – сразу притормозила Майя.
И они двинулись в обход здания. Ну, того, что когда-то было зданием.
А я опять уставился на тропу. Что-то мне выемки на ней напоминали… Где я мог видеть похожее?.. Каменные дороги… Не отоптанная земля, не уложенная брусчатка – а вот такое… В горах? Точно! Вспомнил! Крым! Горный пещерный монастырь… Нет! Древний город на горе – Чуфут-Кале! И в нём каменные дороги с выбитыми на них за сотни лет тысячами колес арбами колеями.
А это? Неужели, протертое тысячами паучьих лап? Но пауки, двигаясь хаотично, должны были, наоборот, всё выровнять! Кому это надо, целиться ногами в одни и те же точки, а потом пихать лапы в эти дыры? Значит, надо. Значит, ступать в другие места – нельзя. Нам – особенно. То-то мне показалось, что пауки танцуют!
Поделиться с девушками? Отвлекать? Не буду. Попробовать проверить? Пройти? Рисковать по-пустому? Нет, я не азартен. Да и обещал же – только до этой линии. Не буду.
" – Сверг, окно есть. Анна сейчас полезет. Сбросит верёвку. Я следом, – и словно оправдываясь: – На пальцах я на такую высоту не поднимусь.
" – Исполняйте!
Желать удачи, меня одна моя пассия отучила. Она работала медсестрой в дежурной операционной. Раз, вечером перед её сменой расставаясь, я и пожелал ей: "Удачи!" Как она перекривилась!
"Никогда, слышишь, больше никогда такого не говори!"
"Да в чём дело-то?"
"Пропало дежурство! Ты сглазил!"
И при следующей встрече рассказала – сглазил. При норме один пациент за ночь, в ту – троих привезли.
" – Я наверху. Стою в проёме окна. С той стороны – комната. Пустая. На вид безопасная. Не вхожу. Бросаю для Рилль верёвку.
Минута тишины, вторая, третья…
" – Я наверху тоже, – голос не то, чтоб запыхавшийся, но далёкий от благодушия. – Пока лезла глянула на другие окна. Они ярко освещены, – ну, да, южная же сторона, и небо безоблачное, – …поэтому увидела: самое нижнее – в паутине сплошь. Этажом выше – тоже поблёскивает. Здесь… Скорее всего ничего не было: ошмётки не болтаются.
" – Да я осмотрела! – взвилась тёмная
" – Хорошо, – спокойно приняла уточнение светлая. – Комната вся просвечена тоже. Нитей не видно. Перевязываю Анну страховкой… – только хотел предупредить о возможных гнилых полах. Но она – рейнджер!
Молчание… Неужели ждут моего одобрения?
" – Анна, пошла!
" – Стою. Нормально. Полы твёрдые, держат уверенно.
" – Точно. Идём вниз.
Я ждал, что сейчас опять услышу: "Анна, иди в зад!" Не дождался. К третьему разу обучилась?
" – Приучилась, господин. Или, лучше сказать: смирилась. Тёмная. Подчиняться, уступать лидерство – не её это…
Да хоть совой о глобус, хоть глобусом по сове!.. Обучаема? И ладно!
" – А мне, хозяин, жалко…
" – Кого – Майю?!
" – Да нет – птичку…
Внутриотрядная связь – это не микрофон, транслирующий все звуки, она даже не передаёт на автомате голос. Необходимо сознательно усилие, чтобы тебя услышали. Девицы, судя по всему, меня от происходящего у них отключили.