— Ага… — Кивнула Нари. — Диспозиция понятна, дальше разберёмся в процессе. Эй, Робинзон, — махнула она рукой аборигену — тому, с которым уже знакома. Он, похоже, среди местных был предводителем. — Жрать хочешь? Так сейчас накормлю, иди сюда.
— Что это за безумная женщина? — Спросил новый знакомец у Маугли. — Почему она называет меня каким-то странным именем, и почему она говорит о еде? Ты же говорил, что у тебя нет еды?
— У меня — нет, но она умеет её делать, — сказал Маугли. — Она ведьма, и у неё есть колдовская коробка. Если в эту коробку засунуть… что угодно, оттуда можно достать еду.
«Робинзон» даже не дослушал. Глаза у него загорелись вожделением, он старательно пригладил волосы грязноватой рукой, и как был, на карачках, — выпрямиться в техническом тоннеле было невозможно, — пошёл к Нари.
— Эй, красотка! — Бархатным голосом начал абориген. — Не подскажешь ли, откуда такая прекрасная дама явилась в наши места? И скажи, у тебя в самом деле есть еда⁈
— Есть, — кивнула Нари. — И я тебе её дам, если ответишь на мои вопросы.
— Всё что угодно, красавица! Только покажи еду…
Как раз в этот момент конвертер наконец-то закончил перерабатывать не совсем подходящий материал и выдал большую порцию картофельного пюре с фаршем. А на закуску — ещё и томатную пасту. И немного воды.
Едва почувствовав волшебный запах, Робинзон, похоже, совсем отключился. Хищным, змеиным движением он выхватил из рук Нари плошку с едой, и принялся заталкивать её в себя. Остальные аборигены такого вопиющего пренебрежения их нуждами терпеть не стали, и рванули отбирать драгоценную пищу.
— А ну не смей! На всех делим! — Орал один.
— Мне! Дай мне, я самый голодный!
Робинзон шустро, хоть и на карачках, пытался отползти, и одновременно продолжал заталкивать в себя пюрешку с фаршем.
— Да успокойтесь вы! Всем хватит! — Не выдержала Нари, смотреть на противостояние было неприятно. Вот, уже готово!
Аборигены, увидев, что в только что пустой камере конвертера вдруг появилась ещё одна тарелка с исходящей паром пюрешкой, похоже, уверовали. Не совсем понятно, во что, но Нари явно обрела у них космических размеров авторитет. Не сводя глаз с волшебного конвертера, они дисциплинированно выстроились в очередь, мгновенно забыв о Робинзоне. И даже спорить за место не стали, потому что видели — еда появляется быстро.
— Эй! — Спохватилась Кэт. — Вы поаккуратнее лопайте, жуйте лучше! Подохнете же с голодухи! Алё, окстись!
Остановить Робинзона и остальных голодающих оказалось не так-то просто, но совместными с Мупом усилиями справились. А потом, применив абсолютно негуманный шантаж едой, всё-таки смогли расспросить. Рассказывал Робинзон неохотно. Да, он техник, как и ещё несколько выживших. Раньше эта профессия среди колонистов не котировалась — город и так хорошо работает, поломки, которые могут быть исправлены силами колонистов, случаются крайне редко. А вот поди ж ты — все погибли, а техники выжили. Всего несколько человек, правда, и обладателей плодородного корня среди них нет. Как и женщин.
— Не любили нас, считали бесполезными. А мы зато выжили, так-то! И будем дальше жить! Теперь-то вообще заживём! С бабой-то!
— Если ты намекаешь, что я буду вас кормить и с вами трахаться, то сразу забудь, — фыркнула Нари. — Рылом не вышли, да и задерживаться я тут не собираюсь.
— Никуда не денешься, — мотнул головой Робинзон. — Нет отсюда выхода. Думаешь, мы не искали? Первый месяц только тем и занимались… Сколько народу через это погибло, жуть… Хотя хорошо, конечно, а то бы нам еды не хватило. Тут есть нечего и с водой сложно. Все водные трубы сколопендры заняли. Если еду ещё можно у сколопендр украсть, когда они спят, то с водой совсем трудно. Каждый раз риск…
В общем, несмотря на то что голод Робинзон утолил, о еде и воде он мог говорить не прерываясь. И в то, что из города можно выйти бывший техник не верил. А потом, когда пюрешка кончилась, ему, похоже, и вовсе поплохело и дальше разговаривать он отказался. А может, наоборот, стало слишком хорошо — глаза у Робинзона начали слипаться.