«Ладно, пусть ищет, как умеет… вздохнула Нари. — А я попробую включить логику. Где может быть выход наверх? Или ещё один лифт?».
По площади разнёсся мучительный, громкий скрежет, а потом постоянная вибрация вдруг затихла.
«Это нехорошо… это вот прямо совсем-совсем нехорошо! Чувствую себя крысой на тонущем корабле… Так, в самом центре искать смысла нет. На одном из радиальных коридоров. В том, которым мы шли, ничего нет. И он северный. Значит, юг, противоположный».
Нари рванула вокруг площади, помогая себе усилителями скафандра.
«Это лифт. По лестнице не набегаешься. База — временная, это уже понятно. Терраформирование не мгновенно, значит часто ходить наверх они бы не стали. Только брать анализы воздуха, почвы, ну и прочие замеры. Это должен быть небольшой лифт, меньше, чем между подземными этажами… Хорошо, что все заслонки поотодвигались, хрен бы мы его так нашли!»
О том, что делать, если заслонки открылись не все, Нари старалась не думать. Чувствовала, как стремительно утекает время. Анализатор скафандра показывал, что уровень кислорода вокруг уже начал падать, причём гораздо быстрее, чем если бы просто отключилась внешняя вентиляция. Будь она без скафандра — ничего бы не заметила, всё-таки город огромен, но уже сейчас становилось ясно — системы консервации выкачивают кислород и замещают его азотом. Причина понятна — уменьшить окисление, уменьшить возможность появления непредусмотренной живности. Наверняка противопожарные заслонки там, где это было возможно, уже опустились, начала падать температура. Часть помещений сворачивается — пробегая мимо распахнутых дверей, Нари видела, как сдвигаются стены. Опять-таки, далеко не во всех — слишком давно в этом городе не проводят нормального обслуживания.
«Это всё ерунда, а вот запечатывание расплавленной породой… Можем и в самом деле не выбраться».
Нари чувствовала, как трясутся поджилки от ужаса — остаться запертой в этом городе было страшно. Никогда у неё не было клаустрофобии, а сейчас вот начало казаться, что стены давят. Девушка успокаивала себя, что даже если они не найдут выхода, всё равно можно будет попытаться выбраться. После того, как запечатывающая порода остынет в достаточной степени. И при этом понимала — не получится. Мало ли, какие следующие шаги должна выполнить система по протоколу консервации?
Тишина, резко опустившаяся на город, пугала. Ещё несколько минут назад всё тряслось и дрожало, а сейчас вдруг замерло, как будто в ожидании чего-то ужасного. Нари бежала, заглядывая в каждое ответвление. Всё не то!
Мимо узкого проёма в стене девушка чуть не проскочила — настолько он был неперспективным. Бросила взгляд в сторону, сделала несколько шагов, и резко затормозила. Сначала показалось — просто каморка, но что-то в ней было не так. Слишком маленькая, без каких-то функциональных внутренностей и совершенно пустая. А ещё — другие подобные уже давно схлопнулись, свернулись при консервации, от бывших комнат остались только дверные проёмы, а сразу за ними — стены.
Заглянув внутрь, Кэт резко ткнула мечом в потолок, описала круг. Лезвие шло легко, и неровный круг выпал почти сразу — слой металла на потолке был совсем маленьким, а за ним — шахта лифта.
— Муп, я нашла, — облегчённо выдохнула девушка, а потом рявкнула: — Сюда все! Быстро, чтоб вас, бегом!
Нари выскочила из неработающего лифта, побежала всех собирать. «Наверняка эти аборигены долбанутые куда-нибудь попрятались, сейчас ещё их искать», — с досадой думала девушка, но вопреки мрачным ожиданиям, все четверо аборигенов уже бежали навстречу. Муп тоже просвистел мимо и нырнул в шахту лифта — на разведку. А вот Грегор где-то задерживался.
— Замза, чтоб тебя! А ну быстро сюда! Где ты, застрял⁈ — Нари было очень-очень страшно. Сейчас, когда вроде бы появился путь наверх, невыносимо хотелось им побыстрее воспользоваться. — Грегор!
— … ы… здесь! — Послышался голос таракана откуда-то с восточного радиального проспекта.
Глава 26
Форинари Катерина, любящая дочь
Нари бросилась на голос. Перебежать центральную площадь, повернуть…
Грегор обнаружился почти сразу за углом. Таракан был зажат какой-то дверью — ни туда, ни сюда. Маугли был тут же и в сознании, но выглядел — краше в гроб кладут. Капюшон от «костюма химзащиты» был снят, причём девушка даже не стала возмущаться — судя по всему недавно аборигена стошнило, а утилизировать биологические жидкости этот костюм не мог.